"Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 - Константин Николаевич Буланов

меня на глазах, он деловито прикидывал, как использовать студента в качестве рычага давления на его родственницу. Спокойно. Лениво. Как задачку по арифметике.

Я таких знал. В прошлой жизни попадались типы этой породы. Которые мыслят не людьми, а связями. Друзья как рычаги. Родня как кнопки. Классический номенклатурный хищник верхнего звена. Некоторые считали себя бизнесменами, но при этом сидели исключительно на государственных контрактах. Со всеми вытекающими — по сути, их схема деятельности и реальный бизнес находились в абсолютно разных плоскостях.

Правда имелась одна поправка — в моём мире такие опасались, журналистов и общественного мнения. Якуб Дмитриевич не боялся никого. Потому что некого, ему похоже было бояться.

Стук в дверь был робким и неуверенным. В отличие от голоса партийного функционера, который за время подъёма по карьерной лестнице и пожирания себе подобных, видимо успел уверовать в собственную исключительность.

— Войдите, — всего одно слово, но превосходства там хватило бы на целую речь.

Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы протиснуться, не зацепив косяк. В щели мелькнула тонкая фигурка в строгом сером костюме. Светлые волосы, собранные в хвост. Поднос с чайником, чашкой и стопкой папок.

И уши. Длинные, чуть заострённые. Эльфийка.

В параллельном магическом СССР секретарши были ушастыми. Впрочем чего это я. Раз есть гоблины, почему бы быть эльфам.

Девушка поставила чай и папки на край стола. Выпрямилась. Встала так, что я видел мелко подрагивающие пальцы одной её руки.

— Якуб Дмитриевич, поступило новое обращение.

— От кого? — он даже не поднял головы.

— От гражданки Яхонтовой, — произнесла та. — Письменное.

Пальцы Якуба Евгеньевича замерли над бумагами.

— Опять? Пять лет прошло, — недовольно заявил мужчина. — Чего ей неймётся?

— Требует информации о местонахождении мужа. Пишет, что товарищ Яхонтов пропал во время выполнения важного партийного задания, — выпалила остроухая секретарша. — Просит возобновить розыскное производство.

— Розыскное производство, — повторил он с интонацией человека, которому предложили сожрать на завтрак омлет из гвоздей. — Аннушка, отправьте стандартный ответ. «Ваше обращение принято и направлено в соответствующий отдел.» Точка. Без сроков и обещаний. Заколебала. Он из собственного кабинета исчез. Сто процентов с магией наворотил и за границу утёк. Секреты наши продавать.

Он звякнул чашкой. Отпил. Поморщился.

— А сладкое? — в голосе появилась странная нотка, которую я не смог идентифицировать.

Аня дёрнулась так, как будто хотела отпрыгнуть. Собственно, я в первый момент и подумал, что она сейчас сиганет в сторону.

— Вы вчера распорядились не заказывать, — медленно проговорила она. — Вот я и…

— Я? — Якуб Дмитриевич медленно поднял взгляд. — Нет, Анюта. Я сказал заказывать. Ты ошиблась. Недопустимо. Теперь это придётся исправить — подсластить мой послеобеденный чай.

Интонации у него были не просто странным, а какими-то неестественными. Но задуматься об этом я не успел — уже через мгновение девушка опустилась на колени. Послышался звук расстегиваемой молнии. А следом — звуки, которые не оставляли сомнений в сути происходящего. И к делопроизводству никакого отношения точно не имели.

Потом снова открылся ящик стола. Прямо в процессе. Послышался недоумённой хмыканье.

— Анюта… — голос Якуба Евгеньевича изменился. — А где «Вдохновение»?

Тишина. Приглушенный вдох — девушка пыталась втянуть воздух.

— Ч-что? — голос эльфийки дрогнул. — Какое вдохновение?

— Шоколад. Я оставлял целую плитку, — он буквально сочился яростью. — Где она?

— Я не брала, товарищ Второй секретарь! — выпалила она. — Без вас я даже не заходила!

— Значит, испарилась? — язвительно поинтересовался он. — Или у нас завелись крысы?

Гоша подо мной тихо икнул. Арина сдвинулась, вонзив локоть в мой бок.

— Разберёмся, — процедил Якуб, с грохотом захлопнув ящик.

Спустя мгновение звуки возобновились. Судя по ритму, пропажа шоколада добавила в процесс агрессии. Догадаться о том, что именно сейчас происходило в кабинете было несложно.

Арина вцепилась мне в плечо. Давление ногтей чувствовалось даже через экипировку. Видеть её лицо я не мог, но эмоции чувствовало отлично.

Гоша зашевелился в темноте. Забормотал.

— Шеф, я не знаю чё тут как, — тихо пробубнил ушастик. — Но конкретно этого надо резать. Заживо свежевать прям. Без уважения.

Я был согласен со всеми пунктами одновременно. Одно хреново — вмешаться прямо сейчас мы никак не могли. Вернее — могли и ещё как. Вот только последствия были непросчитываемыми.

Следующие несколько минут мы слышали чавкающие звуки, дыхание и те фразы, которые любит использовать отдельный тип мужчин, говоря с абсолютно зависимой женщиной. Довольно мерзких, если уж на то пошло. Даже вспоминать не хочется.

Потом Гоша решил сдвинуться. Затёк наверное. Хотел чуть изменить положение тела. И споткнулся. Начал падать. Вцепился в какую-то одежду.

Рухнувшая сверху перекладина. Грохот падающих вешалок. Навалившийся слой одежды. А ещё — дверь шкафа, в которую я врезался, подавшись от неожиданности вперёд. Полностью её распахнув.

Я стоял, скрючившись в распахнутом шкафу, и смотрел на Якуба. Он пялился на меня.

Эльфийка у стола косила глазами снизу. Щёки мокрые, рубашка расстёгнута. Сама на коленях, с инструментом своего босса во рту.

Секунды на две все замерли, охреневающе смотря друг на друга и пытаясь понять, как себя вести.

Потом с грохотом распахнулась вторая дверца.

Гоша выскочил из шкафа. На нём болталась генеральская шинель, которая волочилась по полу на манер сверхдлинного шлейфа. На голове — фуражка со сверкающим золотым козырьком В правой руке — револьвер. Мой подарок.

Я не успел ни вдохнуть, ни моргнуть. Даже рот открыть не вышло. Ушастик начал действовать раньше. Взял и попросту пальнул Якубу в морду.

Хлопок. Вспышка. Пуля к сожалению, череп коммуниста не пробила. Перед ней сверкнула полупрозрачная стена — кусок свинца ушёл в потолок, расколов лепнину.

Эльфийка вскрикнула и соскользнув с мужского органа, кубарем нырнула под стол.

Вот Якуб вскочил. Кресло полетело назад, впечатавшись в стену.

— Охрана! — заорал он, и голос сорвался в фальцет. — Нападение! Диверсия! Капиталистические наёмники! Враги народа!

Слова сыпались как из селектора. Рубленый канцелярит. Изобретение скудоумных бюрократов.

Гоша рявкнул в ответ что-то гоблинское, матерное и очень личное. Я даже задумался как бы это выглядело в реальности. Чужую бабушку, с тройным переворотом, да через… Тфу ты! Лучше даже не думать.

Ушастик выстрелил ещё раз. Снова. Ещё. Артефакты успешно держались.

— Шеф, эт подстава! — заорал гоблин, не прекращая жать на спуск. — Какого хрена он бронированный⁈

Тихо нам уже было не уйти. Ни при каком раскладе. Охрана слышала выстрелы. И наверняка уже бежала на выручку. Да и в соседних кабинетах должны быть люди.

Раз так, значит, работаем по-даргски.

Погрузиться в астрал получились неожиданно легко. Я бы даже сказал — совсем просто.

Нащупал его астральное тело. Всадил гарпуны. И потащил. Со всей дури.

Якуб осёкся на полуслове. Его