Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

Будто о чем-то вспомнив, Лайон расстегнул пару верхних пуговиц и оттянул ворот вниз. Первые две секунды Алес наблюдала за его манипуляциями с легким недоумением. А потом вдруг поняла, что он хотел показать.

На светлой коже, чуть ниже ключицы имелось коричневое пятно. Небольшое. Примерно с рублевую монету.

— У меня такого нет. — брякнула она первое, что пришло на ум.

Лайон коротко рассмеялся и застегнул пуговицы.

— Зато точно такое же есть у Рглора. Только с левой стороны. Но мы не состоим с ним в родстве. Даже в дальнем.

Алесия посмотрела брату в глаза и на душе стало как-то легче. Да, где-то в столице по-прежнему сидит опасный враг. Но с этой проблемой пусть разбираются мужчины. Должна же быть хоть какая-то польза от местного патриархата.

А ей самой, лучше сосредоточиться на том, как выпутаться из брака. И тогда у всех врагов графа пропадет к ней интерес. А Арельс пусть сам разбирается со своими недоброжелателями.

Уж чего, а теплых чувств к мужу, Алесия не питала. Ведь если бы не он, не было бы у нее сейчас всех этих проблем.

* * *

Забираясь в карету, Алес сочувствовала всем кочевым народам вместе взятым. И думала о том, что постоянные переезды успели надоесть до скрежета зубов. Потому что при местном уровне развития транспорта, любой выезд превращался в полноценное путешествие.

Радовало одно, замок Бартонов находился сравнительно недалеко. Чуть меньше дня пути. Ну а сколько там придется пробыть, это уже по ситуации. Может — дней десять. А может — до самой осени. Хотя и так уже почти середина лета.

Глазом не успеешь моргнуть, как пожелтеют деревья, облетят листья и… приедет супруг. Ладно, о последнем думать пока не хотелось.

Устроившись поудобнее, девушка повернулась к Лайону, который все еще стоял у кареты, не торопясь закрыть за сестрой дверцу. Брат оставался пока в Арельсхолме. Дожидаться королевского дознавателя, сторожить служанку, и присматривать за порядком.

Зато с Алесией отправлялась вся его немногочисленная свита из четырех человек. Молодой граф не стал оставлять себе никого из приближенных. Аргументировал тем, что в ожидании дознавателя тут и так все будут вести себя тише воды ниже травы. И переспорить его увы, не удалось.

— Экономкой в нашем замке по-прежнему служит Ираида. — зачем-то повторил Лайон. — Она помнит тебя с малых лет. Но все же, передай ей мое письмо. Любые твои приказы будут выполняться, как мои.

— Даже если я захочу перекрасить стены в розовый цвет?

Брат улыбнулся.

— Это по-прежнему и твой дом. Можешь делать там все, что пожелаешь. Так же из прежних слуг там остались кухарка и конюх. Думаю, и они будут рады тебе. Из новых людей, там человек пять. И я очень прошу, никого до моего приезда не нанимай, это небезопасно. Я приеду сразу, как только смогу. Любой выезд на прогулку — только в сопровождении…

— Чужим двери не открывать, яблоки у подозрительных старушек не брать. — подхватила Алесия.

— И это тоже. — серьезно подтвердил Лайон. Однако в зеленых глазах промелькнули едва заметные искорки.

Сказку про Белоснежку он помнил еще с зимы. Когда Алес, собрав у камина ребятишек, обитавших в поместье, развлекала их необычными историями.

— Я тебя поняла. — сложив руки на коленях, девушка приняла нарочито примерный вид. — Будем сидеть и вышивать днями напролет.

Нельзя сказать, что она относилась к наставлениям брата совсем уж несерьезно. Но, кажется, Лайон порой забывал, что она тоже взрослый человек. И у нее есть своя голова на плечах.

— И еще, я объясню дознавателю, что ваш отъезд продиктован исключительно страхом за свою жизнь, и страхом за жизнь падчерицы. — зеленые глаза встретились с черными. Чтобы понять друг друга, брату с сестрой не требовалось лишних слов.

«Отъезд продиктован страхом за свою жизнь и страхом за жизнь падчерицы». Простые вроде слова, но скрывается за ними не так уж и мало. Благородный граф не озаботился безопасностью своей семьи. В Арельсхолме убийца. Сомнительные личности свободно привозят запрещенный яд.

Чем не повод держаться подальше от замка?

Еще и разгребать все эти проблемы, вынужден другой человек. Которому не плевать на жизнь сестры.

Алесия едва заметно кивнула и перевела взгляд на противоположную лавку. Там, невыспавшаяся и нахохлившаяся, сидела та самая (заброшенная родным отцом) падчерица.

Ехать девочка не хотела. Только и выбора у нее особо не было.

То есть, в теории, он конечно был. Остаться в замке с графом Бартоном, которого Лианна все еще стеснялась, и дожидаться королевского дознавателя. А встреча с последним, виконтессу явно пугала.

Или уехать с мачехой, которая, ну… не стала еще совсем своей. Но уже была к этому близка.

— Все наладится. Это временная мера. — подбодрила ее Алес, когда карета наконец тронулась.

Девочка лишь тяжело вздохнула.

— Ага…

* * *

Дорога до родового замка Бартонов заняла часов девять. Разумеется, часы в этом мире еще не изобрели, но Алесия вполне доверяла своему внутреннему чувству времени.

Когда впереди показались серые, местами осыпавшиеся стены, расстояние от солнца до горизонта было примерно в две ладони.

— Уже приехали? — удивилась Лианна, когда карета мелко затряслась на выложенной камнем подъездной дороге. — Так быстро?

Для девочки время в пути пролетело как-то незаметно. Все потому, что Алес почти сразу вручила ей шкатулку с пятнашками. И Лианну всерьез увлекла новая, не виданная прежде игра.

С цифрами падчерица справилась минут за пятнадцать, а вот над картинкой ей пришлось изрядно поломать голову. Однако и вторую головоломку девочка успела сложить раза три. И каждый раз радовалась успеху, как ребенок.

— Кажется да. Подъезжаем. — отозвалась Алесия, вглядываясь в окно.

Родовой замок Бартонов выглядел гораздо скромнее, чем Арельсхолм. Всего три этажа. И две, сравнительно невысокие башни. По форме он напоминал вытянутый треугольник, со внутренним двором. Вход в который был оформлен симпатичной аркой.

При других обстоятельствах, девушка обязательно оценила бы внешний вид. Изящную лепнину над окнами, треугольные фронтоны из белого камня и даже округлый балкон на втором этаже.

Но сейчас ей было не до архитектурных красот. Какое-то неясное беспокойство расползалось по телу, отдаваясь легким покалыванием в ладонях и ступнях.

Алес тихо выдохнула. Умом она понимала, что волноваться не о чем. Едва ли слуги близко общались с прежней хозяйкой тела, тогда та была еще «виконтессой Бартон». Все же разница в положении играет свою роль.

Да и с отъезда