Фантастика 2026-76 - Константин Николаевич Буланов

— Я серьёзно, — возразил я. — Мало ли. Духовная ткань, остаточные печати. Хрен его знает, что может случиться.

— И я серьёзно. — Гоша ткнул в меня палец. — Проверили уже. Все проверили. Арина смотрела — говорит чисто. Братцы-цверги просканировали. Даже Игнат этот полчаса над этой хренью медитировал.

Перечисляя, он загибал палец за пальцем. Ну а я пытался раздуплиться. На всякий случай за руку себя даже ущипнул — вдруг кажется. Не, похоже взаправду всё. Ушастый гоблинс по запчастям продаёт перетёртого в пыль Бараза Бивня.

— И? — всё-таки уточнил я. — Что сказали в итоге?

— Ни хрена в ней нету. — Гоша развёл руками. — Пыль как пыль. Магический фон — зашкаливает. Опасность — ноль. Ценность — тыща за грамм.

Он снова взялся за ложечку. Подцепил порцию, ссыпал в колбу, утрамбовал.

— Ваще, надо всё загнать, пока спрос есть. Мы с площадки килограмм двадцать собрали, — Гоша хмыкнул, не поднимая головы. — И с тебя ещё на пару лямов соскребли.

С меня. Соскребли. Я машинально опустил взгляд на руки. Чистые. Зелёная кожа, как положено. Ни одной красной пылинки. Ниже тоже чисто.

Поднял одеяло. И застыл. Однако, сюрприз. Это как? И где мой меч? Ну так, на всякий случай.

— Гоша, — медленно протянул я. — А скажи, ушастый продавец воздуха — кто меня раздел?

Гоблин замер. Колба в одной руке, пробирка — в другой. Глаза забегали.

Знаете, вот эту паузу я запомнил хорошо. Потому что когда Гоша подбирает слова — это значит, дело пахнет жареным.

— Ну-у-у, — протянул он, аккуратно ставя колбу на пол. — Как бы тебе сказать, шеф…

— Ртом, Гоша, — надавил я. — Желательно словами.

— Народу много было, — протянул Гоша. — Целая орава, шеф! Реально! Прям ваще толпа.

Я напрягся. Начал приподниматься на кровати — «целая орава» в контексте «кто видел меня голым» звучало так себе.

— Вот тока не надо дёргаться, — Гоша замахал лапами. — Шмаглина блондинистая всех выпнула! Рявкнула так, что стены тряслись!

Арина? Выпнула? Я откинулся обратно на подушку. Ладно. Уже полегче. Хотя «полегче» — понятие растяжимое.

— Давай по порядку, — сказал я.

И Гоша выдал. Эпос. Сагу о Падении и Оголении.

Начал он с момента, как я прикончил Бараза и сам полетел следом. В смысле — отключился. Рухнул прямо на площадке, лицом вниз. Щиты вырубили почти сразу. И толпа хлынула внутрь. Настоящая Чёрная Пятница, только вместо телевизоров — мой бездыханный труп.

— И тут понеслось, — Гоша развёл руками, демонстрируя масштаб катастрофы. — Как на крестьянском рынке в субботу утром.

Дальше он перешёл на жалобы. Потому как при всём хаосе и неразберихе вокруг моего бездыханного тела — главной трагедией для ушастого бизнесмена оказалась пыль.

— Три ляма, шеф! — он аж взвизгнул. — Минимум три ляма ногами раскидали! По товару! Сапогами! Я эту пыль собирал, фасовал, а они прямо по ней!

Я кивнул. Сочувственно, как мне показалось. Гоша явно не оценил. Придумал он, конечно, ловко. Сориентировался буквально по одной фразе в чате трансляции и зацепился за идею. Однако сейчас меня больше интересовала собственная история.

Если вернуться к ней, то по хронологии выходило следующее. Фрос добрался до меня первым — тряс, орал, пытался привести в чувство. За ним потянулись остальные. Споря о том, как быть и что делать. Гоша описал это как «ярмарку, где каждый притащил своё средство и уверен, что его — лучше». При этом договорились они поначалу только об одном — перенесли меня в госпиталь подземного города.

— Ну и девки набежали, — добавил он, почесав ухо. — В кольцо тебя взяли. Тока жопы их и было видно.

— Какие девки? — поинтересовался я машинально.

— Ну а какие могут быть, шеф? Эльфийка твоя. И цверга, — всплеснул руками коротышка. — Обе сразу. Лоб в лоб. Чуть не столкнулись. Буквально. Из-за искусственного дыхания спорить начали.

— И кто победил? — мрачно уточнил я, уже чуть иначе смотря на своё текущее состояние.

— Ничья случилась, пожал плечами этот юморист. — Фанатки пришли.

— Я тебе щас уши оборву, — недобро глянул я на Гошу. — Какие ещё фанатки? О чём ты?

— Ну ты чё, Тони? Обычные фанатки. Цверги все, — уставился на меня ушастик. — Жопы, сиськи, все дела. Две букеты притащили. Одна — письмо.

Я не стал уточнять, что стало с цветами и куда делось письмо. Некоторые вопросы лучше оставлять риторическими. Вместо этого сосредоточенно слушал Гошу, который продолжал излагать. Переключившись на новое действующее лицо — Арину.

По словам Гоши, иллюзионистка влетела в этот хаос, как ледокол в весеннюю лужу. Разом расхреначив её саму, асфальт под ней и заодно весь квартал рядом.

Рявкнула один раз — испарились цверги с цветами. Рявкнула второй — Гамлет принялся отдавать приказы бойцам. На Арьен с Кьяррой потратила отдельный взгляд, от которого у обеих, по выражению Гоши, «уши прижались и хвосты поджались, хоть хвостов у них и нету».

— Орчанок к двери приставила, — продолжил он с приличной долей энтузиазма. — Айшу и Тогру. Стоять, говорит, и никого не пускать. Вообще никого. Хоть сам Йорик придёт. Потому как они терь из ударной группы и никому кроме тебя не подчиняются.

Кобольды на стражу тоже встали. Гамлет выделил сразу четвёрку — по два на каждый конец коридора.

— А потом, — Гоша выдержал паузу, — сама тебя обработала. Ну… раздела. Всё сняла. Почистила. Пыль эту соскребла. Отовсюду.

— В одиночку? — вздохнул я, смотря на него.

— Ну а чё ты хотел, шеф? Чтоб я за этим присматривал? — тот поморщился. — Я нормальный гоблин, ваще-т! Так что одна она всё провернула. Может и попрыгала тут на тебе, пока никто не видел. Сам у неё спроси.

Я хмыкнул. Стало быть, Арина всё видела. Вы посмотрите — вчера стесняшка-убегашка, а сегодня сама с меня одежду стягивает. Жаль, я был в отключке. Было бы интересно оценить её реакцию.

— Гамлет потом с носилками прислал панцирников, — добавил гоблин. — Сюда доставили. Ну и всё. Потом ты валялся, снаружи кобольды сторожили, а я фасовал тут Бараза. Чтоб точно никто пыль не упёр.

Значит, Арина. Разогнала толпу. Выставила охрану. Раздела меня лично. Обработала раны. Организовала транспортировку. Одна. За всех.

Надо