Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

— Зато тираж будет фантастический. — Редактор мечтательно закатил глаза.

— Друзья, мне кажется, что недооценка как самого Таргор-Увира, так и его жён будет весьма тяжёлой ошибкой, — командующий Восточной армией адмирал Ридо Сальди усмехнулся, покачав бокал с балларийским игристым. — Начну с Альды. Девочка ярко проявила себя ещё в шестнадцать лет, когда весьма ловко отжала станочный завод у корпорации Теларис, причём сделала это так, что руководство корпорации ещё некоторое время не понимало, насколько сильно обеднело. Потом были стажировки у крупнейших финансистов, промышленников и торговых домов страны, а дальше всё пошло по нарастающей. Сейчас её хватка уже стала почти легендой, и не без оснований.

— С этим спорить сложно, — заметил один из промышленников. — Некоторые люди считают деньги инструментом. Герцогиня вон Зальт относится к тем, кто считает инструментом всё остальное.

Несколько человек понимающе усмехнулись.

— Теперь маркиза Лиара ант Таргор-Увир, — продолжил адмирал. — Здесь, на мой взгляд, столичные сплетни ошибаются ещё сильнее. Многие до сих пор воспринимают её как младшего партнёра в этой семье, но я видел их вместе достаточно часто, чтобы утверждать обратное. Никакой подчинённости там нет и в помине. Более того, если посмотреть на её работу с рабочими коллективами, профсоюзами, фондами и всеми этими бесконечными общественными структурами, складывается ощущение, будто она занималась этим всю жизнь. Я, признаться, до сих пор не могу понять, откуда у неё взялась такая естественность в подобных вопросах. Поэтому именно Лиара кажется мне самой загадочной фигурой из всей троицы.

— Не маркиз? — уточнила графиня Вирго, эффектная темноволосая дама в строгом зелёном платье, с длинным провокационным разрезом, в котором мелькала стройная ножка.

— Маркиз — нет, — адмирал покачал головой. — Его история выглядит как раз наиболее понятной. Я специально интересовался этим вопросом. Увир-старший потратил на сына совершенно неприличные деньги. На землях семьи находилась редкая аномалия и Министерство Эфиристики годами выкупало её продукцию, а большая часть доходов вкладывалась в наследника. По оценкам моих людей, речь идёт о десятках миллионов золотом, не считая реагентов, которые семья получала самостоятельно. Так что значительную часть его феноменальной боевой эффективности вполне можно объяснить очень дорогим воспитанием, лучшими специалистами и постоянной работой над собой.

— Вы сейчас говорите так, словно всё это может повторить любой желающий.

— Конечно нет, — рассмеялся адмирал. — Деньги позволяют создать возможности, но не гарантируют результата. Иначе половина богатейших семей континента давно состояла бы из легендарных полководцев и не менее легендарных воинов.

Он сделал небольшой глоток вина и на несколько секунд задумался.

— Но вот то, что все трое оказались в одном доме, образовали устойчивый союз и при этом не пытаются тянуть одеяло каждый в свою сторону, до сих пор кажется мне одним из самых странных совпадений последних лет. Обычно люди с такими характерами и возможностями либо начинают воевать друг с другом, либо очень быстро делят сферы влияния. А эти почему-то умудряются усиливать друг друга.

На этот раз возражений не последовало.

В салоне Сарлинас хватало людей, которые по долгу службы наблюдали за политикой, армией, промышленностью или общественными движениями. И почти все понимали, что адмирал говорит не столько о семье, сколько о редком случае, когда несколько сильных фигур неожиданно начинают работать как единая система.

Разговор после слов адмирала не оборвался, но стал осторожнее.

В салоне Сарлинас умели чувствовать такие повороты. Ещё минуту назад обсуждение трёх штандартов оставалось светской темой, удобной для остроумия, лёгких прогнозов и намёков, но после реплик Ридо Сальди стало понятно, что речь идёт не о красивой семье с громкой славой, а о новом узле влияния, который уже начали замечать люди значительно серьёзнее газетчиков.

Герцогиня Сарлинас как раз принимала от лакея чашку лечебного травяного отвара, когда к ней подошёл посол Инмарланы.

Господин Варло Гарис служил в Марсане уже третий год и давно перестал делать ошибки, свойственные молодым дипломатам. Он не говорил громко, не торопился с выводами, не пытался спорить с теми, кто заведомо лучше знал местный двор, и обладал очень полезным талантом произносить неприятные вещи так, будто предлагает собеседнику ещё одно пирожное. Инмарлана славилась банками, морской торговлей и привычкой вкладывать деньги туда, где чужая политика могла принести хороший процент, поэтому к её послам в Марсане относились вежливо, но без детской доверчивости.

— Герцогиня, — сказал он, поклонившись чуть ниже, чем требовала простая учтивость, — ваш салон, как всегда, удивительно точно улавливает настроение столицы. Мне кажется, в такие вечера здесь можно понять Шардал лучше, чем из десяти официальных докладов.

— Официальные доклады пишут люди, которым платят за осторожность, — ответила Сарлинас. — А в гостиных люди осторожничают только тогда, когда уже слишком поздно. Чем могу быть вам полезна, господин посол?

Гарис улыбнулся.

— Скорее это я хотел бы быть полезным. В Инмарлане внимательно следят за изменениями в Южном поясе. Новые территории, протекторат, выпрямление границ, рост влияния Корпуса и промышленников… Всё это, разумеется, открывает широкие возможности для людей с правильным и перспективным кругом общения.

— В Марсане выражение «широкие возможности» обычно означает, что кто-то хочет купить то, что пока не продаётся, или стоит очень дорого.

— Иногда речь идёт не о покупке, а о разумном участии в будущем, своеобразными инвестициями во время. Дом Таргор-Увиров сейчас вызывает большой интерес. Не только светский, как вы понимаете. Слишком много линий сходится в одном месте, и далеко не все в Шардале могут быть довольны тем, что молодой подполковник с егерским прошлым, двумя интересными жёнами и возможной связью с правящим домом так быстро становится фигурой, вокруг которой начинает кристаллизоваться новая сила.

Герцогиня поставила чашку на маленький столик.

— Вы сейчас рассуждаете как наблюдатель или как человек, которому поручили проверить, нельзя ли слегка подтолкнуть эту новую силу в нужном направлении?

— Я бы сказал мягче. Иногда, чтобы сохранить равновесие, достаточно вовремя поддержать тех,