Почти люди - Михаил Валерьевич Булыух

Ещё южнее нашли третий комплекс. Возле мастаб жили люди, использовавшие стены только как укрытие от ветра. Они не знали, кто строил сооружения; старшая женщина помнила рассказ своей бабки о времени, когда сюда приходило много людей и внутри всегда лежала еда.

В одном помещении сохранился бронзовый крюк, глубоко вбитый между камнями. Металл позеленел, дерево вокруг исчезло. Я вытащил его только после того, как расшатал два блока; рабочий конец был сбит от долгого использования. Хр-у-топ держал находку обеими руками и несколько раз повторил, что это тот самый солнечный камень. Я посмотрел на сухие камеры, заросшие посадки и людей, которые теперь спали у стены, не умея ни построить её, ни наполнить запасами, и сказал, что рассказы о сытом времени, похоже, тоже не выдуманы. После этого Ток-э-у сам начал расспрашивать встреченных о старых дорогах и местах, где находили жёлтый металл. Ответы расходились в деталях, но юго-западное направление повторялось снова и снова.

У третьего комплекса нашлась и старая дорога. Не мощёная полоса, а широкий коридор между кустарником, где земля оставалась плотнее и почти не росли старые деревья. Он вёл от мастаб на юго-запад и исчезал у переправы через реку. Топ-тик-иик нашёл на другом берегу продолжение, а ещё через день мы увидели остатки такой же полосы возле высокого сухого места. Люди давно перестали ходить там постоянно, но маршрут был выбран удачно: вода, подъёмы и места ночёвок располагались так, будто кто-то много лет проверял дорогу и постепенно закреплял наиболее удобный путь.

Первую старую выработку я узнал по камням вокруг неё. Они лежали слишком мелко раздробленными: сотни кусков несли одинаковые следы ударов, а между ними попадались зеленоватые пятна. В одном обломке была медная руда, похожая на ту, которую я уже добывал здесь в другой жизни, когда берег находился дальше, а ближайшая река шла по иной долине.

Ток-э-у спросил, пришли ли мы. Я ответил, что близко: дальше человеческих следов становилось больше. Сначала отдельные ямы, затем длинные осыпавшиеся выработки. На склоне заросли травой старые отвалы, в низине сохранилась площадка с чёрной землёй и кусками шлака. Хууу-топ подобрал тяжёлый пористый кусок, понюхал его и спросил, горел ли этот камень. Я объяснил, что это остаток работы печи, после которой из руды забирали металл.

Через два перехода появились развалины: сначала одно каменное основание, затем ещё несколько, а вскоре их стало десятки. С длинного склона открылось всё поселение. Я ожидал увидеть мастерские и несколько больших домов, но от возвышенности к реке тянулись ряды разрушенных строений. Каменные нижние части стен ещё стояли, деревянные верхние давно провалились; между ними оставались широкие проходы. Я насчитал больше сотни построек и бросил считать. Над ними возвышались три массивные мастабы, ещё одна стояла возле выработок.

Никто не вышел нам навстречу. Над развалинами не было дыма, между стенами не слышалось голосов. Ток-э-у остановил людей у края поселения, и даже дети скоро замолчали, глядя на пустые проходы.

Бум-ток спросил, давно ли это место брошено. Каменные стены могли стоять долго, но внутри сохранялись вещи, которым до столетий было далеко. Под рухнувшей крышей ещё держался кусок обугленной балки, в сухом углу лежала плетёная корзина, рассыпавшаяся от прикосновения, а черепки керамики попадались почти в каждом доме. Некоторые сосуды разбились при падении крыши, другие всё ещё стояли у стен.

Первого мертвеца нашла Э-иик и позвала меня необычно тихо. В маленьком помещении лежал скелет женщины; кости сохраняли порядок, на тазу и рёбрах держались куски истлевшей одежды, а у стены лежал бронзовый нож с остатками сгнившей рукояти. Рядом находился ребёнок. На их костях не было повреждений, которые объясняли бы смерть. Во втором доме лежали трое, в третьем — мужчина возле очага, в четвёртом — две женщины и подросток. Через час мы перестали считать тела.

Ток-э-у собрал мужчин у центрального прохода и спросил, не перебили ли жителей враги ночью. Пока признаков большой бойни не было. У ближайшего скелета оставались целыми череп и рёбра, руки лежали возле тела; то же повторялось в других домах. Если здесь убили сотни людей оружием, повреждения не могли исчезнуть у всех сразу. Бум-ток предположил, что враги могли испортить воду. Такое объяснение я пока тоже не отбрасывал.

Лагерь мы поставили за пределами поселения. Внутри никто не хотел спать, хотя смерть произошла много лет назад. Айяйии-на запретила детям трогать кости и посуду голыми руками. Хууу-топ спросил зачем; она ответила, что причины смерти мы ещё не знаем. На следующий день начали осматривать мастерские.

Инструментов оказалось столько, что некоторые наши люди перестали понимать, зачем их делали в таком количестве. Бронзовые кирки лежали возле выработок, часть уже без рукоятей. Нашлись мотыги, тесла, клинья, лопаты с металлическими рабочими частями, тяжёлые молоты и небольшие ножи. В одном помещении стояли разбитые тигли, в другом лежали слитки, покрытые зелёной и тёмной коркой.

В жилых домах бронзового оружия почти не было. Личные каменные копья и ножи попадались постоянно, бронзовые наконечники — редко. Хууу-топ решил, что металлическое оружие забрали враги. Топ-тик-иик напомнил про оставленные слитки: если нападавшие охотились за бронзой, странно было бросать металл, который мы нашли за один день. Хууу-топ возразил, что склад могли не заметить, но спор закончился, когда Бум-ток позвал нас в центр поселения.

Между тремя мастабами стояло самое большое обычное здание. Крыша рухнула внутрь, но толстые каменные стены сохранились до груди. Под балками лежал общий запас оружия: десятки бронзовых наконечников, длинные ножи, тяжёлые рубящие лезвия, детали копий и несколько предметов, назначение которых я понял не сразу. Часть была уложена рядами, часть рассыпалась после обрушения полок. Ток-э-у долго рассматривал находку, потом сказал, что при нападении люди разобрали бы этот запас прежде, чем враг дошёл до центральных домов. Бум-ток покрутил наконечник и положил обратно. Он предположил, что жители не ожидали боя; мне всё больше казалось, что к моменту опасности им просто было не до оружия.

Кости у подножия первой мастабы заметил Топ-тик-иик. Там лежали десятки людей. Некоторые скелеты были перемешаны, многие длинные кости расколоты зубами, несколько черепов растащены далеко в стороны. Топ-тик-иик сразу узнал работу гиен: такие следы мы видели на брошенной добыче не раз. Если жители начали умирать быстрее, чем остальные успевали уносить тела, падальщикам здесь хватало еды надолго.

Но рядом лежало то, чего я не ожидал. Почти целый скелет гиены находился между человеческими костями; вторую нашли в нескольких шагах, потом ещё три. К вечеру мы насчитали больше двадцати только возле