Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

Она улыбнулась.

— Мне сегодня остановиться негде, Вилф Брим, — ответила она, все так же не отводя глаз. — А где ты остановился?

Брим наклонился вперед.

— Пока нигде, — сказал он, ощущая, как сердце бьется у горла. — А… ты не согласишься, чтобы я нашел место для нас двоих?

— Вилф Брим, — сказала она, поглаживая запястье двумя пальцами, — это предложение нам обоим спать в одной кровати?

Он усмехнулся:

— Я надеюсь, Ева, не просто спать в одной кровати. Она с улыбкой потянулась через стол и взяла его за руку:

— Вилф, ты же весь день раздевал меня глазами, правда?

— Да, — признал он. — Я это делал.

— Тогда найди нам спокойное место, где тебе не придется ограничиваться глазами, — ответила она, чуть улыбнувшись. — Я люблю, когда меня раздевает мужчина. А потом мы, ну, займемся исследованиями.

Брим кивнул, лихорадочно думая. Где? И тут его осенило. Бакстер Колхаун был совладельцем отличного маленького пансиона недалеко от площади Верекер и неоднократно предлагал Бриму воспользоваться его услугами.

— Мне надо позвонить из вестибюля, — сказал он. — Ты подождешь?

— Я не вижу здесь никого, кто мог бы раздеть меня прямо сейчас, — ответила она. — Подожду.

— Только сиди тихо и никому не говори, чего ты ждешь, — шепнул Брим; — А то мне придется драться со всеми присутствующими мужчинами…

Через два тика он уже был в вестибюле, набирая персональный голофон своего старого учителя и товарища по кораблю, контр-адмирала Бакстера Колхауна, командующего Силами Обороны Имперского Флота в штабе в Аббатстве Олд-Ройс, в бывшем монастыре градгроутов под Авалоном…

Глава 8. Если…

— Резиденция адмирала Колхауна, — протянул претенциозный голос на том конце линии.

Голоэкран остался темным, как Брим и ожидал.

— Моя фамилия Брим, и я хочу говорить с адмиралом, — сказал он.

— Простите, кто вы? — переспросил высокомерный голос. — И по какому вопросу?

— Моя фамилия — Брим, — повторил он. — Пишется как в сочетании «Вилф Брим». Я знаю, что адмирал у себя, потому что сегодня я с ним говорил на совещании офицеров.

— И по какому делу, мистер Брим?

— Капитан Брим, Имперский Флот.

— По какому делу, капитан? — повторил голос. Звание «капитан» явно не произвело на него впечатления.

Брим подавил раздражение и засмеялся про себя. Этот человек всего лишь делал свою работу- и при этом чертовски хорошо.

— Слушайте, мистер, — ответил он. — Мое дело касается Бакстера Колхауна и меня. Вы просто пойдите и скажите ему, что Вилфу. Бриму нужна квартира на площади Верекер — сегодня вечером. Вам ясно?

— Квартира на площади Верекер? — переспросил голос уже совсем с другой интонацией. — Одну минутку, пожалуйста.

Брим стал ждать, представляя себе, как умелый адъютант быстро просматривает на дисплее список личных контактов.

— Да-да, — вернулся голосе интонацией почти дружелюбной. — Капитан Брим, Имперский Флот, служил в ИДК. Очень хорошо, капитан, соединяю вас прямо с адмиралом.

Почти сразу на экране появилось грубовато-красивое лицо Колхауна. Он был одет в удобный старомодный тренировочный костюм и улыбался до ушей. За ним виднелся абсолютный двойник одной из самых знаменитых актрис Авалона, раскинувшийся на софе. Женщина была почти одета.

— Ну, парнишка? — вопросил влиятельный карескриец. — Чего ты там насчет площади Верекер? Очень важное свидание?

— Именно так. Кол, — просто ответил Брим. Колхаун на миг прищурился.

— Ну и отлично, юный Брим, — сказал он. — Ты слишком долго искал, кто бы тебя отвлек от мыслей о работе. А то мы уже боялись, что ты развалишься.

— Я и надеюсь, что эта дама отвлечет на несколько метациклов мои мысли от войны, — ответил Брим, чувствуя, что у него горят щеки.

— И отлично! — еще раз подтвердил Колхаун. — Ладно, не буду задерживать, хочу только, чтобы ты знал: я тобой доволен, а еще — теперь я за тебя спокойнее. Барнат! — приказал он. — Квартира на площади Верекер. Там все готово?

— Я вывел на контур замка информацию по идентификационной карте капитана Брима, — отозвался деловитый голос.

Колхаун повернулся к дисплею.

— Все сделано, юный Брим, — сказал он. — Квартира твоя в любой момент — если, конечно, она свободна. Просто позвони Барнату. — Он снова улыбнулся. — Давай, подзарядись. Видит Вселенная, тебе это надо.

Он вскинул руку в отличной пародии на имперский салют — и экран погас.

* * *

— Извини, что так долго, — сказал Брим, возвращаясь к столу. — Надеюсь, ты не успела передумать. Она застенчиво улыбнулась:

— И не мечтай, Вилф Брим. Кто знает, сколько я еще буду искать человека, который согласится мне помочь?

— Не беспокойся, уже нашла, — обещал Брим, подавая ей руку.

Они надели в вестибюле синие куртки, вышли рука об руку на тротуар, у которого ждало такси. И начали было в него садиться, когда Картье покачала головой и предложила пройтись.

— До площади Верекер недалеко, — шепнула она, нежно прижавшись к Бриму нос к носу. — И эта прекрасная ночь понеслась слишком быстро. Если пойдем пешком, может быть, сможем растянуть удовольствие…

Несмотря на прогулку, долгие остановки в темных уголках раздули их желание до почти невыносимого. Дойдя до квартиры, они оба уже были более чем готовы предаться любви. И как только за ними закрылась дверь, Картье сбросила синюю куртку и вышла на середину комнаты. Потом повернулась, опустив глаза и чуть улыбаясь.

— Теперь, уважаемый Вилф Брим, вы окажете мне большую честь, если снимете с меня одежду. Уже давно я интересуюсь, понравится ли вам то, что вы увидите, и мне неодолимо хочется получить сегодня ответ…

Их первое соединение прошло чуть слишком быстро — оба отчаянно хотели прогнать ужас войны, пусть на краткие мгновения. Поначалу Брим пытался снизить темп, но когда они дохромали до кровати, Ева уже разошлась не меньше. Они предались любви отчаянно — даже свирепо, — и тут же оба взорвались ослепляющей, уносящей лихорадкой страсти. Потом она лежала, застыв в его объятиях, и дрожь сотрясала все ее тело. Много еще прошло времени, пока она обмякла в тихом всхлипывании.

— Ты… ты как? — спросил он, когда смог хоть чуть перевести дыхание.

— Н-ничего, — шепнула она, прижимаясь лицом к его груди. Но почти в тот же миг ее тело снова затрясло долгим приступом дрожи. Ему показалось, что прошла вечность, пока ее отпустило.

— Ева? — шепнул он.

— Матерь Вутова сладчайшая, — шепнула она после долгой паузы, стискивая ногами его талию, будто вцепляясь в спасательный жилет. — Кажется, мне хотелось куда больше, чем я сама думала.

Ощущая на своей щеке ее влажные волосы, Брим вдохнул эротический запах ее тела — он не помнил, чтобы она пользовалась искусственными ароматами. Не так же ли сильно хотел и