Воздушная кавалерия. Том 7 - Джек из тени

— Кирилл Андрееевич! Ваше благородие! Позвольте от всего сердца! — он сграбастал мою руку и принялся трясти ее, как помпу, источая смесь дорогого одеколона и явного перегара. — Какая пара! Какое торжество! Вся столица говорит только о вас!

— Благодарю, барон, — я вежливо, но твердо высвободил руку, стараясь переборот желание вытереть ее о штанину. — Вы слишком добры.

— Что вы! Что вы! — замахал Шпильман руками. — Талант, он как шило в мешке, его не утаишь! Ваши успехи на промышленном поприще, они ведь всем известны! Я, знаете ли, тоже немного… коммерсант. Владею парой-тройкой небольших мануфактур.

Ага, понимаю, началось. Сейчас этот хмырь будет впаривать мне свои поделки.

— Аналитическая справка: барон Фридрих Карлович фон Шпильман, — тут же возникла в голове Алиса. Ее аватарка сменилась, теперь это была дотошная бухгалтерша в роговых очках и с нарукавниками, которая перебирала виртуальные счеты. — Владелец трех мануфактур в Тверской губернии. Основной поставщик сукна для интендантства. Качество ниже среднего, цена выше небес. За последние пять лет семнадцать жалоб на поставку откровенного брака, все успешно «замяты» благодаря связям в министерстве. Не брезгует использованием детского труда, платит рабочим копейки. Милейший человек.

Я слушал ее, а сам с самой обаятельной улыбкой, на которую был способен, смотрел на фон Шпильмана. И на хрена мне сукно⁈

— Сукно для армии, это дело государственной важности, барон, — сочувственно кивнул я. — Конкуренция, должно быть, огромная. Сложно, наверное, держать марку, особенно когда на рынке столько дешевого импортного товара. Английского, например.

Лицо фон Шпильмана на мгновение застыло. Улыбка сползла, глазки забегали еще быстрее. Он явно не ожидал такого поворота.

— Э-э-э… да, да, вы правы, — пробормотал он, спешно вытирая платком внезапно вспотевший лоб. — Англичанишки демпингуют, сбивают цену… Но мы, отечественные производители, держимся! Качеством берем!

— Безусловно, — согласился с ним, делая глоток из своего бокала. — Качество, это главное. Особенно когда речь идет о снабжении армии. Не дай бог, какой-нибудь недобросовестный поставщик подсунет вместо качественного сукна дешевку, а потом у солдат форма расползется после первого же дождя. Это ведь не просто брак, это уже почти государственная измена. Таким делом, я слышал, сейчас очень плотно интересуется Особый Корпус. Ищут, знаете ли, серьезный случай, чтобы другим неповадно было. Показательная порка, все дела…

Я говорил это все так же дружелюбно, но смотрел ему прямо в глаза. И видел, как в них застывает ужас. До барона быстро дошло, кто будет финальный заказчик, с которым не договоришься.

— Я… мне… мне нужно отойти, — пролепетал Шпильман, пятясь назад. — Супруга… да, супруга меня ждет! Всего доброго, барон!

И буквально испарился, растворившись в толпе, как будто за ним гналась стая волков. Мои парни, слушавшие этот диалог, давились беззвучным смехом.

— Жестко ты его, шеф, — хмыкнул Грушин. — Барон же сейчас от страха в штаны наложит.

— Поделом, — пожал плечами. — Ненавижу крыс.

Но не успел я насладиться моментом, как на место фон Шпильмана тут же вырос следующий персонаж. Этот был полной противоположностью, тощий, как жердь, с лицом вечно обиженного просителя и подобострастной улыбочкой. Барон Сидорчуков, владелец нескольких металлургических заводиков на Урале. Он начал издалека, рассыпаясь в комплиментах моей жене, погоде, музыке, но я быстро прервал поток излияний.

— К делу, господин Сидорчуков, уверен, вы знаете цену времени.

Барон стушевался, но быстро взял себя в руки.

— Металл, ваше благородие! Для ваших новых изобретений! У меня самая качественная сталь! По ценам договоримся, скидочку сделаю, по-божески!

— Сидорчуков, Иннокентий Палыч, — снова зазвучала в голове Алиса-бухгалтер. — В прошлом году продал партию рельс для железной дороги, в которых содержание серы превышало норму в три раза. Первый же состав сошел с рельс через пятьдесят верст. К счастью, грузовой, жертв нет, но убытки для казны колоссальные. Сейчас идет следствие, но он активно «работает» со свидетелями, чтобы свалить все на стрелочника.

— Сталь, говорите? — задумчиво посмотрел на него. — Хорошая сталь, это важно для любого производства. А то, знаете, бывают случаи… Сделают из некачественного металла, скажем, рельсы, а по ним потом пустят эшелон с солдатами. И где-нибудь на перегоне, в глухой тайге, рельс лопнет… Представляете, какая трагедия может случиться? Сотни погибших. За такое, знаете ли, в военное время без суда и следствия к стенке ставят. Как за пособничество врагу.

Сидорчуков позеленел. Он смотрел на меня так, будто увидел призрака.

— Я… я не понимаю, о чем вы, — прохрипел барон.

— Да я так, просто рассуждаю, — пожал плечами. — О важности качества. Ладно, господин Сидорчуков, я подумаю над вашим предложением. Обязательно подумаю.

Промышленник тоже ретировался, спотыкаясь на ровном месте. И так продолжалось минут сорок. Ко мне подходили банкиры, предлагавшие «выгодные» кредиты под грабительские проценты, лесопромышленники, готовые поставлять мне гнилую древесину, владельцы транспортных компаний с репутацией отпетых мошенников. И каждый из них, выслушав пару моих невинных, на первый взгляд, фраз, улепетывал, как ошпаренный.

Алиса откровенно развлекалась, с азартом ищейки раскапывая в закрытых базах данных ГИС и корпоративных сетях самые грязные секреты столичного бомонда. Она вываливала на меня такой поток компромата, что я мог бы утопить в нем половину присутствующих здесь гостей.

— О, а вот этот милашка, советник из Военного министерства, на прошлой неделе проиграл в карты казенную дачу на торгах! А сейчас хочет предложить тебе «помощь» в получении госконтракта! — хихикала хвостатая. — Кирилл, это неиссякаемый источник! Я уже столько на них нарыла, что можно три тома «Мертвых душ» написать!

Я краем глаза видел, как за нашим «представлением» наблюдают патриархи. Генерал Воронцов выглядел обеспокоенным, он явно не одобрял моих методов, считая, что я наживаю себе слишком много врагов. А вот старый князь Ростов откровенно наслаждался происходящим. Старик сидел, поглаживая бороду, и в его выцветших глазах плясали веселые бесенята. Старый волк одобрял то, как молодой показывает зубы, отгоняя от добычи шакалов.

Наконец, поток желающих «подружиться» иссяк. Вокруг меня образовалась своего рода санитарная зона. Гости с опаской косились в мою сторону, перешептываясь, и предпочитали держаться на расстоянии. Я с облегчением откинулся на спинку дивана.

— Ну вот, кажется, и все, — сказал своим парням, которые уже откровенно ржали в голос.