Фантастика 2026-77 - Виктория Богачева

— Но ты же меня не…

Она завороженно смотрела на него, чувствуя, как остатки разума покидают её. Они впервые говорили так откровенно.

— Не думай об этом, — прошептал Север, наклонившись к её губам. — Просто будь. Люби, мечтай, будь счастливой так, как этого хочется тебе. И разреши мне быть собой.

В этот раз Лария не отпихнула его и ответила на требовательный поцелуй.

А потом Джерго вдруг вскочил.

— Одевайся, — приказал властно. — Грядёт Восточный ветер. Что-то произошло. Что-то, что может всё перевернуть. Плохо, что ты не успела мне ничего рассказать.

— Ульвар, — выдохнула Лария и тоже соскочила с кровати. — Меня шантажировал принц Ульвар. Он сказал, что герцог Эйдэрд казнит моих сестёр и мать… И что, если я соглашусь, то он их защитит.

Северный ветер фыркнул, а потом рассмеялся. Девушка покраснела.

— Да, — мрачно заметила она, — я была дурой…

— Спасибо, — шепнул он. — А сейчас поспешим на встречу. Не хорошо заставлять Восток ждать. Ничего не бойся. Пока я рядом, обидеть тебя могу только я.

Глава 21

Сомнительный комплимент

«Он разрешил мне себя любить, — думала Лария, — но хуже всего: я не знаю, как к этому относиться. Можно ли быть счастливой без взаимности? И как долго?». Она не успела додумать мысль, когда они столкнулись с Восточным ветром, не менее решительно продвигающимся им навстречу.

— Север, я тебя ищу… Доброе утро… сударыня.

Он остановился и прямо взглянул на Ларию. Джерго засунул руки в карманы чёрной куртки. Это была очень тёплая куртка, с просторным капюшоном, отделанным белым мехом. Как раз то, что нужно при таком морозе.

— Иными словами, ты уже всё знаешь? — заметил Северный ветер.

— Ты тоже. Давно?

— Догадался вчера ближе к вечеру. Проверил. Теперь знаю точно.

— Мне рассказала Эрика. Пойдём к тебе? Есть что обсудить.

— Нет. Мы пойдём к Иштвану. Но сначала скажи, что ты намерен делать дальше.

Андраш с силой провёл ладонью по лбу, затем глянул на брата измученным взглядом.

— Не знаю, — признался он. — Я впервые не знаю, что мне делать, Джерго. С одной стороны, я должен объявить настоящую невесту. Это было бы правильно и…

— И что мешает?

— Я её люблю, — честно ответил Восточный ветер. — И она — меня.

— Хорошие мальчики любят плохих девочек, — усмехнулся Север. — А плохие девочки…

— Перестань. Если Эрика станет невестой, это будет несправедливо относительно вас обоих.

— А если не станет? Почему бы не оставить всё, как есть? Либо предложить кого-то третьего.

Джерго щурился и смотрел, как большой чёрный ворон кружит над садом. А Лария, замерев, всматривалась в лица обоих.

— Если, вопреки обстоятельствам, я смогу пройти испытание, то должен буду жениться на невесте, — мрачно проговорил Андраш.

Северный ветер перевёл взгляд на него.

— А превращать Эрику в любовницу ты не хочешь. Ясно. Ты запутался в собственном благородстве, братишка. Тупик, не правда ли? Рано или поздно он наступает у всех, кто живёт по законам чести. Потому что они — вымышленные. А жизнь — живая.

— У тебя есть варианты?

Ларии вдруг стало жаль Восточного ветра. Кто бы мог подумать, что он попадёт в зависимость от Джерго?

Север кивнул.

— Да. Но сначала я хочу пообщаться с Иштваном.

— Причём тут Иштван?

— Ты серьёзно считаешь, что Юг не причём? «Южный подует — лавины придут», помнишь? Эрика сказала тебе, чей это план?

— Ульвара. Её брата. Попытка защитить сестру…

— Моржа ему в подушку. Нет, Андраш, нет. Это не попытка защитить сестру. Это — большая игра. Чья-то очень хорошо продуманная игра. И мы с тобой в ней сыграли, как послушные куклы.

Восточный ветер нахмурился.

— Ты же не хочешь сказать, что Эрика…

— Эрика тоже кукла. Мы вчетвером сплясали под чью-то дудку. И сейчас я жажду познакомиться с музыкантом.

— Иштван?

— Не факт. Будет забавно, если и он — марионетка. По крайней мере, он точно играет не один. Будь за меня, брат. В истории никогда такого не было, но всё случается когда-то в первый раз. Северу нужна помощь Востока.

Андраш коснулся пальцем заживающей губы. Братья переглянулись.

— Да, — кивнул Восточный ветер. — Я с тобой.

— Несмотря на мою переменчивость и коварство?

Джерго улыбнулся и с любопытством уставился на старшего брата. Андраш хмыкнул:

— Благодаря. Давай, дуй. Я поддержу.

Лария в изумлении посмотрела на него.

— Пошли, — кивнул Север и рванул вперёд. — Разберёмся на месте. У нас очень мало времени. Жаль, ты не захватил с собой Эрику.

— Незачем. Она мне всё рассказала.

— А про четверых глупцов с саблями…

— И об этом — тоже.

Джерго резко остановился и уставился на брата.

— И ты не донесёшь на неё отцу? Не казнишь, как предписывают правила? Не…

— Нет.

— Да чтоб мне замёрзнуть! — воскликнул Север. — Вот сейчас ты меня удивил.

— Бывает, — хмыкнул Андраш.

Они втроём добрались до дома ветров и прошли в башню, где располагался кабинет Иштвана. Перед дверями Джерго замер и посторонился, пропуская брата вперёд.

— А мы? — шепнула Лария.

Север оглянулся в недоумении на неё.

— Ты здесь? Гм. Считаю, что тебе здесь быть не безопасно…

Лария слегка ударила его в плечо. То, которое не было рядом с раной.

— Даже не думай меня отсылать! — прошипела она.

— Андраш перекроет выход в окно, — шепнул Джерго, привлекая её к себе. — Не злись. Миру достаточно того, что я зол.

— На Иштвана?

Он всё же услышал её шёпот, заглушённый кожей куртки, и счёл нужным ответить:

— На себя. Южный ветер — это южный ветер. Северный — безжалостен и непостоянен, это все знают. А Юг всегда коварен. Смысл на него злиться?

«Действительно», — подумала Лария.

Она вдыхала запах смолы, кожи и брусники и чувствовала, как голова начинает кружиться. Может и правда плюнуть на всё и просто быть счастливой?

— К тому же, он весь в мать. Так что можно было предположить…

— У тебя была очень коварная мать? Странно, мне казалось…

Джерго слегка отстранился, с удивлением глядя на невесту.

— Причём тут моя мать? Я про мать Иштвана…

— Так ведь…

Лария растерялась, но тут Джерго толкнул дверь и ворвался внутрь, лишив девушку возможности задать последний и самый тупой из вопросов. Лария поспешила войти следом за ним.

— Привет, братишки! — радостно завопил Север от двери. — Иштван, как я рад, что ты никуда не улетел!

Он обернулся к девушке, заботливо подвинул ей кресло.

— Лари, любовь моя, присаживайся, — нежно и громко шепнул Джерго. — Секс с Ветром — это вообще тяжкое испытание, а уж с Северным… Да не красней ты так! Тут все свои.

И он встал за спинкой кресла, перекрывая возможность кому-либо выйти из комнаты. Иштван приподнял тёмную бровь и с любопытством уставился на брата. Лария упала бы от неожиданности, если бы уже не сидела.

— Может партию в хозяина ветров? — мило поинтересовался Джерго. — Андраш?

— Не откажусь, — хмыкнул Восточный ветер, привалившийся спиной к косяку окна.

— Давно мечтал обыграть Иштвана, — рассмеялся Север. — Но, боюсь, что это невозможно. Разве что убить… Смерть считается за победу?

— Теоретически, — Андраш задумчиво потёр переносицу, — думаю, да. Даже скорее да, чем нет. Тем более, что смерть — это окончательное решение всех вопросов.

Ларию поразило самообладание Южного ветра. Лицо его было по-прежнему невозмутимо. Он просто ждал, что будет дальше, пощипывая губу.

— Братишка, прости, — покаянно вздохнул Джерго, — лесные демоны нас попутали… Может и у тебя есть кто-то, с кем ты спишь по ночам? Или ты предпочитаешь дневной секс? Нет? Ну тогда мы с Андрашем пришли на твой суд: кого из девчонок оставить невестой? Ты же знаешь: поединки накануне испытаний категорически запрещены. Но Восток настаивает, что по правилам невестой должна быть Эрика, а я, сам понимаешь, хочу Лари. Во всех смыслах этого слова. Ты понимаешь о чём я, да?

Джерго положил руки на плечи Ларии, то ли пытаясь успокоить её, то ли поддержать, и девушка вдруг поймала себя на том, что злится. Первоначальное ощущение стыда и неловкости исчезло под напором злости. И любопытства.

Иштван искоса посмотрел на Джерго.

— Если я правильно понимаю суть проблемы, — произнёс он обычным негромким голосом, — то ни одна из ваших дам не должна быть невестой.

— Да ты ж мой маленький! — воскликнул Север. — Андраш, объясни ему, что ответ неправильный. У тебя только два варианта: Лария, дочь Морского щита, или Эрика, дочь Медвежьего щита.

— Иштван, боюсь, что Джерго прав, — заметил Восток. —