Неугодная жена, или Книжная лавка госпожи попаданки - Леся Рысёнок

class="p1">И что я должна ему сказать? Что бродила призраком по дому и что-то там услышала? Под зельями мне могло и не такое пригрезиться. Солгать, что да, планируют его прикончить? Но это ведь только мои домыслы, у которых нет доказательств. Скажу и, мало ли, привлекут меня за клевету. Да еще и мир магический, кто знает, как тут мое слово отзовется.

Но промолчать тоже неправильно, раз сказала “а”, надо и “б” говорить.

— Я не уверена, что мне не показалось, вы же видели, что я была немного не в себе и информацию могла воспринять искаженно. Но я думаю, что слышала, как мой дядюшка обсуждал с кем-то, что для того, чтобы позже забрать меня из монастыря, надо, чтобы я стала вдовой, — ответила максимально туманно.

— А зачем тебе в монастырь? — спросил муж, который так и не представился.

— Понятия не имею. Но вы же тоже хотите отправить меня туда.

Задумался.

— Ты знаешь, Кэт, монастыри очень неохотно отдают тех, кто надел платье послушницы. Обычно те, кто попал туда, остаются там на всю жизнь. Есть исключение, например, если нужно продолжить род. Но это относится только к аристократам. Тебя выдали замуж, потому что ты низкого происхождения?

Низкого? Нормальное у меня происхождение! Мой дед академик, между прочим. И бабушка научный работник. Отец инженер, а мама преподаватель. Были когда-то. А я… никто. Хотя с чего бы? Я информационный аналитик!

— Я не могу однозначно ответить на ваш вопрос. Я не знаю, что для вас значит “низкое”, но я не считаю свое происхождение недостойным, — ответила уклончиво. Я же не знаю, что ему “дядюшка” наплел и какие последствия у этого могут быть. И про полный обряд, что мы провели, пока ничего не выяснила.

— Ты странная, Катрин. Могла выбрать в лавке что-то достаточно ценное, но взяла непонятное приспособление. Ты хоть понимаешь, что с ним делать? — спросил мой анонимный муж.

— В общих чертах, скорее предполагаю, — ответила я.

— И на вопросы ты отвечаешь так, будто скрываешь что-то, — он снова пристально уставился на меня.

— А вы вообще даже свое имя мне не говорите, — парировала я.

— Дан, — шутливо поклонился муж, — будем знакомы.

Пожала плечами и ничего не ответила. Разве я должна быть с ним откровенна? Ну и все.

— Какие у нас планы, Дан? — спросила.

— Видимо, купить одежды. А то право неловко жену в монастырь бесприданницей отправлять. Скоро осень, вдруг ряса окажется недостаточно теплой. Или чулки колючими. Не хочу, чтобы нежная кожа на ножках моей жены натерлась грубой шерстью.

Чуть не подавилась собственным возмущением. Вот о чем он вообще думает, а?

Глава 11. Конец семейной жизни

Одежду мы купили, возражать я не стала. Для этого прошлись по нескольким лавкам, и я пригдядывалась, приценивалась и наблюдала за окружаюшими людьми.

К счастью, кринолинов и турнюров тут не было, одежда была самая разнообразная, на ком-то более строгая, что и платья в пол, но эти дамы передвигались на каретах и с извозчиками. Кто-то был одет попроще — в платья и юбки до щиколоток. Ничего открытого я не видела, туфельки если на каблуке, то низком. Некоторые дамы в шляпках и перчатках, но не все. На плечах накидки, пелерины, кружевные жакеты. Из украшений на тех, что более многослойно одеты, броши, кольца, сережки. Такие женщины ходили с зонтиками и крохотными сумочками, мужчины встречались с тростью и портфелями или кожаными папками для бумаг.

У тех, что в простых штанах и рубахах, без пиджаков и камзолов, видела холщовые мешки за спиной. Из одной кареты выгружали чемодан и сундук.

Я бы сказала, что люди одеты скорее функционально, чем вычурно, но изящество и склонность к украшательству есть. Мне бы оно может и не надо, но кто знает как долго я тут пробуду. Еще развод ведь надо оформить.

— Дан, — обратилась я к супругу. — А нам обязательно год ждать, чтобы развестись? Пораньше никак?

Взглянул недовольно. А что я? Сам же сказал, что жена ему не нужна.

— При полном обряде никак.

Досадно.

— А если жена в монастырь уходит, это разве не освобождает от обязательств? — продолжила я искать выход.

У нас, например, цари жен туда как раз за этим и отправляли — сослал и новую взял. Удобно.

— Нет.

Сказал, как отрезал. И чего он злится? Да что с ними со всеми в этом мире не так? Я никого не трогаю, а они… Мда, нежеланна я тут, неугодна. Уходить надо.

— А через год мое присутствие обязательно? Без меня тебя разведут?

— Катрин, к чему эти вопросы? — посмотрел пристально с подозрением, так что мурашки по коже.

— Ну, мало ли. Вдруг монашки меня не отдадут?

— Разберемся.

“Не хочет говорить”, — поняла я. Ну и не надо. Доберусь до библиотеки и сама все узнаю.

Но попасть туда не удалось.

Меня приодели, купили саквояж, собрали “приданое”, накормили и потребовали принести клятву в супружеской верности. Я потребовала отдать мне свое содержание.

Муж почему-то распсиховался, но в повез меня в банк. Там мне понравилось — отделанный мрамором холл, стойки с кассирами, все милые и любезные. Проводили нас в отдельную комнату, выдали стопки золотых монет и посоветовали или оставить часть на счету, к которому предложили сделать доступ через специальный платежный артефакт или приобрести зачарованный мешочек, который после привязки может становиться невидимым и неощутимым для всех, кроме владельца.

Управляющий с гордостью продемонстрировал его действие и похвастался тем, что их сеть банков выкупила эксклюзивные права на распространение данной продукции. Проговорился, что такой способ защитить наличность придумали совсем юные девушки под руководством какой-то графини, которая жена королевского дознавателя, который был проклят и из-за которого началась охота на ведьм, которая идет до сих пор. Я ничего не поняла, но согласилась, что вещь, безусловно, стоящая. И спросила, а есть что-то такое, чтобы можно было спрятать предмет покрупнее.

Управляющий расцвел и повел нас в еще одну комнату. Когда я увидела там рюкзак с лямками, который мог становиться невидимым, я была готова отдать за него все, что угодно, ведь это было именно то, что мне нужно!

Дан поинтересовался, почему он не знал о таком артефакте, который был бы очень полезен в его работе, а управляющий сказал, что это опытный образец, который ему лично презентовала графиня Софи, и второй такой есть только у господина королевского дознавателя, графа Каминир. Снова согласно покивала, восхищаясь оказанной честью. И шепнула супругу, что согласна отказаться от части содержания, если он достанет