Звездный зверь - Антон Александрович Карелин

Грай криво усмехнулся, его лоб блестел от испарины.

— Звездолёт отборной душеспасительной чуши с маленьким фотонным прицепом, — пробормотал он. — Но обыватели любят такие бредни, а тут ещё известный и влиятельный ментальный терапевт поддержал Джека: якобы он проверил «эффект Зверя» на себе и гарантирует ошеломительную действенность… а потому сворачивает практику и уходит из гуру-коучей в астероидную ферму, выращивать капусту по-честному. Реклама получилась удачная, и от желающих не было отбоя, хотя каждый билетик стоил двадцать тысяч энзов! Картина окупилась за один день. Но когда вся эта накрученная на вау-впечатления толпа собралась в Музее, и с рамы сняли покров, как только зрители начали впадать в свой желанный и хорошо оплаченный катарсис — Финальный зверь сбежал. Прямо сиганул из картины наружу, промчался по головам зрителей и скрылся!

— Куда? — Ана подняла брови, и, редкий случай, они тоже окрасились в вопросительный лимонно-фиолетовый цвет, настолько её захватил рассказ. Но Грай и сам не знал ответа.

— Разразился грандиозный скандал. На выставке была пресса, известные люди, Джеку тут же влепили коллективный иск и обвинение в мошенничестве в крупных размерах. Где катарсис, кричали со всех сторон, ты обязан его предоставить! На беду Джека, апогей его неудачи был впереди: на открытие тайно пришли те самые конкуренты с аукциона. И когда Зверь сбежал с картины, они показали себя серьёзными ребятами: заблокировали музей и взяли всех в заложники.

Удивление Аны окрасило даже ресницы.

— Лишь одно обстоятельство было на руку Джеку: на его мероприятии оказался я. Не подумай, я пришёл не за катарсисом, а на работу. Джек нанял меня за день до смерти с целью выяснить, кто пытается его устранить. Он так и сказал: устранить. Но на вопрос о причинах таких опасений он не сумел дать никакой конкретики, лишь туманное: «Мне слишком везёт, это не к добру». А когда я потребовал объяснить, что происходит, Джек вышел из себя и закричал, что он понятия не имеет, он и так в диком загоне и стрессе в связи с открытием выставки, и требует, чтобы я отрабатывал свой гонорар и сам разобрался, откуда и почему угроза, а его оставил в покое. Пока он займётся хайпом вокруг картины, чтобы перепродать её втридорога, покрыть долги и выбраться в прибыль… Ну, ты уже понимаешь, к чему это привело.

Бульдог перевёл дух и нервно утёр испарину с бугристой головы.

— Ты меня знаешь, дружище, я всегда готов к заварушкам. Больше того, я заранее предупредил Джека об опасности, только он отказался переносить мероприятие. Долги давили, бедняга просто не мог. Тогда я занялся поиском тех, кто угрожал во время торгов: аукционный дом защищает участников, но у меня полно старых связей в разных мирах… Наверное, предсказуемо, что конкурентами Джека оказались другие фелиты? Но кто мог знать, какие именно. Не сувенирные гики с комичным энтузиазмом, не ушлые ловцы удачи — а представители радикального крыла всей этой фортунобратии. «Уравнители». Охотники за Финальным Зверем. Вот, полюбуйся.

Грай показал чёрно-белый символ: звериная лапа острыми когтями вцепилась в галактику, словно разорвёт её в клочья, следы от когтей раздирали целые кластеры.

— Эти ребята на полном серьёзе считают удачу злой силой вселенной. Мол, везение нарушает мировой баланс и нужно истреблять его высшие проявления, а высочайший из них — Финальный зверь, который с их точки зрения… существует. Уравнители гоняются за призраком мифа сотни лет и с какой-то стати уверены, что треклятая картина поможет его поймать. Когда они захватили Музей и напали на Джека, я был готов и напал на них в ответ. Больше того, Джеком-то в этой ситуации был я.

— Ты использовал тактильную личину, — кивнул внимательно слушавший Фокс, — а настоящий Джек сидел в безопасной комнате.

Грай показал опалины на спине и располосованные в лоскутья остатки плаща.

— Драка была что надо, пострадало два десятка цивилов, но трупов нет. Я подготовил музей и превратил некоторые экспонаты в ловушки, добавил пару аварийных выходов и разделители с ячейками защитных полей, чтобы спасти гражданских. В общем, всё прошло не так, как думали уравнители. Они не ждали грамотного сопротивления, пришлось им убраться, подбирая ошмётки… можно сказать, первый раунд вничью.

Грай тяжело вздохнул, держась за бок, и только теперь детектив и принцесса увидели, что из-под его прижатой ладони медленно расплывается багровое пятно. Одиссей побледнел, осознав, что всё происходит в реальном времени: Бульдог вещает прямо из разгромленного музея буквально минуты спустя после драки. И он серьёзно ранен, но почему-то первым делом позвонил не в госпиталь, а на «Мусорог».

— Располовинь меня гипером, я и представить не мог, что хоббисты могут быть такими серьёзными ребятами! Но это настоящая религиозная техно-секта, и ради своих целей они готовы на всё…

— Так что с Джеком? — спросила Ана, волосы которой напряжённо переливались тёмно-красным.

— Теперь про главное. Драка только закончилась, посетители ещё разбегаются из музея, вот-вот прибегут ищейки. У меня нелады с местной властью, я не разделяю их методов и норм. Но я уматываю отсюда с пятой космической скоростью по другой причине: потому что Джек мёртв, а я не сумел его спасти… и не могу расследовать гибель своего клиента, потому что должен забрать картину! Спрятать её, чтобы она не попала в руки тем, кому не должна.

Грай закряхтел от боли и вытащил из суб-пространственного кармана портативный портальный генератор — то есть редкие и очень крутые одноразовые мини-врата. Пнул их ногой в нужном месте, и модульная арка стала с ритмичным лязгом распластываться вокруг. Бульдог со стоном подтянул к себе витую рамку, залитую чьей-то кровью. Он прикрыл картину ручищей и обрывками плаща.

— Не покажу тебе Зверя. Во-первых, мнемограмма может подействовать даже через гиперсвязь, а во-вторых… понимаешь, Джек был прав. Это странное существо действительно приводит… к осознанию.

Большой, потрёпанный жизнью Бульдог неловко поёжился и зашипел от боли в боку.

— Катарсис… глупое слово. После драки Зверь вернулся в картину, и я его увидел. Сразу понял, что делать. Я забираю её и ухожу в тайное место, и тебе нужно найти его прежде, чем это сделают остальные. И прежде, чем система жизнеобеспечения меня подлатает, потому что когда я приду в себя, то сделаю нечто… серьёзное. Точно сделаю. Всегда хотел сделать, но только теперь это понял и признал.

Глаза гобура подозрительно блестели, нарастающая слабость и боль превратили его лицо в маску-гримасу, и было сложно понять