Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

все происходящее: сеть рвалась на глазах, она рассыпалась, ячейки становились все больше и больше, пропуская мимо алые жгуты эфира, тут же находившие себе жертвы — где-то застонал Гилл, заорал, вторя Блеку, Лео, захрипел Арбогаст, сам Брок, пытаясь удержать ошметки защитной сети, с трудом выдерживал боль от алого эфира, выпивавшего жизнь. Он не ожидал, что инквизитор окажется таким… Непонятливым.

Снова, как в катакомбах, Брок преобразовывал запретный, бешенный эфир в свой, заставляя его служить своим целям. По подбородку потекла кровь — Брок, сдерживая крик боли, прокусил губу. Боль нарастала толчками, заставляя падать на колени и все равно удерживать защитную сеть. Нет, он точно прибьет инквизитора, кем бы тот ни был! Такой наглости он от храмовника не ожидал…

Брок еле удержал сеть, заваливаясь на бок. Выругался, сплюнул кровь — первый раз, что ли! — поменял позу, повалившись спиной на каменную, холодившую через одежду стену, и хищно улыбнулся — он после суда, сняв блокиратор, не стал восстанавливать связь с Вики. Она не испытает этой боли снова. Силовой шторм её не коснется. А ему быть вновь седым. Или в этот раз пронесет? Нравятся ли Клер седые парни? И вообще какие парни ей нравятся… Небеса и пекло, он так и не смог придумать, как с ней помириться, а время утекало прочь. Успеть бы удержать её. Успеть хотя бы примириться с ней.

Кости крутило от боли, пальцы горели, словно он сунул их в пламя, но Брок снова и снова наполнял сеть эфиром — он должен её удержать ради города. Ради Вик. Ради Клер!

Все прекратилось неожиданно — еще удар сердца назад Брока корежило от невероятной боли, и сеть рассыпалась в руках, и сразу же навалилось невероятное блаженное безболие, и сеть стабильно заработала с алым, включенным в сеть эфиром.

Где-то далеко весьма неинформативно ругался Арбогаст. Лео попытался что-то крикнуть, но не смог — он сорвал голос. По проходу в сторону Брока грузно бежал Блек:

— Мюрай… Татуированный варвар — ваш друг? Он уверяет, что это так…

— Это… — Брок замотал головой, с трудом фокусируясь на протянутой Блеком руке. Тот даже пояснил:

— Хватайтесь, я помогу вам подняться.

— Небеса и пекло… Я не верю, что это реальность… — но в руку Блека все же вцепился и встал, пошатываясь точно так же, как бледный, мокрый, как мышь, Блек.

— Все же бравада и кураж… — непонятно сказал Блек, снова напоминая: — татуированный колдун — ваш друг?

Брок подтвердил, удивляясь тому, что Блек не сталкивался в инквизиции с Китом — Маркус весьма странно работает:

— Это… Это Брендон Кит — временный секретарь неры Ренар.

— Ясно.

— Что произошло?

Блек посмотрел вверх на стабильно работающую сеть, на стихающий алый эфир за синим с красными вкраплениями плетением и пояснил:

— Отец Корнелий… Никогда не умеет ждать и работать в команде. Он сделал проход в сети и чуть все не разрушил. Иногда надо трезво оценивать свой возраст и признавать, что впал в маразм…

Брок, сплюнув вновь скопившуюся в горле кровь, признался:

— Никогда не любил храмовников… И инквизиторов тоже. — Он нахмурился, только сейчас соображая: — А кто собственно держит сеть с вашей точки?

Блек хмуро ответил:

— Татуированный варвар. Он выкинул вашего Байо из связки со словами, что хаотики будут тренироваться не при нем. Видите алый эфир в сети?

Брок понимающе кивнул, и Блек продолжил:

— Это Кит встроил свой эфир — не сразу, правда, смог.

Брок нахмурился — Блек не мог не столкнуться в инквизиции с Китом… Значит, отец Маркус в своем репертуаре — почистил память и не предупредил. Брок прищурился: а он сам хотел бы такой чистки? На миг даже в горячий пот кинуло от осознания, что можно забыть подвал, забыть боль… Только кем он тогда станет? Нет уж, лучше помнить все, что было, чтобы оставаться самим собой. Пусть страшные, но его воспоминания.

Алый эфир с недовольным шипением погас. Сеть настойчиво дернулась в руках Брока, и тот машинально напитал её эфиром, чтобы удержать. Откуда-то с улицы донеслось недовольное:

— Мюрай! Это Кит — отпускайте! Все закончилось.

Брок со вздохом облегчения выпустил сеть, чувствуя, как вычерпан до донца — кажется, сегодня он больше не сможет магичить. Ну и боги с эфиром… Главное — живы. И город жив. И Вики не почувствовала боль. А с Клер он помирится. Или отпустит, если точно лишний в её жизни.

Блек криво улыбнулся:

— Признаю: отец Корнелий — маразматик, но полезный маразматик. Куда сперва? До Гилла или сразу в особняк? — он окинул Брока взглядом, заметил улыбку на его лице и понял сам: — я до Гилла и вашего парня — надо оценить их состояние. А вы идите… Воюйте с драконами… Нерисса там уже мертва, как я понимаю.

Брок вздрогнул — он не помнил, чтобы настолько был откровенен во время допросов… Эм, отец Маркус умудрился добраться и до него?! Вот точно не то, что хочется знать… Он медленно вслед за Блеком направился в сторону Гилла и черного входа — попасть в особняк можно и так. Даже гораздо ближе, чем через парадный вход.

Простая задняя дверь, ведущая на половину слуг, была не заперта. За дверью лежали два тела — молодая девушка в утреннем платье горничной и такой же молодой парень-лакей, обнимавший её и прикрывавший своим телом. Жаль, что это не стало надежной защитой для девушки… Брок присел на корточки, притрагиваясь к шее и проверяя пульс. Бесполезно — в эпицентре силового шторма никому не выжить. Брок наложил священный треугольник на оба тела и пошел дальше — через простой, беленный коридор, вверх по лестнице на хозяйскую половину. Пару раз ещё раз попались трупы — пожилой мужчина, явно дворецкий, и повар. На душе было стыло — Брок не предусмотрел такого. Он предполагал, что после того, как Гарри Смита изолировали от эфира, их завалит трупами женщин в последней стадии потенцитовой интоксикации, но то, что случится силовой шторм, для него было неожиданностью. Предполагалось, что вольты лечат потенцитовую интоксикацию или хотя бы её купируют, а тут… Совсем не то. Или это просто случайность? Нелепое совпадение? Случайный приезд гостьи-ведьмы?

Он неспешно шел на звуки — откуда-то спереди гулко доносились чьи-то шаги, хрип Лео и знакомый голос Кита. Отца Корнелия слышно не было. Под ногами хрустели разбитые осколки ваз и стекла. Тут было жарковато в момент силового шторма. Разбитая в щепки мебель валялась вдоль стен. Кое-где даже обои были оторваны — свисали длинными