Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— А Теракл этого не прощает, — сказал Император, и голос его стал стальным. — Он вложил в нашу Империю слишком много. В нашу жизнь. В наши школы. В нас с тобой. И теперь он видит, как результат его труда… отвергается.

— Впервые за много лет, — кивнул Аримура, — он чувствует, что теряет контроль. А это для него хуже смерти.

Повисла долгая тишина. Император опустил взгляд. На поверхности воды что-то дрогнуло. Не волна. Не отражение. Свет. Сначала тусклый, как отблеск луны. Но он становился сильнее. Ярче. Свет медленно поднимался из глубин.

— Что это?.. — выдохнул Тэнрю.

— Смотри, — тихо сказал Аримура, сделав шаг вперёд.

Океан как будто вздохнул. Поверхность его вздыбилась. Вода поползла вверх, словно бы её кто-то подталкивал изнутри. А потом — из глубин возник силуэт. Огромный. Нечеловеческий. Светящийся. Он не имел формы, но излучал мощь.

Оба японца затаили дыхание, наблюдая за происходящим в благоговении.

Свет распространился по всему горизонту. Магические купола над аномалией дрогнули, реагируя на силу. Несколько рун вспыхнули и погасли — защитные матрицы не выдерживали давления.

И тогда за их спинами зашевелился их господин. Император Японии не успел ничего сказать, как сильнейший одарённый его страны чуть изменил позу и правитель тут же понял, что сознанием Аримуры теперь управляет другое существо.

— Приготовь великий праздник, Тэнрю, — глядя на светящуюся воду залитыми Тьмой глазами, произнёс Стратег. — Будем чествовать моего великого брата и нашу встречу после долгой разлуки.

Глава 17

— Если отвечу, что соскучился по старым знакомым, то вы ведь вряд ли мне поверите? — с улыбкой задал встречный вопрос я. Настроение было настолько благодушным, что мне хотелось провести в гостях у барона Кострова не только остаток дня, но и всю следующую неделю.

— С того самого момента, как вы стали главой рода Разумовских, я ещё ни разу не замечал, чтобы вы делали что-то для себя или без конкретной цели, которая будет служить на благо роду и стране, — хмыкнул светлейший князь Пожарский. Евгений Александрович сидел на просторной лавке напротив меня и потягивал из запотевшей стеклянной кружки свой напиток. Голос губернатора лучился добродушием, но глаза оставались предельно серьёзными. — Честно говоря, думал, что сумею воспитать своего сына именно так, но сейчас вижу, что подобное просто невозможно. Тут мало наставников и врождённых талантов. Тут нужно железная воля и опыт.

Последнее слова прозвучало почти нейтрально, но именно на него обратили внимание все присутствующие. Опыт был как раз тем фактором, который никак невозможно было объяснить в моём случае. Если в первые недели ещё можно кивать на архивы рода и секретные семейные техники, то в дальнейшем даже самому глупому и доверчивому человеку сложно было поверить, что восемнадцатилетний мальчишка способен разбираться в таких областях магии, где даже признанные мастера только разводили руками.

Разумеется, среди тех, кто сегодня собрался в бане Игоря Юрьевича, не было дураков. Каждый из присутствовавших в просторной комнате аристократов был главой своего рода и долгие годы лавировал в течениях большой политики. Даже Костров, которые многие в высшем свете считали парией, добился для своего положения небывалых высот. И все эти люди сейчас внимательно смотрели на меня в ожидании ответа.

— Тверская аномальная зона стала центром нашего союза, и я бы хотел, чтобы так и оставалось впредь, — тяжело вздохнув, твёрдо произнёс я. Понимание того простого факта, что ответственность повсюду следует за тобой и от неё невозможно укрыться в бане, немного давило, но не так сильно, как обычно. — На данный момент угроза вторжения аномальных чудовищ на территорию Российской Империи больше не актуальна. Гона больше можно не опасаться, а значит вы можете направить силы своих родов в другое русло.

— Мы этим уже занимаемся, ваша светлость, — осторожно произнёс граф Новиков. — Моя старшая дочь очень плотно работает с вашей сестрой в этом направлении. Думал, что этот план мы обсудили ещё на прошлой общей встрече. Что-то изменилось?

— Только в незначительных деталях, — с улыбкой ответил я и все в комнате будто бы вздохнули с облегчением. Уж не знаю чего владетели первого круга ждали от этой встречи, но точно не чего-то хорошего и приятного.

— Умеете вы поднять градус напряжения, ваша светлость, — бледно улыбнулся граф Корчаковкий. — Наверное, пора мне уже передавать бразды правления родом Артёму. Так волновался по дороге сюда, что едва вперёд машины не побежал.

Аристократы поддержали графа сдержанным смехом. Каждый при этом думал о своём. Из всех только светлейший князь Пожарский обладал достаточной силой и влиянием, чтобы вольготно чувствовать себя после потери владений в первом круге. А учитывая полную смену привычного порядка вещей, в стране могли начаться сильные перемены. И это только в плане внутренней обстановки. А ведь была ещё и внешняя…

— Как ваша поездка на Дальний Восток, Ярослав Константинович? — поинтересовался барон Костров. — Хотел на днях к вам заехать в гости, но Анастасия Константиновна сказала, что нету вас. За два дня разве что туда-обратно можно успеть смотаться…

— Это если привычным транспортом, — ответил я. — Но можно и сократить немного дорогу. Вы мне вот что лучше скажите, Игорь Юрьевич — если я надолго уеду, изменится ли ваше отношение к нашим договорённостям?

— Нет, конечно! — немедленно ответил Костров, и я увидел, как одновременно нахмурились Эльдаров и Пожарский. Антон Антипов выглядел мальчишкой на этой встрече и старался лишний раз не привлекать к себе внимание, но за беседой молодой князь следил очень внимательно. — Вы для меня столько сделали, что мне даже представить невозможно причину, по которой дороги наших родов разойдутся.

— Это каждый здесь может сказать, Ярослав Константинович, — произнёс Новиков. — Пусть господа считают меня позёром, но даже если вы погибнете, род Новиков сделает всё возможное, чтобы не повторилась позорная история пятилетней давности.

— Почему позёром? — хмуро посмотрел на графа Пожарский. — Здесь каждый обязан главе рода Разумовских если не жизнью, то честью. Клятвы принесены, и я думаю, что в отношении рода Ярослава Константиновича император может сделать исключение, оставив во главе женщину. Такие случаи есть в истории российской аристократии. Другое дело, что никто из нас этого бы не хотел. Так в связи с