Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

у одного коллекционера почти за бесценок. Просто коллекционер очень любил, чтобы женщины ходили по нему на высоких и острых каблуках, и очень не хотел, чтобы кто-то еще об этом знал. — И почему я должен его принять?

— У него есть новая информация об Исаеве.

Рука Давида легла на набалдашник трости, и камень в нем мигнул красным.

— В самом деле? Разве он не мертв? Что ж, тогда я жажду поскорее встретиться с этим прекрасным сударем!

Глава 3

Граф Воронов еще раз огляделся. Поляна, на которой остановился их отряд, была окружена плотным кольцом узкоглазых желтолицых воинов. Из-за того, что все они маскировались с помощью пучков травы и веток деревьев, казалось, что сам лес стеной встал вокруг поляны и выпускать никого не собирался. По крайней мере, живьем.

Всех дозорных согнали в центр. Тех, кто из бойцов отряда отдыхал, острыми клинками заставили встать и тоже сойти в центр к остальным.

— Мы вам не враги! — на всякий случай громко сказал Михаил Воронов, догадываясь, что вряд ли эти люди понимают по-русски.

— Они на деревьях, ваша светлость, — тихо сказал Русич. — Они повсюду.

— Знаю.

Глаза графа уже засекли в листве едва различимые фигуры людей. Блеск в лунном свете наконечников стрел, явно чем-то смазанных, выдавал их присутствие.

Русич скомандовал, и несколько бойцов подтащили к графу помятый бронированный ящик. Воронов наклонился к ящику, но его остановил гортанный окрик одного из врагов — крупного мужчины с длинным, слегка загнутым двуручным мечом. Катана, вот как он назывался. Клинки Воронова тоже были катанами, но куда меньше в размерах.

Военачальник племени, в засаду которого попал отряд компании, растолкал недовольных бойцов и подошел к графу. Пыхтя как паровоз и поджимая в сдержанной ярости губы, медведеподобный воин произнес что-то на своем языке и прижал лезвие катаны к горлу графа.

— Тише-тише… — улыбнулся граф. — Я только открою ящик. Никакого оружия там нет.

Он поднял руки, глядя в узкие глаза воина, и медленно, чтобы не порезать горло о лезвие катаны, присел возле ящика.

— Что это за люди? — шепотом спросил Русич.

— Самураи, — ответил граф. — Или ронины народа айнов — кто их разберет. Главное, что, если мы дернемся, нам конец. Скажи своим людям, чтобы вели себя спокойно, а иначе нас превратят в подушки для иголок.

Командир отряда отдал несколько отрывистых приказов, и пара человек, уже тянувшихся к пистолетам в кобурах, передумали вступать в неравный бой.

Под чутким и подозрительным взглядом врага граф одной рукой откинул крышку, защищавшую электронный кодовый замок, и набрал секретную комбинацию. Крышка подалась вверх на пару миллиметров, громко зашипев. Из щели повалил холодный пар.

Предводитель воинов племени айнов предостерегающе крикнул и вдавил лезвие в горло графа. Что явно означало «Только попробуй поиграть со мной и отрежу тебе башку!» Или что-то в этом роде.

По горлу за воротник сбежала теплая капля крови из пореза, но граф не обратил на такую мелочь внимания.

Осторожно, медленно, одними пальцами он откинул крышку ящика. Холодный пар уже весь вышел, и глазам всех вокруг предстал ящик поменьше, специальным образом закрепленный, чтобы никакие внешние воздействия не повредили хрупкое содержимое.

Воронов видел по глазам воина, что ему любопытно содержимое второго ящика. Он даже про катану забыл, слегка ее опустив, и заглядывал внутрь, будто мог сквозь еще одну крышку что-то увидеть.

— Вы позволите? — улыбнулся граф.

Вражеский воин пришел в крайнее возбуждение. Он топал ногами и активно жестикулировал, показывая то на ящик, то на графа. Хотел, чтобы ему открыли тайну сокровища. Михаил протянул руку и нажал кнопку. С громким щелчком маленькая коробка открылась, и все вокруг ахнули.

Граф аккуратно взял круглый поднос и вытащил сохранивший свою свежесть красивый лимонный пирог со слоем желтого, будто застывшее солнце, желе.

— Ваша светлость… — изумленно прошептал Русич, стоявший за плечом графа, и громко сглотнул. — Неужели это то, что я думаю?

— Это именно то, что ты думаешь, — ответил граф. — Лимонный пирог моей внучки.

Воин с катаной, увидев пирог и принюхавшись, настолько изумился, что стал похож на европейца, широко раскрыв глаза.

— О-о-о! — восхищенно протянул он.

Затем выкрикнул какую-то длинную фразу на своем языке, опустив катану. Освободил одну руку, резко выхватил из-за пояса маленький кинжал, танто, и замахнулся им на графа.

Русич, посчитав это угрозой, схватился за рукоять своего револьвера в нагрудной кобуре, но не успел даже потянуть его, как в его горло уткнулось сразу несколько катан. Боец зарычал.

— Все нормально, командир, — остановил его граф. — Все нормально.

Вражеский предводитель сделал два коротких, красивых и молниеносных удара и третьим взмахом насадил на лезвие кусочек пирога. Еще раз по-собачьи принюхался к нему и откусил.

— О-о-о… — зажмурил он глаза от удовольствия и громко зачавкал, поедая пирог прямо с кинжала, будто шашлык с шампура.

Затем снова громко прокричал что-то на своем гортанном наречии и забрал поднос с пирогом. Остальные воины заулюлюкали, потрясая мечами, а уже через несколько секунд все они растворились в лесу вокруг.

Только тогда граф позволил себе с облегчением вздохнуть.

— На эту ночь мы в безопасности, Русич, — сказал он, оборачиваясь к командиру отряда. — Прикажи приготовить ужин и выспаться. Айны приняли наше подношение.

— Но… ваша светлость, вы уверены? Как вы вообще узнали, что этим людям понравится лимонный пирог вашей внучки?

— Из старых записей мастера-кузнеца Таканаки. Он жил и трудился среди народа айнов задолго до войны. Писал, что у них лимонный пирог считается деликатесом. Один такой я послал с первой группой, но они сюда даже не добрались. Как видишь, командир, Таканаки не соврал.

Граф закрыл ящик и устало сел на крышку.

— Понял, ваша светлость. Ничего себе у них преемственность традиций, раз столько времени помнят о любви к лимонным пирогам. Или генетическая память… Ладно, значит, здесь и заночуем.

Ночь прошла спокойно, и следующим утром отряд выдвинулся дальше. На территории племени айны им больше не попадались, но граф чувствовал, что за ними постоянно наблюдают.

Вскоре они пересекли этот кусок Расколотого Эдзо, с боями преодолели еще несколько не очень гостеприимных островов и, наконец, нашли искомое.

— Это здесь, — произнес граф, стоя на границе старой, заросшей бурьяном деревни. — Сюда, чтобы ничто не отвлекало его от работы, приходил создавать свои мечи великий мастер Таканаки.

Здесь Михаил Воронов узнает, почему его мечи почернели после визита Исаева.

* * *

Славика и Лизу наше такси высадило возле трапа на ресторан-теплоход. К счастью, брат девушки тоже постарался и оделся подходяще для случая. То есть