Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

— Ещё бы! — Ингро рассмеялся. — Служба у герцога Зальта и его дочери для всех отставников Шардала считается удачей уровня выигрыша в казино. — Он ещё раз проглядел список. — Хорошо. Оставьте так до особого распоряжения. Если мы сейчас резко заменим охрану, тот, кто смотрит за ними, поймёт, что след заметили. Пусть пока думает, что маркиза просто проявила излишнее милосердие. После её нынешней репутации это будет выглядеть правдоподобно.

— А что с Эльгой?

Талис поднял глаза.

— С принцессой всё сильно сложнее. Сам факт попадания документа к ней может означать подброс с попыткой дискредитации, попытку спрятать бумагу среди хозяйственных дел или сигнал от человека, который не рискнул прийти напрямую. Все три варианта прорабатываются, но её имя не появится в материалах. Для внешнего слоя мы сформируем легенду, что папку обнаружили при внутренней проверке госпитальных поставок фонда.

— Лиара это оформит.

— Разумеется. А герцогиня сделает так, что через год половина участников сама поверит, будто всё именно так и было.

Он отложил медицинский список и взял финансовую схему.

— Центр Ренго… Давно не слышал это название. И очень надеялся больше не услышать.

Ардор посмотрел на него внимательнее.

— Вы знали о нём?

— Я знал, что существовал такой закрытый медицинский проект. Старый, грязный, но тогда его подали как неудачную попытку лечения тяжёлых эфирных травм. Материалы ушли в архив, несколько чиновников потеряли должности, двое врачей умерли очень скоропостижно, и все решили, что история закончилась. Теперь, судя по вашей папке, она не закончилась, а просто легла на дно.

— Это связано с находками в Тихом Камне?

Талис не ответил сразу.

— Пока я скажу так. Печать похожа на то, что не должно было пережить закрытие проекта. А реакция вашего кота делает дело достаточно странным, чтобы я не стал смеяться над котом. Где он сейчас?

— Дома. Объелся сыром и изображает государственную ценность.

— Пусть продолжает. Возможно, он ею и является, хотя я предпочёл бы, чтобы государственные ценности были менее подвижны. — Талис сложил бумаги обратно в папку, но ленту не завязал, а вместо этого достал из ящика красную и молча перевязал материалы ею. — Дело пойдёт под грифом внутренней угрозы высшего приоритета. Королю доложу лично. Корнрасу не сообщать ничего, пока мы не поймём, сколько его людей торчит из этой старой истории.

— Неужели полезет?

— Полезет обязательно. Он не умеет не лезть туда, где пахнет властью над магами. Именно поэтому мы дадим ему понимание собственной значимости, а настоящие материалы оставим здесь.

Ардор впервые за разговор расслабился.

— Я знал, что пришёл по адресу.

— Не обольщайтесь. Вы пришли по адресу, потому что наконец решили не стать адресом сами. Это прогресс, но я бы не стал делать из одного удачного случая новую традицию без наблюдения.

Талис позвонил в маленький серебряный колокольчик. В кабинет вошёл человек без знаков различия и с лицом, которое забывалось ещё до того, как дверь закрывалась за ним.

— Группа «Серый ход», старые медицинские проекты, центр Ренго, все архивные ограничения снять по моему личному допуску. Две теневых наружки на живых фигурантов из списка. Финансовую линию принять через канал герцогини Таргор-Увир. Отдельно выяснить, кто в Управлении медицинских закупок касался пакета принцессы Эльги. Тихо и быстро.

Человек кивнул и исчез.

Талис снова посмотрел на Ардора.

— А теперь возвращайтесь в Академию, подполковник. Учитесь. Делайте вид, что государство пока справляется без вашего личного участия в каждом подвале столицы. Если понадобится ваша память о Тихом Камне, реакция кота или ваша способность разговаривать с маготехнической мерзостью кулаком, я вас вызову.

— Последнее звучит как оскорбление моей профессиональной квалификации. — Ардор усмехнулся.

— Ну, что вы! Это лишь краткое резюме имеющихся методов. Работают они, надо признать, превосходно, но Канцелярия всё же попробует начать с более скучных способов. Нам сейчас требуется не топор, а скальпель.

Ардор поднялся, но Талис остановил его:

— И ещё, подполковник. Если это действительно старый хвост того, о чём я думаю, то вы нашли не просто след преступления. Вы нашли место, где кто-то когда-то научился прикрывать чудовищные вещи словами о лечении, долге и прогрессе. Такие люди опаснее обычных предателей. Предатель хотя бы знает, что продаёт страну. Эти могли искренне считать, что строят будущее.

Ардор вышел из Канцелярии с очень странным ощущением.

Дело он отдал, но спокойнее не стало. Обычно после передачи задачи правильному человеку появлялось хотя бы что-то вроде внутреннего равновесия, но здесь оно не приходило. Старый медицинский проект, печать, похожая на след Тихого Камня, живые люди с поломанной памятью и кот, шипящий на папку, складывались в картину, которую очень хотелось разбить об стену, но Талис был прав. Сейчас требовался не топор.

Ардор сел в свой внедорожник, посмотрел на старое здание без вывески и вдруг подумал, что, возможно, Академия действительно уже начала его портить. Неделей раньше он бы, конечно, тоже пришёл к Талису. Но перед этим успел бы навестить хотя бы одного бывшего врача, архивиста и пару людей, знавших слишком много для собственного здоровья.

Теперь он всего лишь очень хотел это сделать.

Прогресс, как выразился бы Вейн.

А в Балларии тем временем учились жить с новым королём и в новой политической конструкции.

Алайр Ангис унаследовал трон, едва дышащие кредитные линии, обозлённых промышленников, испуганных банкиров, осатаневшую от провалов разведку, недовольных военных и страну, ещё вчера делалавшую вид, что может диктовать миру условия, а сегодня внимательно читавшую каждый пункт трактата, чтобы понять, насколько глубоко ей разрешат дышать.

Королевский дворец стал тише.

Не потому, что там стало меньше