Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

— Когда-нибудь я поймаю вас на слове. Впечатляющий кораблик — я говорю это как пилот, а не как дипломат. Мне редко доводилось летать на чем-то столь же маневренном.

— В следующий раз испытаем гипердвигатель, — пообещал Симоновик. — Вот увидите: на сверхсветовой он не менее впечатляет.

— Мне уже не терпится, — вполне искренно ответил Брим.

* * *

Урсис и Бородов встретили его у внутреннего конца трапа с озабоченным видом.

— Ну как он? — нетерпеливо спросил Урсис.

— Все прошло прекрасно, Ник, — поддразнил его Брим. — Никаких проблем. Урсис закатил глаза к небу.

— Корабль, Вилфушка. Что ты о нем скажешь?

— Давай отвечай своему другу, — улыбнулся Бородов, но Брим понимал, что оба медведя предельно серьезны.

— Простите, — покаянно сказал он. — Я знаю, как это важно для вас.

— Не только для нас, — с жаром ответил Урсис, — но и для Ворустии — для нашей родины.

— Могу поручиться, — подумав немного, сказал Брим, — что это хороший корабль — он может потягаться с любым известным мне боевым звездолетом Лиги, а я со многими сталкивался. Он хорошо управляется, очень маневренный — лучше даже, чем последний «Звездный Огонь», на котором я летал… и мне понравилась жесткая фиксация разлагателей на носу. Отличный способ концентрации огня.

— Стало быть, ты им доволен.

— Очень даже доволен. Еще немного практики — и я охотно повел бы его в бой. Но вы должны помнить, что по-настоящему он проявит себя не на словах, а в пространстве, полном «Горн-Хоффов», а это зависит столько же от экипажа, сколько и от корабля.

— Это верно, Вилфушка, — протянул Урсис, задумчиво глядя в пол, и тут же вскинул голову. — Ну ладно, хорошие новости ты нам уже сообщил, а где же плохие?

Брим, вздохнув, посмотрел сначала на него, потом на Бородова.

— Может, они и не плохие, но подумать над этим стоит.

— Давай говори, — поторопил Бородов. Брим помолчал, подбирая слова.

— Как бы ни был хорош ваш новый ЗБЛ, в целом он не превосходит мой новейший «Звездный Огонь». А «Звездный Огонь» ненамного превосходит своих лигерских противников. Исход битвы за Авалон решили много фактов: пилоты, налаженное производство, хорошо организованный ремонт, храбрость, упорство — и наконец, немалая помощь со стороны Леди Удачи.

— Ну и что же? — прервал Урсис. — Наши пилоты отлично подготовлены, по крайней мере так должно быть. Мы копируем ваши методы обучения.

— И я ни разу не встречал трусливого медведя, — добавил Брим. — А уж упрямством своим вы славитесь на всю галактику.

— Но производство новых кораблей у нас в зачаточном состоянии, — нахмурился Бородов. — То, на чем ты летал, — это опытный образец.

— А ремонт мы организуем с нуля, — сказал Урсис, — хотя можно было бы просто снять ремонтные команды с более старых кораблей.

— И нам, как и вам, потребуется большая помощь Леди Удачи — если, конечно, Негрол Трианский не решит подождать эдак с пять стандартных годков, прежде чем прикажет ноф Вобоку начать наступление.

— А скальные волки не станут ручными. Но я чувствую, Вилф Анзор: ты сказал нам не все, что хотел.

— Не все, — признался Брим, и они медленно двинулись к входу в собственно лабораторию. — Есть то, что беспокоит меня даже больше, чем отсутствие готовых кораблей. Ваш славный маленький ЗБЛ-4 находится на той же стадии разработки, что и следующее поколение кораблей Лиги — и, к слову сказать, новая продукция нашего «Шеррингтона». И если ваши новые корабли, появившись на фронтах, не отстанут на целое поколение от своих противников сразу, то это случится очень скоро.

Урсис, явно пораженный словами Брима, молча подошел к светящейся транспортной трубе и набрал код на стенной панели.

— Ты прав, как всегда, когда речь идет о космических кораблях, Вилф Анзор, — вздохнул наконец он. — Технический прогресс подчиняется только собственному ритму и ничьему больше, а экстренные ситуации наподобие войны еще и ускоряют этот ритм. — Все трое смотрели в дальний конец трубы, ожидая вагонетку. — К сожалению, при всей нашей озабоченности в ближайшем будущем мы ничего не сможем с этим поделать. Если бы ты не присутствовал на недавней «военной игре», ты вообще не понял бы, чего нам стоило выпустить даже эти считанные образцы и подготовить их производство. На данный момент ЗБЛ — лучшее, что у нас есть.

— Это тытьчертовски хороший корабль, — примирительно сказал Брим.

— Мы в это верим, — улыбнулся Бородов, — хотя мы с Николаем Януарьевичем инженеры, а не пилоты.

— И все же Вилф Анзор говорит правду, — сказал Урсис. — Этот корабль, как бы он ни был хорош, скоро отстанет на целое поколение — возможно, еще до того, как успеет нам послужить… — Но тут из-за поворота вылетела открытая вагонетка и остановилась перед ними. Все места в ней были свободны. Друзья молча расселись, и Урсис набрал код места их назначения. Вскоре их «остановка» исчезла за краем спутника, и они понеслись к причалу, где ждал НЖХ-26, чтобы вернуть их в Громкову. Урсис внезапно продолжил с того же места:

— К счастью, Вилфушка, — он наставительно поднял палец, — у нас уже идет работа над новым проектом. Новые модели уже строятся и испытываются в глубинке Содески, где враг им не грозит.

Брим нахмурился. За свою жизнь он не раз уже слышал о новых кораблях, обещавших повышенную маневренность и огневую мощь — но они, как правило, так и не поступали в производство. А те немногие, что поступали, уже изначально отставали от графика.

— Это хорошо, — сказал он, — но вам лучше сосредоточить все усилия на выпуске ЗБЛ-4, по крайней мере в обозримом будущем. У меня такое чувство, что скоро вам представится случай испытать все, что у вас построено. Очень скоро.

Глава 3. Настоящие медведи и «ростовики»

На следующей неделе граф Орловский, младший брат великой княгини Катерины, устраивал свой ежегодный бал в честь содескийского праздника Ориоль — в этот день доминион приобщился к сверхсветовым перелетам, а позднее и к галактической цивилизации. По словам Бородова, Орловский собрался было отменить свое торжество из-за грозящего нашествия, но потом передумал, решив, что нужно хоть чем-то развеять мрачное настроение столичных жителей, приготовившихся к неизбежному.

Барбюс поднес роскошное приглашение к высокому хрустальному окну и покачал головой. Надпись на старинном пергаменте была сделана золотом — от такого не отказываются.

— Если уж эти медведи устраивают праздник, так устраивают. Да не где-нибудь, а в новом Елизаветинском дворце.

Брим посмотрел на маленькое замерзшее озеро, окаймлявшее бородовские сады. Зимний день клонился к вечеру, и крестьяне в теплых пестрых одеждах уходили со льда, таща связки выловленной за день рыбы. Брим вздрогнул, несмотря на огонь, гудящий в камине, и большую