Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

роскошным. Игорь Юрьевич сам руководил процессом, а я просто наслаждался. Сознательно отключил всю защиту организма и Источника, чтобы прочувствовать жар всем телом. Благодаря аномальным травам, пот лил с меня градом, а мана восстанавливалась сумасшедшими темпами.

Где-то через час приехал светлейший князь Пожарский, который был последним из членов Союза, собранный мной в гостях у барона Кострова. Разговоры шли исключительно о незначительных мелочах и былых победах гостей Игоря Юрьевича. Я наблюдал за этими людьми и не стремился что-то рассказывать сам. Однако, в какой-то момент князь Эльдаров проницательно посмотрел на меня и сделал то, на что другие не решались.

— Так зачем вы нас всех собрали, Ярослав Константинович? — сделав глоток холодного кваса, спросил меня Эльдаров.

Империи Восходящего Солнца

Восточное побережье острова Хоккайдо, мыс Носаппу

Океан был спокоен. Лучи заходящего за вершины гор алого солнца скользили по волнам, отражая мерцающие руны в небе — древние символы, вплетённые в энергетическую ткань защитных куполов, скрывавших единственную японскую аномалию от глаз внешнего мира.

Самый восточный город Империи — Нэмуро, расположенный на восточной оконечности острова, звавшийся «городом, который первым встречает солнце» находился за их спинами.

На высоком каменном выступе, покрытом мхом и вековыми письменами, стояли двое. Один был одет в цветастую одежду, на плечи был накинут белый плащ с красными иероглифами. На лице у него смешивалась откровенная усталость с фанатичным блеском серых глаз. Его звали Император Тэнрю Масахито. Правитель Империи по праву крови. Но, по факту — лишь марионетка, как и все его подданные. Его силу уважали, голос слушали, но решения исходили от другого.

Рядом стоял мужчина постарше — мускулистый, с короткими седыми волосами, одетый в простой военный хитон с ремнями для артефактов. Его звали Хэйсэй Аримура, величайший одарённый Империи Восходящего Солнца, Верховный Стратег Империи. За его плечами была несчётная череда побед и подавленных восстаний, но всё это внутри Империи. Внешнего врага у Империи не было сотни лет. Не было дураков, которые бы посмели вторгнуться на островную Империю.

— Он в ярости, — первым заговорил Аримура. Его голос звучал устало, но твердо, будто бы он оглашал приговор. — Не просто раздражён. Не просто недоволен. По-настоящему в ярости. Как тогда, после инцидента с Поднебесной.

— Теракл гневается… А ведь он давно не позволял себе подобных эмоций, — тихо произнёс Император, глядя на тёмнеющий горизонт. — Значит, мы перешли черту.

— Или кто-то другой перешёл её за нас, — усмехнулся Аримура, — но он всё равно считает это нашей виной.

Ветер донёс запах соли, водорослей и чего-то иного — древнего, тяжёлого, напоминающего магию крови и камня. Император глубоко вдохнул.

— Он не говорил напрямую?

— Нет. Он просто… явился. Ко мне на совещание. Никогда такого не было. Всё вокруг замерло. Присутствующие офицеры не помнят, как оказались в других помещениях. Половина нашей защиты перегорела. И он просто сказал: «Вы разбудили не того, кого следовало».

— О чём он говорил, думаешь?

— Не знаю, — медленно покачал головой Аримура. — Но у меня есть догадки.

Император ждал, молча.

— Австрийская Империя, — наконец сказал Стратег. — Ты же видел отчёты. Разумовский. Он не просто окончил войну за один вечер. Он убил Императора. А ведь он почти стал марионеткой Теракла и именно он был ключевым фактором сети влияния Теракла на Европу. — Аримура огляделся и понизил голос. — Думаю, частично пострадал там и он сам.

— Мы ничего не предпринимали, — покачал головой Император. — Он сам не давал приказов. Даже наоборот — запретил вмешиваться.

— Не вмешиваться — не значит не быть ответственными. Он же воспринимает всё как цепь. Одно звено порвалось — ищет слабость в предыдущем. Он мыслит другими категориями и не прощает ошибок.

— Ты думаешь, он считает, что мы…

— Нет. Он не думает. Он знает. Просто не хочет пока наказывать. Или не может. Пока.

Они оба замолчали. Вода плескалась о скалы, время от времени подбрасывая вспышки фосфоресценции, словно сама природа чувствовала висящее в воздухе напряжение.

— Аномалии в Индии успокоились. Снова Разумовский, — мягко продолжил Император. — Мы теряем связь с агентами. Последний исчез на прошлой неделе.

— Поднебесная тоже шевелится, — отозвался Аримура. — Аномалия в огне. И там также побывал Разумовский.

— Снова Разумовский, — прошептал Тэнрю. — Может о нем говорил Теракл? Но при чем тут мы?

— Больше не о ком, — тихо ответил Аримура. — Но это мы затребовали дар Разумовских пять лет назад. А значит — отвечаем.

Император и Аримура долго молчали. Ветер с океана разносил по побережью запахи соли и тихий гул волн. Тэнрю смотрел вдаль, но глаза его были обращены внутрь.

— Помнишь, как было еще несколько лет назад? — тихо произнёс он. — Когда слово нашей Империи звучало на дипломатических приемах, как заклинание.

— Помню, — коротко кивнул Аримура. — Тогда все знали: мы не несем никому угрозы, не завоёвываем, не угрожаем. Мы даем им ценность и преимущества. За небольшую плату.

— Именно, — Император чуть улыбнулся. — Нас боялись. Но и уважали. Даже благодарили. Ведь мы не просили территорий. Мы просто брали Дары.

— Согласованные отборы, — усмехнулся Аримура. — Как же красиво это звучало в документах. На деле — мы забирали Дары лучших одарённых у других держав. А те ещё и радовались. Считали это честной платой за «доступ к нашим методикам». За «сохранение стабильности».

— Потому что так было устроено всё, — кивнул Тэнрю. — Мы давали шанс. Давали возможности. Давали ценность. Во славу Теракла и да будет его правление вечно! А теперь…

Он замолчал. Но Аримура подхватил:

— А теперь появился этот Разумовский. Откуда-то рядом с ним возникли сильнейшие одаренные, о которых никто и никогда не слышал. И они не торгуются. Они не ищут компромисса. Они просто бьют точно в опорные сопряжения — и делают это так, будто знают всё с самого начала.

— Потому что знают, — мрачно произнёс Император. — Кто-то дал им знания. Кто-то показал, где у нас слабости.

— И теперь нас больше не боятся, — сказал Аримура. —