Орден Разбитого глаза - Брент Уикс

Черной гвардии. Тем не менее, глядя, как они радостно смеются, спустя две минуты уже позабыв, что только что горевали и были готовы броситься в драку, она на мгновение увидела их глазами их гвардейских инструкторов – как подростков шестнадцати-семнадцати лет, готовых ржать над чьими-то неуклюжими попытками целоваться, и в то же время воинов: смертоносных и ленивых, безупречных и глупых, мужчин и детей одновременно.

«Ты слишком много думаешь, Ти».

Ей удалось добраться до лифта, оставшись не замеченной однокурсниками. Вот почему хорошо быть такой маленькой: иногда удобнее, когда на тебя не обращают внимания. Тее не хотелось ни с кем разговаривать. «Может быть, из-за этого меня сочтут недружелюбной? Да нет, они слишком поглощены собой».

Когда курсанты вышли из лифта, Тея осталась и поднялась до уровня, на котором находилась комната Кипа. В те несколько дней, что предшествовали отплытию флотилии, канцелярии были слишком завалены работой, чтобы нормально функционировать. Это означало, что Тея с Кипом не имели возможности подать свои бумаги на рассмотрение. Что, в свою очередь, означало, что формально она так и оставалась рабыней. Тея понимала, что сейчас, после исчезновения Кипа, ей необходимо подать бумаги как можно скорее. Если старый Андросс Гайл вспомнит о ней, то наверняка поспешит завладеть имуществом внука, хотя бы для того, чтобы ему насолить.

«Кип, ты идиот! Зачем тебе понадобилось нападать именно на Андросса? Неужели нельзя было выбрать кого-нибудь более подходящего?»

Где он сейчас вообще? И вернется ли когда-нибудь домой?

«Домой? В смысле, сюда, где его поджидает Андросс с петлей наготове?»

Может быть, Кип и остался жив, но едва ли им суждено когда-нибудь увидеться… Хотя он был ее напарником всего лишь несколько месяцев, это время, проведенное вместе, было наполнено событиями. Оба изгои, они сражались бок о бок как в переносном, так и в прямом смысле.

У Теи защемило сердце. Ее рука снова потянулась к флакону с оливковым маслом, висевшему у нее на шее. Она не снимет его до тех пор, пока не получит из канцелярии подтверждение, что ее бумаги прошли полную проверку и одобрение и процесс не может быть обращен вспять. Тогда она швырнет этот флакон об каменную стену.

Тея надеялась, что это случится скоро.

* * *

Ключ легко повернулся в замке. Тея открыла дверь и быстро шмыгнула внутрь.

– Привет, пташка, – раздался в темноте мужской голос. – Повернись ко мне.

Тея на мгновение замерла, потом повернулась, держа руку на защелке.

– Кто вы? – спросила она. – Что вы здесь делаете?

– Два вопроса, один лучше другого, – отозвался мужчина.

У него была светлая, усеянная веснушками кожа; на черепе болталась бахрома оранжевых волос в тщетной попытке скрыть блестящую шишковатую плешь. Одет он был как богатый торговец, поверх всего был накинут тонкий черный плащ, а в одной руке он держал шляпу-петассос с широкими, обшитыми бархатом полями. Однако наиболее сильное впечатление производили его глаза. Они были янтарными – не потому, что он извлекал желтый или оранжевый люксин; это был их натуральный цвет.

Мужчина улыбнулся, показав блестящие белые зубы.

– На людях ты можешь называть меня «мастер Шарп».

Следующий вопрос напрашивался сам собой:

– А наедине…

– Мертвый.

– Что?!

Страх пронзил Тею с головы до ног, и ей это совсем не понравилось.

– Мертвый. Это, можно сказать, что-то вроде титула. «Мертвый Шарп». Когда-то у меня было имя, но я от него отказался.

Что приводило к еще более очевидным вопросам… А впрочем, ну его к черту!

– Что вы здесь делаете? – требовательно повторила Тея.

– Вербую тебя.

– Это бесполезно. Убирайтесь.

«В каком смысле, вербую?»

Человек не двинулся с места.

– Ты приняла хорошее решение там, в порту, хотя это и несколько усложнило мне жизнь. Ты девочка сметливая, не так ли? Увидела надписи, но предпочла их игнорировать. Неизвестный враг, возможностей которого ты не знаешь, предложил тебе встретиться в месте, которое он заранее выбрал, – и ты предпочла не вступать в эту схватку. Мудрое решение… не по годам мудрое! После него я еще больше захотел, чтобы ты работала со мной. У меня есть для тебя задание. Если ты его выполнишь, я отдам тебе твои бумаги.

– Какие бумаги? – спросила Тея, разыгрывая непонимание.

– Ты серьезно? – колко парировал он. – А я-то только что похвалил тебя за сообразительность! Но, похоже, ты всего лишь ребенок, хоть в тебе и скрыты сокровища. Если ты сегодня выполнишь для меня работу, я отдам тебе твои бумаги, клянусь моей душой и надеждой на просветление! В противном случае я отдам их Андроссу Гайлу, на которого я работал в прошлом. Будет достаточно просто напомнить ему о том, кто ты такая и что собой представляешь, чтобы значительно усложнить твою жизнь, тебе не кажется? Как ты думаешь, будет у этих бумаг хоть один шанс когда-либо увидеть свет, если они попадут в руки верховного люкслорда Гайла?

«Ну, здесь ответ очевиден».

– Откуда мне знать, что вы мне их отдадите?

– Я свято держу свои клятвы. Тем не менее, если ты предпримешь попытку вновь сорвать мои планы, обратившись к постороннему…

Тея бросилась на него, направив удар кулака в его глотку.

…И бессильно упала на его подставленные руки. Странный человек, которого следовало называть «Мертвым», легко поднял ее, перенес к Киповой кровати и бережно уложил, словно любовник. Она не чувствовала абсолютно ничего – тела просто не было, на его месте был провал. Тем не менее Тея ощущала запах незнакомца: от него пахло апельсиновой коркой, имбирем и мятой. Свежий, бодрящий аромат, даже в чем-то приятный… Это было еще более отвратительно.

Он улыбнулся ей, обнажив белейшие, идеальнейшие зубы, какие она только видела, и аккуратно поправил ее руки и ноги. Потом поднес два пальца к ее верхней губе – не в смысле запрета говорить, а чтобы проверить, дышит ли она. Кажется, результат его удовлетворил.

– Ты можешь говорить?

Тея открыла рот, но обнаружила, что не контролирует свои голосовые связки. Она не могла ни закричать, ни даже прошептать что-нибудь. Что-то было очень сильно не в порядке, и непонимание грозило перерасти в панику.

– Человеческое тело – настоящая загадка, ты согласна? Только подумать, какое количество всего должно правильно работать в каждый момент, чтобы заставить эту гору мяса делать то, что тебе надо! – Он поднял ее вялую руку в воздух и отпустил. Рука безжизненно шлепнулась обратно. – И знаешь, что самое интересное? Чем больше ты о нем знаешь, тем больше понимаешь, насколько эта загадка велика. Мудрейшие хирургеоны всех сатрапий до сих пор верят, будто кровь стоит в наших членах,