Вожак стаи - Влад Лей

Каждый раз, когда я возвращался на Тирр, уже будучи на шаттле, который должен был опуститься с орбиты к поверхности планеты, меня охватывала эдакая дрожь, нетерпение от предвкушения вскоре увидеть небо родного мира, его океан, землю, траву, деревья…

Я обожал свой родной мир и будь моя воля — никогда бы его не покидал.

Но, к сожалению, это невозможно. Как раз для того, чтобы Тирр сохранялся таким, каким я его помню, я раз за разом вынужден лететь через холодный космос, сражаться на пыльных, пустынных планетах, потея на мостике своего боевого робота, И тосковать по дому.

Быть может, именно поэтому он мне так дорог. Если бы я жил здесь постоянно, никогда бы не покидал родную планету, то вряд ли смог бы по достоинству оценить все, что здесь есть. Только в сравнении можно познать истинную цену. Или же утратив навсегда…

Шаттл, как я и приказал Грифу, нес меня не ко дворцу, а в парк. Там была небольшая посадочная площадка и я намеревался идти ко дворцу от нее. Я хотел поглядеть на шикарные лиственные арки, которыми заплетены дорожки в графском парке…

Когда двери шаттла открылись, в лицо мне ударил прохладный ветерок, который принес с собой запахи распустившихся цветов, запах моря. Казалось, в ветре были и шум волн, и крик чаек.

Я даже прикрыл глаза от удовольствия. О, как мне этого не хватало на душной, тесной станции, искусственный воздух которой никогда мне не нравился и от него у тебя всегда остается во рту эдакий металлический привкус.

Я спустился по трапу и…

— Мама?

— Здравствуй, Лэнгрин.

Она постарела с того момента, как я видел ее в последний раз, но все же, это была она — глаза смеялись, лицо, на котором появилась паутинка еле заметных морщин, было прежним.

Но я никак не ожидал ее увидеть у шаттла, ведь Рок Аран сообщал, что мать, как и другие вельможи графства, ввязалась в борьбу за власть.

И у нее, кстати, были неплохие шансы одержать верх, ведь она действующая графиня.

Впрочем, ее появление тут говорило о том, что она не собирается сражаться за власть. Как раз наоборот. Но… зачем тогда она вообще начинала?

— Я не ожидал тебя здесь увидеть, — хмыкнул я.

— Да? Почему?

— Ну… ты ведь оспариваешь мое право на отцовский титул? — совершенно сбитый с толку, ляпнул я.

— С чего ты так решил? — рассмеялась она. — Как раз наоборот. Я безумно рада, что именно ты станешь новым графом.

— Тогда зачем ты ввязалась во все эти игры? И не отпирайся, я знаю, что ввязалась. Мне докладывали, что…

— Естественно, я во всем этом участвую, — преспокойно ответила она, — а как ты себе это иначе представляешь? Я должна сидеть в келье и ждать, пока кто-то из этих недоумков решит попытаться надавить на меня или же начнет использовать в своих делишках? Ну уж нет! Я начала действовать сама и, как видишь, у меня неплохо получается.

— И что ты намерена делать дальше? — набычившись, спросил я.

В голове мелькали самые разные сценарии. Что вот-вот появятся гвардейцы, которые меня арестуют, или же что мать начнет доказывать, что действует правильно и мне нужно ей довериться…

Видимо, все эти мысли отразились на моем лице, так как мать грустно улыбнулась и сказала:

— Интересно, это действительно ты такого мнения обо мне, или же общение с имперскими столичными вельможами так на тебя повлияло?

— Все вокруг грызутся, как пауки в банке, — пожал я плечами, — я привык ждать подвох с любой стороны и от кого угодно.

— И даже от меня?

Я не ответил. Признаться честно, мне было стыдно, но что я еще мог подумать, когда узнал о том, что моя собственная мать участвует в гонке за трон отца?

— Ты можешь не переживать, я не собираюсь ставить тебе палки в колеса, — меж тем заявила мать, — более того, все это я делала только для того, чтобы помочь тебе.

— Мне? — поразился я. — Чем же?

— Часть людей поддерживает меня, и их не так уж мало. И когда начнется грызня, когда я заявлю, что принимаю твою сторону — у наших конкурентов не будет никаких шансов… Ты и только ты граф Тирра. Ты по праву должен был им стать. И да, я знаю, что твой отец лишил Рикара права быть его преемником еще когда они оба были здесь, на Тирре.

Сказать, что я был удивлен, это не сказать ничего.

А еще мне стало стыдно. Я усомнился в собственной матери, решил, что она, как и остальные, хочет урвать частичку власти или же сгрести все под себя.

Похоже, я ошибался. И мне за это было совестно.

— Не переживай, — она положила руку мне на плечо, — те люди, с которыми ты был все это время, все то, через что ты прошел, должно было научить тебя никому и ничему не доверять. Так что я все понимаю и не обижаюсь. Стать хорошим лордом далеко не каждому по зубам. Но ты, я верю, справишься…

* * *

Мы вместе дошли до дворца.

Все мое смятение, вся та неловкость быстро ушла, пока мы гуляли по парку, вспоминая дни моего детства. Какие же они были легкие и счастливые. И какой же я дурак, что сомневался в собственной матери.

Впрочем, она права — то, через что я прошел, те, с кем я общался, заразили меня скверной. И ведь я знал несколько примеров, когда матери выступали против своих детей, а дети против родителей. И примеров этих было много, а результат этих споров иногда был очень и очень кровавый. Так что моя реакция на то, что моя собственная мать собирает вокруг себя людей, вполне нормальна.

Но мне все равно было стыдно. И как бы я себя ни уговаривал, что лучше стыдиться за то, что усомнился в человеке, чем потом кусать себе локти, потому как слишком уж ему доверял, это не помогало.

К счастью, во дворце мать меня оставила — до собрания лордов оставалось всего ничего. Ей нужно было подготовиться, да и мне собрать мысли в кучу, приготовиться к жарким дебатам.

Мне сегодня многое предстоит, и главная цель у этого — поставить на место завравшихся лордов, показать, кто здесь хозяин.

И все же забавно, ведь не так давно проводил в столице чистки, заслужил свою кличку и наводил страх на оппонентов. Но вот прошло всего ничего и