Роковой путь - Илья Ангел

Роман стоял над ним, медленно разжимая кулак, тяжело дыша.

— А, знаешь, мне даже полегчало, — отчётливо произнёс он, задумавшись и глядя на согнувшегося Белевского. — Это, наверное, нужно было сделать раньше.

Он присел на корточки, склонившись над Белевским, который смотрел на него всё с той же брезгливостью и неприязнью.

— Ты можешь мне не верить, но сейчас я сделаю всё, что в моих силах и даже чуть больше, чтобы спасти сотни жизней в этом отеле и не позволить вирусу распространиться дальше. Я сделаю всё, чтобы спасти умирающих детей, беременных женщин, свою жену, и как это ни парадоксально, — он на мгновение замолчал, — чтобы спасти даже такого заносчивого, самовлюблённого козла, как ты. И ты не вправе судить о моих поступках, ничего не зная ни обо мне, ни о том, что происходит вокруг.

Рома поднялся и резко обернулся, услышав стон и последующий за ним приступообразный кашель. Ванда, всё ещё стоявшая у стены, согнулась пополам, судорожно хватая ртом воздух, а из-под её ладони, прижатой ко рту, сочилась алая пена. Её колени подкосились, и она начала медленно заваливаться набок.

Роман рванулся вперёд. Он не помнил, как преодолел эти несколько метров. Он просто оказался рядом, подхватив её на лету, прежде чем она ударилась о пол.

— Оля! — закричал он, переходя за одно мгновение в состояние, близкое к панике. — Оля, сюда, быстро!

— Лёгочное кровотечение, — коротко констатировала Ахметова материализовавшись перед ними и склоняясь над Вандой, быстро проверяя её пульс и зрачки. — За мной, живо.

* * *

Я смотрел, как два наёмника Гильдии, проведённые за огороженный периметр по приказу Гаранина, облачённые в защитные костюмы, волокут к шлюзу отчаянно вырывающуюся девушку. Я сделал шаг вперёд, собираясь это прекратить.

— Дима, стой, — Ваня положил руку мне на плечо, находясь позади меня, довольно жёстко меня останавливая. — Не нужно вмешиваться. Нужно немного подождать.

— Он переходит все границы, — сказал я, прикрывая глаза. — Ваня, не нужно меня идеализировать, я знаю, что такое «вынужденная жестокость», и да, я сожгу этот проклятый отель со всеми находящимися внутри людьми, если не будет другого выхода. Но это я, моя ответственность и моё проклятье. Рома не имел права отдавать такой приказ.

— Вообще-то, имел. Он сейчас замещает тебя, если ты не забыл, а сам ты до сих пор официально отстранён, — сухо заметил Рокотов. Наши взгляды встретились и через минуту он более мягко добавил: — Ты не сможешь защитить его от всего, это невозможно. И, Дима, Роман — Гаранин, его нельзя изменить, он таким родился.

— Мне об этом постоянно напоминают, так что я помню, — огрызнувшись, я отвёл от него взгляд.

— Я поступил бы точно так же, если бы это было необходимо, — невозмутимо прокомментировал происходящее Эд, стоя прямо и внимательно наблюдая за происходящим возле входа в отель. — Рома знает, что делает. Такие вещи всегда были чертовски эффективны, хотя для Гараниных немного слабовато. Обычно эта семейка более прямолинейна, и менее изобретательна. Вот Георгий просто классический Гаранин, а Роман, видимо, взял от матери слишком много, не только проклятый дар и красивые глаза.

— Рома предупреждал, что пойдёт на крайние меры, — добавил Егор, поёжившийся от порыва холодного ветра. Щит всё ещё находился в подвешенном состоянии и стоять рядом с отелем было, мягко говоря, некомфортно. Зато это обеспечивало нам необходимую конфиденциальность. — Тем более, он просил тебя не вмешиваться.

— Всё равно это неправильно, — пробормотал я.

— С вероятностью в девяносто девять процентов он дверь не откроет, — пожал плечами Егор. — Хотя для Гаранина и тараканов, живущих в его голове, и одного процента вероятности достаточно для совершения какой-нибудь глупости.

— Вы вообще знаете, кто она? — немного успокоившись, спросил я, не думая, что мне кто-то ответит на этот вопрос.

— Неужели это важно? — повернулся ко мне Эд. — Обычная наёмница. Хотя нет, не совсем обычная. Жестокая, циничная, немного сумасшедшая, но при этом расчётливая. Это то, что я смог узнать, когда её притащили сюда. Было интересно, зачем она понадобилась Гаранину.

— Я же говорил, что нужно немного подождать, — тихо проговорил Ваня, когда её выпустили на свежий воздух и она рухнула на землю. Рокотов отошёл немного в сторону, принимая вызов, поступивший на рацию.

Я всё ещё смотрел на наёмницу, глядевшую через огромные окна на то, что происходило внутри отеля, и не мог отделаться от беснующихся в голове противоположных друг другу мыслей. Глубоко вздохнув, даже не заметив, что задержал дыхание, наблюдая, как её затаскивают в шлюз, я присел и провёл по земле рукой, убирая щит. Если понадобится, то мне много времени не потребуется, чтобы его развернуть, а привлекать внимание такой концентрацией тёмной энергии всё же не стоит, несмотря на наличие в штате СБ официально зарегистрированного Тёмного.

— У нас в Москве появилась работа. Власов действовал под давлением, у него брат находится в заложниках у террористов, — отчитался подошедший к нам Рокотов. — Мне нужно отдать распоряжения, попробуем поискать по нашим каналам, пока Рома не наведёт нас на заказчика.

— Спросите в первую очередь у Бернара, — повернулся я к Ване. — Почему-то я сомневаюсь, что в этом деле задействованы несколько групп наёмников.

— Да, это первое, что я поручил сделать Боброву, — кивнул полковник и направился в сторону палатки, где расположился наш временный штаб. Освобождение заложников входит в его непосредственные обязанности.

— Это многое объясняет, — протянул Егор, массируя виски. — А то у меня чертовщина выходила, потому что, по тем данным, что у нас были на Власова, он даже ради больших денег не пошёл бы на подобное. А вот про брата я не знал.

— Ну, надеюсь, сейчас всё сдвинется с мёртвой точки…

— Пропустите меня! — Я замолчал, оборачиваясь на женский крик, раздавшийся от ограждения. Прорвавшись через заслон, оттолкнув одного из полицейских, к отелю понеслась знакомая женская фигурка. Эдуард среагировал раньше, чем мы с Дубовым смогли понять, что происходит.

— Оля! — крикнул он и рванул в сторону девушки, уже подбежавшей к шлюзу. Великий Князь успел её перехватить сзади, подхватив на руки, до того как она дёрнула на себя дверь, оказываясь в метре от непосредственного входа в отель.

— Пустите меня! — прокричала она, начиная биться в руках у Эда, но он держал её крепко, понемногу отходя назад. — Да пустите меня!

— Ты куда вообще собралась? — рявкнул он, ставя её на землю и резко разворачивая к себе. Она дёрнулась, но потом подняла голову, вглядываясь в лицо