Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

со своими женами. Последним в ряду, ближе всех к великой княгине, как подобало ближайшему и самому могущественному союзнику Содески, стоял авалонский посол, С. Креллингхем Браунинг, видная фигура при дворе императора Онрада. Высокий, аристократический, с тонкими усиками и гордым взглядом. Он с легкой улыбкой посмотрел на Брима сверху вниз.

— Кажется, я видел вас на содескийских маневрах, адмирал. Вы ведь карескриец, верно?

Брим внутренне ощетинился. Карескрия была беднейшим сектором Империи, и всю свою карьеру ему приходилось преодолевать связанные с этим предрассудки. В последние годы, правда, император все больше опирался на огромный промышленный потенциал этого региона и на его трудолюбие, выносливое население. Все больше карескрийцев, подобно Бриму, занимали места на бастионах Империи.

— Верно в обоих отношениях, господин посол, — сказал он, прищурив глаза. — Вы действительно видели меня на Воркуте — и я действительно карескриец.

Посол понимающе кивнул.

— Горжусь возможностью познакомиться с вами, адмирал. Я с интересом слежу за вашей блестящей карьерой. Такие карескрийцы, как вы и адмирал Колхаун, оказывают большие услуги Империи.

Брим, приятно удивленный, пробормотал:

— В-вы мне льстите, господин посол.

— Правда лестью не является, — покачал головой тот. — Дорогая, — сказал он, повернувшись направо, — позволь представить тебе адмирала Вилфа Брима из нашего Имперского Флота, героя битвы за Авалон, если меня правильно информировали.

Брим, весь красный, повернулся к статной, нарядной женщине.

— Вилф Брим? — с безграничным удивлением повторила она. В этот миг он тоже узнал ее и, покраснев еще пуще, промямлил:

— Марша Браунинг. — Почему, ну почему он не открылся ей тогда, в посольстве?

— Я вижу, вы знакомы, — сказал посол.

— Да… мы встречались не так давно в посольстве, — ответила женщина, но краска на лице выдала ее замешательство.

— Вот и прекрасно, — произнес посол и отвернулся, чтобы пожать руку Урсису.

— Хорош инвентаризатор, — прошептала она, растерянно взирая на золотые эполеты Брима. Потом ее охватил гнев. — Должно быть, ваша маленькая шутка вас очень позабавила.

— М-марша, — пробормотал Брим, — пожалуйста, позвольте мне объясниться.

Мимолетная улыбка тронула ее губы, и она кивнула.

— Да. Мне думается, я заслуживаю объяснения. Только позже — когда я закончу прием.

— Быть может, я все-таки смогу угостить вас кф'кессом?

— Даже логийским — его здесь раздают даром.

— Тогда за мной два бокала.

— Я вас найду, — пообещала она и обратилась к важному медведю рядом с собой:

— Барон Уйловский, позвольте представить вам адмирала Имперского Флота Вилфа Брима…

За Уйловским последовали бароны Таснович, Горогорд, Кравинский и Ворно. В конце концов Брим обменялся рукопожатием с самим Орловским.

— Адмирал, — произнес граф высоким манерным голосом, — я счастлив познакомиться с вами. — Его рука напомнила Бриму теплого, но безнадежно дохлого лосося. — Вы ведь имперский гость Анастаса Алексия, не так ли? Желаю вам приятно провести время в Содеске. — Не успел Брим и слова вымолвить, как граф передал его великой княгине. — Ваше величество, представляю вам адмирала Вилфа Брима, одного из приближенных Онрада.

— Как мило, что вы нас посетили, адмирал, — с полуулыбкой сказала великая княгиня. Вблизи ее пропорции казались поистине героическими. При всей своей величине она обладала некой тяжеловесной грацией и достоинством, присущими всем медведям — даже в более высокой степени. — Николай говорил о вас, — заметила она.

— Весьма польщен, ваше величество.

— Пожалуй, это мы, содескийцы, должны быть польщены вашим визитом. — И она, кивнув Бриму, поручила его заботам еще одного багряного мажордома, который объяснил гостю, где находятся буфеты, бар и прочие полезные помещения. Скоро к Бриму присоединились Урсис и Бородов, и они вместе отправились промочить горло.

* * *

Брим циркулировал в блистательной толпе со своими двумя менторами, то и дело останавливался, когда Урсис и Бородов считали нужным с кем-то его познакомить. Обычно ему нравилось знакомиться с новыми лицами, но на этот раз ему, как он ни увиливал, пришлось еще протанцевать два наиболее медленных танца (он часто говаривал, что предпочел бы встретиться в одиночку с дюжиной ГХ-262). Ему и с женщинами танцевать было затруднительно, а уж медведицы, некоторые из которых были в полтора раза больше его, и вовсе удручали. Поэтому, когда двое его друзей вступили в долгую беседу с каким-то историком, он с облегчением ретировался в одну из буфетных ниш, чтобы дать ногам отдых. Усевшись на освободившийся табурет в конце длинной стойки, где толпились представители всех галактических рас, он заказал бокал логийского, расслабился и постарался припомнить, как кого зовут из доброго миллиона его новых знакомцев. Медведи, люди, ликсорийцы — но из всех них, хоть убей, ему четко вспоминалась одна только Марша Браунинг, и он не был уверен, что следующая встреча с ней сулит ему что-то хорошее. Пока он думал об этом, разглядывая инкрустированную стойку, чья-то рука коснулась его плеча.

— Так что же, намерены вы меня угостить или нет? — спросил мягкий голос Марши Браунинг.

Он посмотрел на нее, увидел, что она улыбается, кивнул и слез с табурета.

— Я обещал вам даже два бокала.

— Для начала я выпью один. — Она грациозно вспорхнула на высокое сиденье. — Два я уже прикончила раньше, а вам известно, как легко заморочить мне голову даже в трезвом виде.

— Уфф, — сказал Брим, обернувшись к бармену. — Полагаю, я это заслужил.

— Не настолько, как я старалась показать. Если подумать, я не дала вам особых шансов исправить мою ошибку.

— Вначале — да. — Брим, несмотря на все свои благие намерения, порадовался тому, что из-за тесноты вынужден стоять так близко к этой милой женщине. Она пользовалась восхитительными духами. — Но потом у меня было достаточно времени, чтобы высказаться — однако я молчал. Наверное, в ту пору я был уже так очарован вашим обществом, что не хотел, чтобы рабочий день закончился раньше положенного.

Бармен подал заказ. Марша отпила немного и поставила свой бокал.

— Забавно, — сказала она так тихо, что Брим едва расслышал ее за общим гамом, — но и мне так понравилось ваше общество, что я даже затянула работу несколько дольше, чем было нужно.

Брим взглянул на ее декольте и ощутил некоторый трепет, сопряженный с чувством вины. Она как-никак была замужем.

— Думаю, что вам не пришлось ее особенно затягивать — мы так много разговаривали, что почти не уделяли внимания работе. Пара волынщиков — вот мы кто, — засмеялся он.

— Мне тогда очень хотелось выпить с вами кф'кесса, прежде чем отправиться домой, но… — Она слегка пожала плечами и осушила бокал до дна.

Брим перевел дух. Он быстро терял контроль над своими эмоциями. Химическая реакция между ним и этой красивой женщиной шла по всем правилам. И он, как и в день их первой встречи, испытал достойное осуждения нежелание нарушить течение событий. Более того, он