Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

— Дикий он, — глухо произнес Вельд со своего места. — Все признаки, которые старший нам описывал, налицо. Мы же только впятером высшими были, а он, видать, прямо в бою кого-то цапнул. Не знаю уж, инициироваться пытался, чтобы выжить, или просто в горячке боя так получилось, но он точно дикий.

— Это обратимо? — поинтересовался Митар.

— Нет. И, честно говоря, я даже представить не мог, что это так страшно. Вот вчера еще был нормальным, разговаривал с тобой, смеялся, а теперь смотришь ему в глаза и видишь смерть. Свою смерть.

— Так, погодите, а Райн где?

— В подземелье.

— Что? — с трудом произнесла я непослушными, вмиг задеревеневшими губами. Сердце, замерев, болезненно сжалось, а в глазах потемнело, ведь туда эльфы перенесли тела погибших вампиров.

— Он пока жив, но все достаточно плохо, — вздохнул архимаг. — Насколько я понял, часть оружия орков была как-то зачарована, а поскольку он сражался в ипостаси и был наиболее опасен, на Райне его в основном и использовали. В результате очень большая кровопотеря, регенерация почти не работает, на стандартные заклинания раны вообще не реагируют. От черной магии эффект есть, но очень слабый. Он потерял сознание в последнюю минуту боя и до сих пор не пришел в себя. Из ипостаси при этом тоже не вышел. В общем, делать какие-то прогнозы я не берусь. Мы приковали его в подземелье, с горем пополам сумели напоить кровью. Прости, но я не особо разбираюсь в особенностях физиологии вампиров. Точнее, вообще не разбираюсь.

— Понимаю. Можно его увидеть?

— Я провожу, — осторожно вставая с подоконника, вызвался Вельд, и возражений ни от кого не последовало.

— Подождите, а дети? — вспомнила я. — Тут двое детей были.

— Физически с ними все в порядке, но сегодня они пережили слишком сильное потрясение. Их я тоже усыпил, — обернувшись уже в дверях, сообщил Митар. — За ними присматривает вампирша, которая не пострадала.

Я подумала, что раз уж Валена напросилась сюда, неплохо бы попросить ее взять на время Райна младшего с сестрой к себе. Но это еще успеется, а сейчас мне просто необходимо увидеть Райнкарда и убедиться, что он все еще жив.

Зрелище, представшее передо мной, было жутковатым. Хозяина замка разместили в мастерской, приковав цепями к массивному деревянному столу. Наверху вампиры тоже были на всякий случай привязаны, но все же веревками и к кроватям, а тут… Развешанные по стенам инструменты в купе с израненным телом вампира на столе создавали впечатление, что того здесь пытали. Я с ужасом посмотрела на разодранные в клочья крылья с переломанными тонкими фалангами, и на глаза навернулись слезы.

Как же так? Он ведь один из лучших воинов, которых я знаю, а в ипостаси казался мне вообще непобедимым, если, конечно, бой проходил без магии. На шее у вампира все еще висел абсолютно пустой амулет, который тот обычно надевал во время тренировочных боев с Элтаром и другими достаточно сильными противниками. Райн использовал все возможности, но все равно лежит сейчас здесь, и никто не знает, выживет он или нет.

— Это я во всем виноват, — глухо произнес Вельд. — Если бы я научился менять ипостась, то смог бы… да хоть что-то смог бы!

— Не говори ерунды. Сражаться в ипостаси наверняка нужно долго учиться, там же другие пропорции, совершенно другой стиль боя. Как вампиры вы, по сути, совсем еще дети. Вам и года от роду нет. А Райн почти уже древний, и то… — говорить дальше я не смогла, подойдя к столу и осторожно погладив друга по лицу, не касаясь глубоких порезов, один из которых совсем немного не достал до глаза.

— Знаешь, о таком отце, как он, можно только мечтать, — голос парня дрожал, и я, даже не оборачиваясь, знала, что по лицу его сейчас тоже текут слезы. — Когда у меня начала пробуждаться магия, и я решил пойти учиться, мой родной отец заявил, что больше на порог не пустит. Я смог вернуться домой только когда он умер. Не знаю, за что отец так ненавидел магов, нам об этом он никогда не рассказывал. Может, и была на то веская причина, но я ведь был его сыном и всего лишь хотел помогать людям.

Парень умолк, а я все никак не могла отвести взгляд от Райна, продолжая осторожно гладить того пальцами по лицу и надеясь, что вот сейчас, еще секунда, и он откроет глаза. И пусть в них на тот момент не будет ничего, кроме жажды жизни, перемешанной с жаждой крови, как было когда-то в темнице эльфийского дворца, только бы он пришел в сознание. Почему-то в душе была твердая уверенность, что тогда все точно будет хорошо. Но Райн лежал все также неподвижно, и лишь едва заметное дыхание подтверждало, что он все еще жив.

Через некоторое время к нам спустилась Мира и чуть не силой увела меня на кухню, чтобы напоить горячим отваром. Оказывается, я провела в довольно холодном подземелье почти два часа, даже не заметив этого. Вельд давно ушел оттуда и сейчас вместе с Валеной помогал Майрану обрабатывать раны остальным вампирам.

На кухне за столом с остатками нашего праздничного ужина сидели пятеро мужчин. Видимо, те самые добровольцы, которых Тэль велел найти среди заключенных. Четверо выглядели хмурыми и были неразговорчивы, а вот пятый с интересом воззрился на меня и протянул медунец.

— Не хочу, спасибо.

— Надо. Велели обязательно их есть, чтобы кровь успевала восстанавливаться. Ты вон бледная какая.

— Я не донор. Но все равно спасибо за заботу.

Осмотрев стол, взяла слегка заветренный бутерброд с соленой рыбой и начала старательно его жевать.

— Магичка, значит, — сделал вполне логичный вывод мой собеседник. — Наколдовалась, поди, тогда тем более поесть надо.

— А вы сами-то кто?

— Еда, — усмехнулся мужчина, обводя взглядом остальных.

— Доноры, — поправила его я. — А по жизни?

— Охотником был, пока в друзьях не ошибся, — хмыкнул он. — Жаль, что деревня сгорела. Нам вот свободу обещали, я бы сюда с удовольствием подался. Леса богатые, людей мало, а вампиры оказались и не страшными совсем. Те