"Фантастика 2026-169". Компиляция. Книги 1-31 - Алексей Аржанов

Он крехтя перевернулся на другой бок, что в гамаке сделать не так просто и добавил:

— Но если у тебя найдется, чем отблагодарить их, ты заслужишь их уважение, и, думаю, это будет честно.

Через минуту Каспар захрапел, так и не показав мне место ночлега. Но оставаться мне и так не хотелось. Я поблагодарил Инесс за чудесный ужин и вышел на воздух.

Свет луны прерывался на мачтах, канатах и спущенных парусах, оставляя длинные полоски теней на палубе. Попрощался со смотровым и спустился в шлюпку.

— Боцман⁈ — громким шепотом прикрикнул на кота, чтобы не нарушать тишину ночи — Ты где был, блин⁈

Кот сидел на перилах, вытянув голову вниз ко мне. Спрыгивать ему было высоко, можно было и в воду угодить.

— Ладно, жди! — забыть кота на корабле было моей ошибкой, поэтому отчитывать его было не за что. Я ухватился за штормтрап, веревочную лестницу, и поднялся до края борта. Боцман запрыгнул мне на плечи, вцепившись сквозь рубаху прям в кожу, и повис на спине.

— Твою мать! — я едва не взвыл. — Боцман, что ж ты делаешь, супостат⁈

Смотровой кинулся помочь, но я лишь помотал головой, он же не мог сбросить с меня кота.

В шлюпке рыжий бандит спрыгнул на бак и быстро занял место на носу. Я потянул на себя рубашку. Места на плечах и спине окрасились маленькими каплями крови.

— Вот же засранец…

Мой недовольный взгляд был коту совершенно безразличен. Он смотрел на маяк, который монументально возвышался над ночным островом, прорезая темноту лучом прожектора. И я был владельцем этого исполина.

Мы высадились на берег и поспешили домой. Завтра предстоял не менее важный день, чем сегодня.

— В целом неплохо, рука у доктора набита — отметил я стрижку, задержавшись у зеркала.

Усадил кота на кровать, протер перекисью следы от его когтей, куда смог дотянуться, и лег на колючую голую подушку. Постирать пропитанную кровью наволочку руки так и не дошли.

— Боцман, да что за наглость… — не открывая глаз из-за яркого света, я пытался вытолкать наглого кота с подушки. Он завалился мне прямо на голову и теперь его шерсть лезла мне в нос. Уходить усатый категорически отказывался, отвечая только недовольным мяуканьем.

— Вот тебе и доброе утро.

Я оторвал голову от подушки и натянул на себя рубаху. С минуту посидев с закрытыми глазами, поднялся с трудом и, не надевая сапог, пошлепал на кухню. Сегодня я определенно не выспался и надеялся, что ситуацию поправит крепкий кофе. Но…

кофе… кончился…

Моему разочарованию не было предела. Порывшись на дне мешка, удалось найти лишь пять несчастных зерен. Почесал голову, обнаружив на затылке затянувшуюся ссадину. Почему-то подумал об эффекте зеленого кристалла в щупальце.

— Выходит, что если от меня останутся одни легкие, они будут живы? Бред какой-то…

Бред ни бред, но Мирель говорила о том же. Получалось, что если основательно переломаться, покрошить свои органы, и, скажем, получить ожоги 100 % тела, то после восстановления кристаллом, можно стать неуязвимым. Эта мысль не вызывала ничего, кроме ироничной улыбки.

— Кто же пойдет на такое? Нужно быть совершенно отбитым.

Вода закипела, и вместо кофе пришлось заварить чаек. Бутерброд с маслом и сыром, небольшой кусок которого оставила Инесс, слегка взбодрил. На часах было восемь утра. Хорошее время, чтобы сделать обход.

Загрязнение механизма вращения.

Такой надписью встретила меня система, когда я собирался лишь помыть основные окна галереи. Я принес из кухню масленку и только собрался смазать полозья

— Стоп, загрязнение ведь. — наклонился к пазу, на котором вращалась рама линзы. Мы были знакомы, именно с него я однажды неосторожно вытолкнул механизм. В пазу скопились опилки трения, перемешанные с солью.

— Хм, не хорошо… — я сходил за метелкой и, зевая, стал вычищать мусор. — Вот бы поднять тебя, или воздухом выбить, а так всё впустую.

Однако, спустя пять минут чистки система закрыла предупреждение и затребовала смазать механизм.

— Ну, смазать-то без проблем! — масленка была под рукой, так что я управился быстро.

Провозился до половины десятого, протер окна и линзу и вышел на улицу, надев на стриженную голову треуголку, которая теперь слегка болталась, то и дело слезая на глаза.

Меня ждала набившая оскомину дверь. Во-первых, надо было снять полотно. Я подпер его камнем, взял из кладовой корабельный лом и принялся выдирать кованые квадратные гвозди из петель. Пока солнце было низко, работалось замечательно, тепло и свежо. Но стоило ему подняться над головой, как пот полился по спине. Укладывая дверь на землю, я поглядывал на ящики, которые в первый день выгрузили матросы Каспара. Старый интриган не дал даже повода догадаться. А может, я просто проворонил подсказку.

Ветхая, но надежная дубовая дверь маяка была в два раза толще капитанского стола. Примерно пятнадцать сантиметром. Состояла, как и все двери, из собранных вплотную досок. Я оторвал соединяющую доски, металлическую скобу, и выбросил из середины две сильно пострадавших от взрыва доски. Оставшуюся часть столешницы распилил вдоль, сложил пополам и вырезал по размерам один широкий сегмент. Даже в таком простом ремонте столь старой двери, главное, не ошибиться с размерами. Чуть больше — перестанет закрываться, чуть уже — будет задувать. Поместил доску на свободное место дверного полотна, приложил скобу и забил гвозди на место.

— Теперь бы повесить ее косяк — я стоял, потирая подбородок и сдерживая зев — тяжела зараза-то.

Поставил дверь на ребро, подсунул под низ лом и поднял. Затем подтолкнул в щель лежащий рядом камень — дверь оперлась на косяк, позволяя прибить петли точно на свои места.

Пришло время тестировать результат. Я выбил камень из-под торца, дверь скрипнула и повисла над порогом.

— Хм, кажется, не дурно.

Однако, при попытке ее закрыть, меня ждала неудача. Очевидно, дверь провисла из-за повторных гвоздей в тех же местах, и упиралась в косяк. Проблема решалась просто — перемещением петель.

Я снова подложил камень под дверь, выкорчевал все гвозди, передвинул петли и забил на новые гвозди из кладовой. Дверь со скрипом зашла в проем, даже не задев косяков. Отличо! Кроме последнего

— Что ж ты так скрипишь, старушка? — сбегал наверх за масленкой и прокапал шарниры.

Солнце достигло зенита и загнало меня в прохладные стены маяка. Смочив лицо водой на кухне, я заметил, как от брига отделилось две лодки. Каспар и Инесс были на борту.

— Интересно,