За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

происходящее. Вместо того чтобы просто убить нас — если уж так этого хотелось, — нам предлагают выкупить свою жизнь. И как, интересно, они собираются решить вопрос с нашей матерью? Да и папе, который дал нам гарантии, такое вряд ли понравится. Всё это выглядело плохим розыгрышем, где вот-вот должны были выскочить организаторы и объявить, что это такая шутка. Однако среди наших знакомых подобных придурков не водилось, так что версия розыгрыша казалась совсем неправдоподобной.

«Я готова», — просигналила мне Ленка, и я начал действовать. Я посмотрел вбок, на бандита со сломанным носом, и с испугом закричал: «Нет, нет, не стреляй, умоляю!». Тот перестал трогать свой нос и разинул рот от удивления. Главный тоже удивился и стремительно развернулся к Сломанному Носу. В этот момент ему в висок с глухим стуком вошёл клинок. Я немедленно сделал два шага назад и резким ударом раздробил кадык стоящему сзади бандиту, который изумлённо хлопал глазами. Тем временем Ленка со всей силы пнула по яйцам бандита, стоящего рядом с ней, который тут же с воем скорчился, и, по-моему, даже не заметил, как ему свернули шею. Как ни странно, самым подготовленным оказался Сломанный Нос, который к этому времени уже успел достать свой револьвер и в этот момент как раз начал его поднимать. Я выхватил нож из наручных ножен и метнул его, надеясь хотя бы сбить ему прицел. Грохнул выстрел, пуля ушла куда-то мимо, а бандит свалился с ножом в глазнице.

Мы посмотрели друг на друга. Только сейчас я понял, что мы оба успели построить защитные конструкты, сами того не осознавая. Генрих действительно учит нас на совесть, хотя временами его хочется медленно удавить.

— И что дальше? — спросила Ленка.

Мне и самому было бы неплохо знать, что дальше, но, разумеется, не собирался этого говорить. Я не могу позволить себе роскошь задавать подобные вопросы — я обязан излучать уверенность, и сказать по правде, временами это порядком давит.

— Сначала мы заберём ножи, не стоит им здесь оставаться, — огласил я свой план. — А затем попробуем отсюда выбраться без шума. Плохо, что этот придурок успел выстрелить. Будем надеяться, что никто не обратил внимания.

— Что-то слишком уж легко получилось, — с удивлением сказала Ленка, тщательно вытирая свой нож. — Ну эти-то трое ладно, это просто уличная шваль, но почему с Владеющим так вышло? Не могу себе представить, чтобы нашего Генриха можно было так просто отвлечь и завалить. У него же на любой шорох сразу защита ставится, а угрозу он и со спины почувствует.

— У здешних обучение по-другому поставлено, — ответил ей я, пытаясь отчистить свой. — У них боевой практики почти нет, они вместо этого изучают богословие и Священное Писание. Папе не нужны сильные, папе нужны верные. И Владеющих у них мало. Тут много разных факторов — и то, что многожёнство у христиан запрещено, и то, что одарённые женщины большей частью в монастырях сидят. Попы вообще к Владеющим относятся с недоверием, особенно к женщинам.

— А у греческих тоже так? — с любопытством спросила Ленка.

— Не знаю, я особо не интересовался. Да скорее всего, всё то же самое. Это же так устроено не потому, что папа такой плохой. Просто церковь по своей сути враждебна Владению, но и не использовать Владеющих тоже не может. Вот попы и пытаются гнуть одарённых под себя. У патриарха точно та же проблема, наверняка он так же её и решает.

Как оно в жизни почему-то всегда и происходит, наши надежды были напрасными — оказалось, что выстрел всё-таки услышали. Едва мы направились к двери, как она распахнулась, и на пороге возникла девица в белом фартучке. Она посмотрела на нас, на трупы, на потёки крови на полу, и глаза её постепенно округлялись всё больше и больше. Затем она открыла рот, испустила пронзительный визг и метнулась прочь, не переставая визжать. Немедленно послышались голоса и топот ног. Мы переглянулись, и я вздохнул.

— Прорываемся? — спросила Ленка.

— Подождём, — с сомнением ответил я. — Вряд ли получится далеко убежать. Давай посмотрим, что дальше будет. Как-то непонятно мне всё это.

Дверь распахнулась, и комната быстро оказалась заполненной людьми. Все они были одеты как слуги, и явно ими и были. Публика возбуждённо переговаривалась, женщины ахали и отворачивались от трупов, мужчины посматривали на нас с опаской. Они совершенно не выглядели бандитами, и я немного расслабился. Наконец, появился кто-то вроде старшего лакея или, скорее, дворецкого. Он невозмутимо оглядел поле битвы, и властным движением руки заставив всех замолчать, обратился к нам:

— Chi sei[135]?

— Nos non loqui Italica[136], — уже привычно ответил я.

В богатом палаццо, да ещё принадлежащем церковному сановнику, проблемы коммуникации, разумеется, не было.

— Что здесь произошло? — спросил он на латыни.

— Они нас похитили. Мы их убили, — коротко обрисовал я ситуацию.

— Их всех убили вы? — он поднял бровь. — И вот этого тоже? — спросил он, показывая пальцем на того, кто командовал бандитами.

— Да, — я был краток.

Слуги тут же заговорили все разом. Дворецкий рявкнул на них по-итальянски, и все немедленно замолчали.

— Итак, кто вы такие? — снова обратился он к нам.

— Наша фамилия Арди, — сказал я. — Сообщите о нас в палаццо дельоспити дель папа, и вы будете щедро вознаграждены.

Дворецкий задумался, ещё раз оглядывая пейзаж с трупами. Затем он спросил что-то по-итальянски, и слуги загалдели в ответ, перебивая друг друга. Наконец он жестом остановил галдёж и обратился к нам:

— Этот вопрос выходит за пределы моей компетенции, и я должен отвести вас к его высокопреосвященству. Вы пойдёте добровольно?

— Мы пойдём добровольно, — пообещал я.

Несколькими резкими приказами дворецкий разогнал бóльшую часть слуг, и мы двинулись на встречу с кардиналом.

Глава 15

Нас повели на второй этаж. Один из слуг шёл впереди, а за нами шли ещё двое, причём один из них всё время целился нам в спину из какого-то допотопного револьвера. Выглядел он очень нервным, и я уже начал всерьёз опасаться, что он может невзначай выстрелить. Ленка покосилась на него, а потом вопросительно посмотрела на меня. Я тоже бросил на него взгляд, и совсем уже было собрался кивнуть ей, но вовремя заметил, что курок у револьвера не взведён, и отрицательно качнул головой. Не стоит начинать драку без крайней необходимости, тем более в такой непонятной ситуации.

Путь наш закончился в большой приёмной, где сидели двое мужчин, которые явно были секретарями.

— Что это значит? — удивлённо поднял брови тот, что