Полукровка 5 - Василий Горъ

В этот момент я и начал развлекаться — вывел на голоэкраны всех кают картинку с внешней камеры и показал сначала коттеджный поселок, в честь которого был назван горный курорт, потом несколько самых красивых трасс и ресторан «Трамплин» над началом самой широкой.

После того, как вывесил «Наваждение» чуть выше по склону, опустил аппарель, десантировал наружу «Рукопашников», передал управление Фениксу и спустился в свою каюту. А еще через пару минут нарисовался в трюме, оглядел толпу, готовую к отрыву, и толкнул коротенькую речь:

— Через минуту бортовой искин подведет корабль к верхней смотровой площадке ресторана и накроет ее маскировочным полем. Поэтому спрыгиваем с аппарели, спокойно встаем на лыжи и сноуборды, опускаем линзы шлемов, собираемся в конференцсвязь, активируем жилеты и выстраиваемся перед съездом на склон.

— А в каком порядке? — спросил Игорь Олегович и получил неожиданный ответ:

— В каком заблагорассудится: вы прилетели кататься, вот и катайтесь в комфортном режиме. А мы и ваши вторые номера подстроимся…

Глава 9

6 октября 2470 по ЕГК.

…Утро понедельника порадовало не по-осеннему синим небом, полным безветрием и двадцатью тремя градусами тепла. Вот я и предложил девчатам, уже приперевшимся в гостиную, но еще не вернувшимся в сознание, погулять по набережной Долгого. Их сонливость и заторможенность как ветром сдуло — не успел я договорить, как Темникова «возникла» возле меня, благодарно чмокнула в щеку, назвала самым заботливым мужчиной на свете и унеслась переодеваться. Развеселившаяся Костина одарила двумя поцелуями и заявила, что я еще и самый любящий. А Завадская провокационно прижалась грудью, укусила за мочку уха, еле слышно прошептала, что хочет еще, и заставила вспомнить самые волнующие моменты ночного буйства. Но я как-то задвинул куда подальше проснувшееся было желание, шлепнул вредину по аппетитной попке и умотал переодеваться.

Как выяснилось уже минут через пятнадцать, Марина, обиженная моим «равнодушием» до глубины души, решила страшно отомстить — включила турборежим, ускакала в их, женскую, гардеробную, надела новый костюмчик, обтягивавший фигурку, как вторая кожа, как-то уж очень быстро подкрасила губки, «переместилась» в прихожую и встретила меня убийственным взглядом через плечо.

У меня пересохло во рту, а руки сами собой потянулись к выдающимся достопримечательностям. Но не прошло и трех секунд, как к нам прибежали Ослепительные Красотки, и я, оценив их наряды, понял, что не остыну — эти… хм… оторвы тоже подчеркнули умопомрачительную красоту форм и нанесли агрессивный макияж! Пришлось искать выход из безвыходной ситуации. И он, конечно же, нашелся. Сразу после того, как я посмотрел, который час:

— Вы исключительно хороши, а значит, обязаны перепортить настроение всем, кому можно и нельзя! Поэтому начнем… с учащихся и педагогов школы, в которой учатся Нина с Олесей. То есть, проводим мелочь к первому уроку…

Проводили. Несмотря на то, что девчушек пришлось ждать без малого двадцать минут. Зато мои напарницы заслужили по комплименту от Марины Валерьевны, а я получил совет быстренько сбегать за табельным игольником, иначе не отобьюсь от желающих наложить лапу на таких красоток. Что самое забавное, это утверждение оказалось пророческим: к ним начали подкатывать еще во дворе школы. Нет, не педагоги и не охранники, а то ли отец, то ли дядя сразу двух учеников — торопливо выбрался из бронированного «Дредноута», навелся на девчат, радостно заулыбался, подошел поближе и выдал довольно интересный комплимент. Заметив, что эта троица не реагирует ни на красивые аллегории, ни на дорогущий лимузин, ни на нереальные стати оратора, сделал вторую попытку — заявил, что такие юные и очаровательные дамы просто не могут быть мамами, а значит, привели в школу младших сестер. А после того, как был проигнорирован снова, наконец, «заметил» меня, оглядел с головы до ног и использовал третий вариант подката:

— Слышь, парень, а познакомь-ка меня с твоими подружками!

— Нет, не познакомлю… — заявил я, полюбовался багровеющим лицом и добавил в голос немного участия: — … ибо не вижу смысла: мои подруги живут только службой Империи и не тратят время ни на необременительные романы, ни на так называемые «серьезные отношения».

Пока аристократ переваривал нестандартный ответ, мы успели пожелать сестрам Синицыным хорошего дня, забыть о существовании горе-ухажера, повернуться к нему спиной и направиться к выходу на набережную. Вот страдалец и возмутился:

— Стоять! Я вас никуда не отпускал!!!

Мы даже не замедлили шаг. Вот его и накрыло — он нас догнал, схватил меня за правое плечо и дернул на себя.

Я сбросил «захват» Кары, опиравшейся на левое предплечье, привычно подвернулся под руку атакующего, провел болевой прием на лучезапястный сустав, поставил взвывшее тело на колени и вежливо предупредил, что у моего терпения есть границы. Но этот недоумок имел глупость заявить, что я — труп.

Что переполнило чашу моего терпения — я сломал зафиксированное запястье, взял на болевой вторую верхнюю конечность, набрал генерала Переверзева, поздоровался, извинился за ранний звонок и попросил прогнать одного вконец охамевшего шпака через систему распознавания лиц.

Владимир Михайлович заявил, что с удовольствием поможет, подождал появления физиономии моей жертвы в поле зрения камеры ТК и обошелся без обращения к базам данных:

— Тор Ульфович, это Петр Михайлович Микулин — известный фат, повеса и любитель заложить за воротник. Кстати, на позапрошлой неделе создал главе рода очередную серьезную проблему и, по слухам, был наказан как-то очень унизительно. Как именно — не знаю, так как такие мелочи не отслеживаю, но если надо, то могу выяснить.

— Я бы предпочел получить личный контакт главы рода Микулиных…

Получил, поблагодарил за помощь, попрощался, сбросил вызов и набрал некоего Якова Павловича. А после того, как перед глазами появилась аватарка кряжистого мужчины лет пятидесяти пяти с тяжелым взглядом, мощной шеей и широченными плечами, поздоровался, представился и перешел к делу:

— У меня возник конфликт с вашим родичем. Я не считаю его настоящим врагом, поэтому просто сломал руку, которой он в меня вцепился. Однако обещание «Ты — труп», озвученное Петром Михайловичем, увы, не оставляет простора для маневра. Так что мне бы хотелось выяснить вашу позицию… перед тем, как принимать или не принимать более серьезные меры. Ловите запись конфликта.

Пока я описывал свои претензии, мой собеседник играл желваками. А потом удивил:

— Уверен, что не увижу ничего