Воины Пустошей Хаоса - Клинт Ли Вернер

Корг снова взревел, его огромная рука метнулась вниз, пытаясь нащупать одинокого воина. Собиратель Черепов развернулся, когда огромные когтистые пальцы потянулись к нему, черное лезвие меча рассекло палец размером с человеческую ногу, почти оторвав его от лапы монстра.

Гигант снова взвыл, инстинктивно отдернув руку. Он поднял ее к лицу, намереваясь лизнуть кровоточащий порез. В запахе крови Корг не почувствовал запаха крошечной фигурки, вцепившейся в свисающую плоть искалеченного пальца. Слишком поздно оглушенные чувства гиганта сообщили, что Собиратель Черепов подтягивается по тыльной стороне волосатого кулака. Прежде чем Корг успел прихлопнуть человека, меч Собирателя Черепов сверкнул, рассекая морду гиганта.

Великан инстинктивно закрыл ладонями глубокий порез на чувствительном носу. Когда огромные лапы взметнулись вверх, Собиратель Черепов прыгнул, пытаясь зацепиться на облезлой, спутанной шкуре Корга. Собиратель Черепов изо всех сил старался удержаться на плече гиганта. И когда он ощутил порыв ветра, когда рука Корга опустилась, чтобы сбросить его со своего тела, Собиратель Черепов направил меч вниз.

Шкура разошлась, как пергамент, под зазубренным лезвием. Струя ярко-красного цвета брызнула во мрак, когда дымящийся демонический меч перерезал одну из толстых артерий гиганта.

Кулак великана наконец достал Собирателя Черепов и того снесло, словно лавиной. Воин врезался в крону сосны и полетел вниз, ломая ветви в падении.

Корг прижал искалеченную руку к шее, пытаясь остановить кровь, текущую из раны. Гигант наклонился, подбирая брошенную дубину. Рыча и сопя, зверь бросился, ломая деревья, туда, куда он швырнул Собирателя Черепов. Древние сосны трещали и падали под ударами великана, земля дрожала от топота его копыт. Ярость и боль Корга вонзались в небо, как рев разбуженного вулкана. Казалось, вся необъятность Серого леса трепещет перед гневом великана.

Однако с каждым мгновением удары гиганта становились слабее, а в сокрушительных ногах возникла доселе неведомая дрожь. Дубинка снова рухнула в суглинок, выпав из ослабевших пальцев. Шаги Корга стали неуклюжими, тело раскачивалось при каждом движении.

Кровь продолжала струиться из его ран, огромное сердце по-прежнему качало алую жидкость, выплескивающуюся через перерезанную артерию. В слепых глазах гиганта плясали пятна, в ушах стоял глухой звон. Корг снова дернулся вперед, и на этот раз его колени подогнулись. Ломая деревья, гигант рухнул на землю. Лес содрогнулся, когда великан упал, и страшное эхо прокатилось по всему Серому лесу.

Нхаа пополз к упавшему гиганту, не в силах поверить, что Корг повержен. Повелитель зверей слышал тяжелое, затрудненное дыхание гиганта, воздух с хрипом проходил через огромные легкие. Нхаа слышал, как Собиратель Черепов падал с дерева, на которое Корг его забросил. Слышал, как великан буйствовал среди тех же деревьев, сминая и круша все на своем пути.

Даже если Корг мертв, все равно оставались все основания полагать, что великан выполнил свою задачу.

Когда Нхаа приблизился к телу гиганта, тяжелое дыхание наконец затихло. Вонь великана сокрушила все чувства повелителя зверолюдов. Повсюду на земле ручьями и лужами растекалась кровь Корга. Когда легкие стыли, Нхаа смог различить другой звук, прежде заглушаемый дыханием Корга. Повелитель зверолюдов попятился от распростертой туши, в его молочно-белых выпуклых глазах светился страх.

Тихий скрежет доспехов стал громче. Нхаа почувствовал как из-за трупа великана появляется Собиратель Черепов. На этот раз его меч не преминул поразить сердце чудовища. Тело человека было изорвано, поломано жестоким падением, но там, где Корг слабел с каждым шагом, Собиратель Черепов становился сильнее. Нхаа чувствовал, как срастаются его кости и закрываются раны. Разорванные доспехи Собирателя Черепов слились воедино, снова превратившись в гладкие багровые латы.

Нхаа попятился, жуткие когти на его руках казались маленькими в сравнении с кошмарной силой воина. Собиратель Черепов свирепо уставился на повелителя зверолюдов, глаза в прорезях забрала были ужасны в холодном обещании гибели.

— Беги, — прошипел резкий голос Собирателя Черепов. Черный клинок в его руке превратился в дымящийся уголь, огненные линии проступили под поверхностью, когда меч пожирал заливавшую его кровь. — Беги, — повторил чемпион, когда Нхаа повернулся и побежал. — Тебе не скрыться от гибели.

Солнце ярко пылало в коричневом пыльном небе, когда одинокий мамонт неуклюже шагал по равнине. Пустоши Нуура носили имя огромного озера, когда-то заполнявшего эти просторы. После смерти царя силы богов превратили озеро в пар, оставив после себя ужасное запустение, пыль и потрескавшуюся землю.

Мало что смогло вырваться из выжженной, неумолимой пустыни. Пронизывающие ветры носились над Пустошами, загрязняя воздух удушливой пылью. Жуткие демоны ветра кружились над высушенной впадиной древнего озера, угрожая человеку и животному ужасной смертью. Под запекшимися слоями высохшей грязи еще дремали гигантские жабы, измененные и извращенные мутирующим прикосновением богов. Малейшего сотрясения земли было достаточно, чтобы разбудить их и заставить вылезти из-под земли ради утоления голода.

Котагир заверил Дорго, что по крайней мере жат им опасаться не стоит. Твари были голодны, но не глупы. Они знали, что мамонт слишком велик, чтобы сожрать его, и зная это они предпочтут оставаться в своих подземных норах, не тратя силы попусту. Демоны ветра, конечно, другое дело. Тут придется рассчитывать на заклинания шамана, ученика Йорула — Гашууна, и, возможно, потребуется магия колдуньи сулов Саньи. Дорго не находил эти советы обнадеживающими.

Присутствие ведьмы сулов, может, и было неизбежным злом, но это не делало Дорго счастливее. Пустоши за пределами владений были зловещей территорией, местом, где расстояние и время не постоянны, но изменчивы, вечно пребывающие в состоянии приливов и отливов.

Чем дальше на север продвигался человек, тем ближе он подходил к царству богов. Эти земли управлялись прихотями богов, здесь горный хребет мог вырасти за одну ночь или огромный лес мог в мгновение ока превратиться в унылую пустыню. Для этих земель не было карт, помыслы и желание были единственными проводниками, на которые мог надеяться человек. Они придут туда, куда ведет их желание и, возможно, колдовство ведьмы.

Дорго видел ужасный талисман, которым, по словам Саньи, она пользовалась, чтобы привести их к Черному алтарю. Она показала демонический коготь не для того, чтобы успокоить цавагов, а чтобы напомнить им о своей силе, о могуществе своего племени.

Как ни опасались предательства Дорго и его соплеменники, колдунья боялась еще сильнее. Она знала, что Дорго и его люди будут только рады избавиться от нее. Ее безопасность зависела от шаткого баланса необходимости и угрозы. Цавагам нужно было ее колдовство, чтобы добраться до Черного алтаря, и на случай, если этого окажется недостаточно, она старалась дать понять тонгам, что ее убийство дорого им обойдется.