Дела одного Мастера - Лиса Самайнская

она явно делала это не из страха. Моника действительно очень любила и уважала отца. Она в целом часто говорила, что он самый близкий и родной ее человек. Но видеть послушную прилежную Монику без ироничных шуток, армянских слов и акцента, хозяюшку и умницу, было непривычно.

Оказывается, она умеет быть и такой.

– Ты бы поосторожнее, Илья, – заговорил Резак, когда Моника ушла. – Нехорошо это как-то – так близко дружить с замужней девушкой.

Стало ясно, к чему спровадили Монику. Как же много людей ему это говорили! Особенно Дима – куда бы Илья ни пошел с Моникой, он всегда раз по пять слышит эти напоминания. Постепенно это становилось даже забавным. Не то чтобы Илья пытался отрицать свои ухаживания, интерес и привязанность к девушке, которые явно выходят за рамки простой дружбы. Но Моника отвечала на это, а потому останавливать динамику их отношений не хотелось.

– Конечно, я понимаю…

Но при Резаке, конечно, лучше лишний раз не ерничать.

– Эти игры добром не кончатся. Не испытывай судьбу.

Илья едва сдержал смешок. «Игры»? Пусть так. Но эти рассуждения и впрямь забавны. Если он и играет с Моникой, то это игра в бисер[8], не иначе.

– Я вас услышал, Денис Иванович.

– По поводу? – спросила Моника, прибежавшая довольно быстро.

Да, она явно не очень хотела оставлять их наедине.

– О судьбе говорили, – сказал Илья.

– Красиво, – сказал Резак, скрещивая руки на столе в замок. – И не соврал, и не рассказал. Действительно, хороший ты журналист, Илья.

Да, Илье тоже понравилось: вроде и похвалили его, а вроде и назвали крысой.

– Я хотела показать тебе расчеты. – Моника решила не зацикливаться на этом. – Или ты уже собираешься?

– Да, надо бы Грушу тоже покормить и выгулять, – под пристальным взглядом Резака Илья медленно поднялся со стула. – Я заеду завтра в участок, не спеша посмотрим, обсудим.

– Да лучше бы поспешить, – сказал Резак. – Но соглашусь: не сегодня.

– Приятно было познакомиться. – Илья протянул руку Денису Ивановичу.

Тот, к удивлению, второй раз не стал сильно сжимать ее.

Моника в коридоре протянула Илье пакет с книгами. Девушка не выглядела какой-то взволнованной, скорее уставшей. Хорошо, что хоть сегодня она поспит.

– Завтра поговорим.

– Ага.

Они обнялись на прощание, Илья мило помахал ей и поспешил к Грушеньке. Его день еще не заканчивался.

Флешка так и осталась в его кармане.

Глава 9

Дана

– Проводила?

Моника вернулась на кухню к отцу, который уже сидел на диванчике с кружкой чая и эклерами.

– Зачем так провоцировал его?

– Зачем защищала?

Моника поджала губы, недовольная тем, что отец даже не повернулся к ней, увлеченный эклерами.

– Миша знает? – ненавязчивым тоном поинтересовался он.

– Он мне третий день не отвечает.

– А вы с Ильей три дня общаетесь?

Сбить отца с темы было невозможно.

Моника подошла к нему, присела рядом. Отец протянул ей тарелку с двумя эклерами.

– Нана, ты мне что говорила, когда замуж выходила? – Он убавил звук телевизора почти до минимума.

Моника поерзала, чувствуя себя какой-то провинившейся девочкой. Она убрала тарелку в сторону, не притронувшись к сладостям.

– Мне ни с кем общаться нельзя?

– Нана, ты понимаешь, о чем я говорю.

Отец обтер руки сухой салфеткой, поставил кружку в раковину, молчаливо и задумчиво глядя куда угодно, но не на Монику.

Девушка заговорила первой, прерывая тишину:

– Илья очень помогает мне, поддерживает. Его отстранили, а он все равно ездит в «Известия» и смотрит тексты новостей, чтобы там ничего такого не писали. Делает все, что может. Я его очень ценю.

– Главное, не переоценивай. Мишу ты тоже когда-то так «ценила».

– Тогда я не знала, что он будет на вахтах своих по полгода.

– Я поэтому и говорил тебе не торопиться. – Он сел рядом с ней, не сдерживая вздоха. – Нана, ты же знаешь, нужно нести ответственность за свои слова и поступки. Особенно за клятвы.

– Не помню, чтобы клялась ни с кем не общаться. – Моника откинула голову назад на диван, от усталости закрывая глаза. – Я не перехожу границы.

– Ты ходишь по ним.

Моника недовольно посмотрела на отца.

– Тебе ни Миша не нравился, ни Костя, ни Дана, ни Илья сейчас. Мне с кем общаться-то, пап? Список дашь?

– Нана. – Отец покачал головой. – Я лишь переживаю, что ты себя окружаешь сомнительными людьми и чересчур доверяешь им.

– Даже Дана для тебя сомнительная?

В комнате было темно, свет давали лишь телевизор да кухонная панель. В их квартире часто царил приятный полумрак – свет чересчур раздражал.

К удивлению Моники, молчание отца затянулось.

– Нана, знаешь, – задумчиво начал он, – Дана – девочка очень своеобразная…

– Тяжело не быть своеобразной, когда целыми днями изучаешь маньяков, – хмыкнула Моника. – Хотя она с детства такая была, вот сколько ее помню – сама себе приятная, в своем мирке каком-то.

– Нана, понимаешь, в чем дело… – Отец посмотрел ей в глаза. – Ты, наверное, не очень хорошо помнишь это, хотя это моя ошибка, что не стал рассказывать…

– Ты о чем?

– Ты помнишь, что с Сережей случилось?

– Братом ее? – Отец кивнул, и Моника продолжила: – Ну, ей тогда лет двенадцать было, он погиб в ДТП. А я что-то еще не знаю?

– Там все куда сложнее, чем ты думаешь. Меня тогда Немец поставил ненадолго руководителем следственного отдела. Сергей проходил у нас практику, успел и стажером побывать. Ну, я и попросил Немца устроить его к нам уже на постоянку. Хорошо Сергей работал, действительно исполнительный парень был. Да и сынок Вити. Не хотелось в терках с администрацией города быть. Чем-то на вашего Лешу похож, только не давал на себя все наваливать. Скорее он по собственной инициативе делал все сверх нормы – я таких энтузиастов-желторотиков давно не видел. И вот у нас дело было одно – у Морозовых, ты знаешь их семейку…

– Клептоманы?

– Да, вечно по 158-й[9] идут.

– Не дойдут никак.

– Ну вот однажды от них заявление поступило, мол, пропали драгоценности – кольца там, ожерелья. И Сергей очень активно нам помогал. Он даже нашел двух подозреваемых. Я ему как-то сказал: мол, не ходи один лучше, все правила техники безопасности кровью написаны, возьми с собой кого-нибудь, – тем более что подозреваемыми были их соседи – Жилин и его сыновья, тоже семейка так себе. Но он решил самостоятельно все сделать. Еще и праздники зимние были, Рождество там близилось. В общем, решил он после обеда поехать поговорить с Жилиным. Звонит мне и говорит: мол, нашел браслет, похожий на украденный, но Жилин просто выставил его из дома. Сергей еще грешил ездой на этом старом мотоцикле, все время катался на нем, пока снега не было. Вот