Королева мечей - Юлия Дмитриевна Бабчинская

Но сейчас я не чувствую отторжения, наоборот, – мой дар тянет меня вперед. Он велит помочь этой девушке, убитой так незаслуженно. Неужели варрам больше нечем заняться, чем растрачивать чужие жизни?

Я очень надеюсь, что в Башне Ночи все будет иначе.

Тонкие зеленые усики растения опутывают тело двушки, словно паутинка, и на мгновение я вижу, как изменения внутри нее замедляются. Даю волю теплой волне, что рвется наружу, грозя захлестнуть каждую клеточку меня. Зеленые стебельки чуть светятся, улавливая эту силу.

– Где же силоцвет… – выдыхаю я.

– Ключица, – раздается у меня над ухом хриплый голос, и, чуть повернувшись, я замечаю, что рядом со мной стоит старуха в красном одеянии. Ее глаза подернуты мутной пеленой, и я понимаю, что она видит то, что сокрыто от других. И даже от меня. Видия…

Без промедлений я смещаю руку выше, нащупываю ямочку между косточками и под кожей ощущаю еле заметную пульсацию. Значит, еще не все потеряно! Вновь наполняю свои руки светом, устремляя его навстречу магическому камню. И внутри меня появляется спокойствие и абсолютная уверенность: я на своем месте. Как же я раньше могла быть такой глупой! Столько капризничать и сомневаться в себе!

– Молодец, девочка, – слышу ободряющий шепот старухи и удивленные возгласы ее спутниц. – Не отпускай, еще немного.

И эти простые слова добавляют мне веры: я смогу. Есть те, кто сможет меня направить и научить. Возможно, зря отец с матерью ограждали меня от этого – я должна была гораздо раньше освоить все это и помогать другим.

Тело девушки вдруг выгибается дугой, а из груди доносится сдавленный вздох.

– Чудо, – бормочет мой брат. – Вита, это настоящее чудо…

Неожиданно для меня девушки в красных плащах опускаются на колени, а вместе с ними и их главная.

– Да явился нам Проблеск! – все разом шепчут они.

Ирис

Этот силоцвет непохож на те, что были у меня раньше. От него веет вечерней прохладой с легким летним шлейфом цветочной поляны. И это настолько непохоже на его обладателя, что я на миг застываю в недоумении. Вновь эта тяга – камень прощупывает меня, но действует осторожно, это не дикий напор Призрака, который буквально поглотил мою волю. И все же магия варров более воинственна, я чувствую это по исходящим от камня волнам. Такой силе нужен постоянный выплеск.

Но я опять обращаюсь к той части себя, которая жаждет боя. И которая не желает погибать.

Под моими ногами вибрирует песок, в воздухе застыло напряжение, а с губ готовы сорваться новые слова.

Хризолит Фортуны – (на алтыни – золотой камень) золотисто-зеленый минерал способен привлечь удачу и повысить веру в свои силы, но он опасен для тех, кто и так мнит себя выше других. Помогает в общении и нахождении союзников, а также позволяет увидеть сокрытые возможности.

Когда я управляю магией силоцвета, то все остальное будто теряет значение. И я становлюсь кем-то другим. Другой. Сам воздух искрится вокруг моей руки, застывшей на древке копья. Золотисто-зеленая дымка расползается по сторонам, показывая мне всех в ином свете. Неужели такими видел окружающих Ромул? Сгустками света? Акира будто яркий зажженный факел, пылает рубиновым огнем. Но в ее глазах я вижу неподдельный ужас. А когда я перевожу взгляд на Ромула, то понимаю, что его свет ровный и серый, он словно одна из безликих теней Сферы. Убитый Ромулом Нексис окутан черным коконом, внутри которого вспыхивают молнии и гаснут. Возможно, так умирают силоманты.

А что же я? Какой он видел меня? Я не могу этого разглядеть, ведь вокруг расползлось бледно-зеленое сияние, созданное силоцветом. Ромул неуверенно шагает вперед, ноги сами несут его, хотя тело подчиняется менее охотно. В глазах варра все еще стоит ужас. Как мог кто-то покуситься на его оружие?

Я бросаю копье вперед, но заставляю его замедлиться. Лениво смотрю, как оно рассекает воздух и зависает посреди Арены, а ударная волна следует дальше, отталкивая от меня Ромула и Акиру.

И хотя я отпустила силоцвет, часть его словно остается во мне, как невидимый след.

Акира рычит, немедленно поднимаясь на ноги.

– Забери свою дурацкую Фортуну, – выплевывает она раздраженно в сторону Ромула. – Даже не можешь удержать свой силоц…

Я не даю ей договорить. Улыбка приходит сама, но это не радость победы, а странное удовлетворение: я могу сделать все что захочу. Прямо сейчас.

Взмах моей руки – и меч Акиры выскакивает из ее ладони, устремляясь ко мне. Когда мои пальцы касаются рукояти, под которым пламенеет красный рубин, меня охватывает энергия ярости. Неудивительно, что Акира такая вспыльчивая. И непонятно, кто же там главный – силомант или же силоцвет. Возможно, пройдут десятилетия, прежде чем она научится контролировать камень. Если он позволит.

Меч звенит и стонет в моей ладони, но я не отпускаю его. Рано. Я хочу, чтобы он подчинился мне. Энергия силоцвета дрожью проносится по позвоночнику, будоражит каждую клеточку моего тела. Я способна его укротить – я действительно это могу!

В подтверждение моих слов клинок вспыхивает алым светом, намеренным поглотить меня. Но я не могу отступить, не сейчас. У меня свои планы на этот силоцвет. Я крепче обхватываю истертую рукоять из белой кости, ощущаю ее тепло, ее податливость. Какое удивительное сочетание – я заглядываю внутрь этой связи: металла, кости и камня. Их энергии так тесно переплетаются, что этот клубок не распутать.

Моя рука скользит по воздуху, описывая дугу и оставляя невидимые другим искорки. Клинок вспыхивает ярче и гаснет, уступая этому танцу. Мельчайшие частицы складываются в алые ленты, что повисают вокруг меня. Они кажутся такими осязаемыми, настоящими, а когда я ловлю потрясенный взгляд Акиры, то понимаю, что она тоже все видит – и прекрасно осознает, что проиграла. Эти ленты извиваются над песком красными змеями, но меня не задевают. Они ускоряют свое движение, образуя вокруг меня вихрь, воронку, водоворот, а в следующий миг устремляются к моим обидчикам, опутывая их, сбивая с ног.

Вокруг нас вздымается густое облако пыли. Да, мои противники повержены, но я уверена, что Акира не сможет признать этого: она будет сражаться до последнего. Она будет искать смерти.

А тьма, что голодным зверем прокрадывается внутрь меня, готова ее принять.

Мои руки наливаются совершенно новой силой, и все внутри звенит от напряжения и предвкушения. Почему сейчас все кажется таким легким? Моя свободная рука рисует в воздухе неизвестный мне символ. Хотя… если