Фантастика 2026-76 - Константин Николаевич Буланов

— Гош, — вспомнил я о ещё одном важном вопросе. — Сколько я в отключке-то провалялся?

— Так… — он загнул пальцы. — Часов семь? Около того. Может восемь.

Семь часов, значит. Выходит сейчас вечер. Ладно. Для начала найду одежду, а потом…

Стоп. Чё он так вскочил-то? Аж подпрыгнул, адмирал одноухий. И глаза сверкают восторженно.

— Шеф, — громко прошептал Гоша. — Они ж не знают.

— Кто не знает? — поинтересовался я. — И о чём?

— Все! Не знают, что ты очухался! — заорал гоблин. — Я тут сижу, пыль фасую, а они там, может, поминки справляют! Салат режут!

Он потянулся к поясу. Рванул рацию. Вдавил кнопку.

— ВНИМАНИЕ ВСЕМ ПОСТАМ! — проорал Гоша в рацию голосом, от которого зазвенело в ушах. — ГОВОРИТ ФИНАНСОВЫЙ ДИРЕКТОР! ДАРГ ВЕРТИКАЛЕН И АДЕКВАТЕН! ПОВТОРЯЮ — ДАРГ НА НОГАХ! ОТМЕНА ТРАУРА, ЗАПУСКАЙТЕ ВЕЧЕРИНКУ!

Отпустил кнопку. Посмотрел на меня. Ухмыльнулся.

— Вот это я выдал, а? — подбоченился этот звездюк. — Мощно!

Я вздохнул. Теперь весь подземный город в курсе. Через минуту сюда набегут все. А я лежу в кровати. Голый. Под одеялом. Не дело это. И одежды рядом никакой нет — я её в другой комнате совсем бросил. Вернее в целом мини-комплексе, где хотел обосноваться.

Завернулся в простыню, на манер эдакой римской туники. Перекинул через плечо, закрепил узлом. Двести с лишним кило зелёного мяса в белом тряпье — сейчас запросто сойду за массовку для какого-то исторического фильма.

У двери послышался шум. Голоса. Топот. Кто-то окликнул, кто-то ответил — и дверь распахнулась.

Айша влетела первой. За ней — Тогра. Обе в «домашнем» — шорты с майками.

— Живой! — Айша оскалилась. — А мы уже ставки делали. Тогра говорила — к вечеру очнёшься. Я ставила на завтра. Проиграла, зараза!

— Рад, что ты в убытке, — отозвался я с улыбкой.

Тогра скользнула взглядом по комнате. Задержалась на Гоше, который невозмутимо продолжал расфасовывать пыль по колбам.

— Гоблин, — сказала она. — Ты чем занимаешься? Командир считай чудом выжил, а ты около его постели аптеку открыл? Нелегальную.

— Это не таблетки, а добавки! — огрызнулся Гоша, закрывая собой колбы. — Бараз остыл, а спрос — горячий! Надо продавать!

Я стоял посреди комнаты. В простыне. Босой. Только что вышедший из отключки. И пытающийся сообразить, что происходит.

— Он когда орал про вечеринку, — кивнул я в сторону Гоши. — Это ведь была шутка.

— Когда это я шутил про бухло и тёлок? — обиженно шмыгнул носом ушастик. — Ну ты чё шеф?

Вот орчанки переглянулись. Потом снова посмотрели на меня.

— А чё бы нет? — ответила вопросом на вопрос Айша. — Из Еревана пришло пополнение. Сотня рекрутов и два десятка обстрелянных. Старички из штурмовой роты почти все свободны.

Забавно. «Обстрелянные» — те, кто отслужил в рядах отряда аж цельных недели две. Ну или три.

По нашим меркам — ветераны. По нормальным — вчерашние новобранцы, которые успели пару раз пальнуть и не убить при этом своих. Впрочем, какое-то деление между совсем зелёными и чуть менее зелёными всё равно требовалось. Так что — логично.

Тогра, которая стояла рядом с Айшой, как-то странно покосилась на свою подругу. Потом оглянулась на дверь. И шагнув ближе, понизила голос до шёпота.

— Не только они прихреначили, — сказала орчанка. — Ещё четыре сотни кандидатов на поселение прибыли. Гражданских.

Что? Когда это мы объявляли набор переселенцев?

— Стоп, — я поднял руку. — Какие четыре сотни? Откуда? У нас тут день открытых дверей в дурдоме?

Тогра открыла рот, но ответить не успела. Потому что Гоша, который до этого невозмутимо закручивал крышку очередной колбы, вдруг подскочил как ошпаренный.

— Ой, — сказал он. — Я ж забыл совсем!

— Забыл что? — повернул к нему голову.

— Ну-у-у, — Гоша протянул это «ну» сразу на несколько секунд. — Там тема такая. Большая и жирная. Тянет на отрубленную башку.

Айша закатила глаза.

— Помолчи уже гоблин, — вклинилась она. — Дай Тогре рассказать.

Вторая свенга кивнула. И начала. Сперва коротко. Ну а потом стало не до краткости.

Суть оказалась простой. Пока я занимался Баразом, поединком и всем прочим — в подземном городе происходила своя история. Выросшая из реалити-шоу «Культурный Дарг», которое транслировалось на весь Янтарь.

— Кто-то из наших, — Тогра скрестила руки на груди, — ляпнул это на камеру. При даргах. Что-то в духе «а вообще — сюда можно переехать, если кто хочет?»

— Кто? — машинально уточнил я.

— Да хрен теперь разберёшь, — отмахнулась Айша. — Сырое видео хранится только первые три часа. Потом чистится. Кто-то из даргов спросил — а наш не подумал, что это в эфир уйдёт.

Не подумал, значит. Охотно верю. Хотя пока всё это не выглядит, как что-то совсем критическое.

Но и орчанка свой рассказ ещё не закончила. По её словам, фраза упала на подготовленную почву. Зрители, которые несколько дней наблюдали за тем, как дарги живут в подземном городе, что-то строят и учатся не кидаться на прохожих — вдруг осознали, что это не абстрактный эксперимент. А конкретное место. С жильём. По сути с работой. И перспективами.

После чего от них посыпались заявки.

— Сколько? — спросил я, чувствуя, как внутри пульсирует даргская ярость.

— Тысяч десять, — сказала Тогра буднично. — Примерно. Может больше.

Десять тысяч! Заявок. На переселение. В мой подземный город, который, между прочим, официально ещё не объявлял никакого набора. И в котором половина ярусов пустует не потому, что ждёт жильцов, а потому что там развалины и темнота. Цверги восстановили только часть помещений.

Гоша, который отвлёкся на свой телефон, вдруг присвистнул.

— Шеф, — сказал он, не отрывая взгляда от экрана. — За позвоночную пыль уже дают двадцатку. Прикинь?

Я посмотрел на него. Потом на Тогру. Убедился, что та тоже ни хрена не вдупляет и снова глянул на коротышку.

— За что дают двадцатку?

— За позвоночную пыль! — Гоша продемонстрировал мне одну из колб, наполненную красным порошком. — Эту вот. Из позвоночника Бараза. Эксклюзив. Лимитированная серия. Пять штук всего. А ещё «Пяточная» и «Мозговая» имеются. На подходе «Сердечная»