Всадники Перна - Энн Маккефри

Менолли откашлялась, и в глазах ее заплясали огоньки. Возможно, предположил Джексом, они недавно побывали на юге. Интересно, что они там выяснили?

«Во имя Скорлупы, – подумал он, внезапно вспотев, – южане ведь знают, что никто из них яйцо не возвращал. Что, если Робинтону стало об этом известно?»

Реакция публики на донесшееся с площадки Рождений рассерженное шипение вынудила Джексома поспешно переключить внимание туда. Одно из яиц треснуло, но Рамот’а угрожающе заслонила его, и никто из претендентов не осмелился приблизиться. Снаружи на карнизе взревел Мнемент’, затрубили все бронзовые. Рамот’а подняла голову, раскрыв отливающие золотым и зеленым крылья, и вызывающе заревела в ответ. Другие бронзовые ответили ей успокаивающим ворчанием, но в реве Мнемент’а слышался явный приказ.

«Рамот’а очень расстроена, – сообщил Джексому Рут’. Белый дракон тайком удалился на солнечную полянку у озера в Чаше, но это не мешало ему знать, что происходит на площадке. – Мнемент’ говорит ей, что она ведет себя глупо. Из яиц должны вылупиться детеныши, которых следует запечатлеть. Тогда ей не придется больше за них беспокоиться. С людьми они будут в безопасности».

Ворчание бронзовых стало громче. Рамот’а, все еще протестуя против сложившегося жизненного цикла, медленно отошла от яиц. Кто-то из мальчиков, постарше и посмелее, торжественно поклонился ей и шагнул к треснувшему яйцу, из которого уже выбирался маленький бронзовый, попискивая и покачиваясь на слабых лапках.

– Пареньку хватило присутствия духа, – одобрительно покивал Робинтон, напряженно следивший за происходящим внизу. – Рамот’е как раз требовалось уважительное отношение. Глаза ее гаснут, она складывает крылья. Вот и прекрасно!

Последовав поданному примеру, еще двое старших претендентов поклонились Рамот’е и быстро направились к яйцам, судорожно раскачивавшимся под ударами пытавшихся пробить скорлупу детенышей. Пусть поклоны юношей и выглядели неловкими или дергаными, но Рамот’а наконец смягчилась, хотя все еще негромко ворчала при Запечатлении каждого очередного дракончика.

– Смотрите, он получил бронзового! Он этого заслужил! – захлопал в ладоши Робинтон, когда новоиспеченная пара направилась к выходу с площадки.

– Кто этот парень? – спросила Менолли.

– Из Телгар-холда. Похож телосложением и лицом на старого лорда, да и умом тоже.

– У юного Кирнети из Форт-холда тоже бронзовый, – радостно сообщила Менолли. – Я же говорила, у него получится!

– Что ж, мне случалось ошибаться, случится и впредь, дорогая моя девочка. Непогрешимость порой утомляет, – спокойно ответил мастер Робинтон. – Есть там ребята из Руата, Джексом?

– Двое, но я их отсюда не узнаю.

– Кладка вполне приличная, – заметил Робинтон. – Хороший выбор.

Джексом наблюдал за пятью мальчиками, окружившими большое яйцо с зелеными пятнами. Он затаил дыхание, увидев, как появилась голова дракончика. Он переводил взгляд с одного на другого, стряхивая с себя обломки скорлупы.

– Похоже, их ждет разочарование, – проговорил Джексом.

Маленький коричневый дракон, растолкав всех пятерых, побрел дальше по песку, жалобно крича и водя головой из стороны в сторону. «Что, если бы Рут’ счел меня неподходящим?» – внезапно похолодев, подумал Джексом. На площадке почти не оставалось претендентов в тот день, когда он освободил Рут’а от чрезмерно твердой скорлупы.

Дракончик споткнулся, зарывшись носом в теплый песок, но тут же выпрямился, чихнул и снова закричал. Рамот’а предупреждающе заворчала, и стоявшие ближе всего к ней юноши поспешно попятились. Один из них, темноволосый длинноногий парнишка с ободранными костлявыми коленками, едва не свалился на коричневого малыша. Он отчаянно замахал руками и вдруг замер, уставившись на дракончика. Запечатление свершилось!

«Я был там. И ты был там. Мы теперь вместе», – сообщил Рут’, восприняв чувства Джексома при виде случившегося. Джексом сморгнул подступившие слезы, поняв, что дракон в очередной раз подтвердил неразрывную связь между ними обоими.

– Все так быстро закончилось, – разочарованно вздохнула Менолли. – Жаль, что все прошло в такой спешке!

– Я бы сказал, что день сегодня выдался еще тот. – Робинтон показал в сторону Рамот’ы. Королева злобно смотрела вслед уходящим парам, переступая с лапы на лапу.

– Как думаешь, теперь, когда все дракончики благополучно вылупились и запечатлены, она смягчится? – спросила Менолли.

– И Лесса тоже? – усмехнулся Робинтон. – Можно не сомневаться, когда Рамот’у уговорят поесть, обе сменят гнев на милость.

– Надеюсь, – негромко проговорила Менолли так тихо, что Джексому показалось, будто ее слова не предназначались для ушей Робинтона. Тот как раз повернулся в сторону зрительских ярусов, явно кого-то ища.

Робинтон, однако, услышал свою помощницу и тепло ей улыбнулся.

– Жаль, что мы не можем отложить наше собрание, пока все не образуется.

– Можно мне с тобой?

– Чтобы меня защитить, Менолли? – Арфист положил руку ей на плечо. – Нет, это не обычное собрание для всех, и я не могу поступить против правил, разрешив тебе там присутствовать.

– Но ведь ему можно… – Менолли ткнула пальцем в Джексома, возмущенно сверкая глазами.

– Что мне можно?

– Разве Лайтол тебе не говорил, что после Запечатления созывается собрание? – спросил арфист. – И Руат тоже должен присутствовать.

– Они не смогут убрать тебя с поста мастера-арфиста, – сдавленно бросила Менолли.

– А что случилось? – удивленно спросил Джексом.

– Ничего, тупая ты башка!

– Хватит, Менолли. Я ценю твою заботу, но только время все расставит по местам. Я жив, здоров и не собираюсь ни перед кем склонять голову. Как только Рамот’а прикончит добычу, я могу больше не опасаться, что стану десертом для дракона. – Робинтон ободряюще похлопал девушку по плечу, и в то же мгновение королева, направлявшаяся к выходу с площадки Рождений, взмыла в воздух. – Вот видишь: она полетела обедать. Так что бояться мне больше нечего.

Менолли смерила его долгим насмешливым взглядом:

– Мне просто жаль, что я не могу быть с тобой, только и всего.

– Знаю. Эй, Фандарел! – Арфист повысил голос и помахал рукой рослому кузнецу. – Идем, лорд Джексом, у нас есть дела в зале Совета.

Похоже, именно это имел в виду Лайтол, говоря, что Джексому нужно присутствовать на Рождении. Но почему здесь нет самого Лайтола, если это собрание в самом деле столь важно, как намекала Менолли? Джексому польстило оказанное ему доверие.

Двое мастеров, встретившись по пути с ярусов, присоединились к общему движению. Мастера раскланивались с большей торжественностью, чем обычно на церемониях Рождения. Джексом лишь укрепился во мнении, что Менолли права и собрание в самом деле необычное. И снова удивился, почему здесь нет Лайтола, ведь его опекун готов был поддержать Робинтона.

– Я уж подумал, что Рамот’а не даст Запечатлению свершиться, – сказал Фандарел, кивнув Джексому. – Что, решил предпочесть моему обществу свое любимое времяпровождение?

– Я всего лишь учусь, мастер Фандарел. Все драконы должны уметь жевать огненный камень.

– Вот уж не думал, что твой дракон до этого доживет! – воскликнул мастер-горняк