Бессовестная невеста - Натали Палей

— Если бы вы не были невестой Родерика... — начал МакФер высокомерным, ледяным тоном.

— То не терпела бы сейчас с искусственной улыбкой вашу грубость и пренебрежение, сэр, — завершила за него фразу Лилиан. Теперь её тон тоже стал ледяным, как и взгляд. — В иной же ситуации я сразу сделала бы вот так.

Изящным, небрежным движением девушка прикоснулась к сережке в мочке левого ушка. Одновременно с этим движением МакФер вздрогнул всем своим мощным телом, словно его прошила молния. Лицо мужчины тоже слегка перекосило.

— Или вот так. — Лилиан медленно и плавно провернула тонкое золотое колечко, усыпанное мелкими зелеными камнями, на мизинце, а у мужчины словно подкосились ноги.

МакФер чуть не упал на одно колено, с откровенным изумлением уставившись на девушку и с трудом удержавшись на ногах. Спасла его лишь мощная трость, выдержавшая огромный вес мужчины.

— Провернула не до конца, — тихо сообщила ему мисс Харрис и задумчиво добавила: — В качестве демонстрации.

Черное яростное пламя, вспыхнувшее в глазах северянина, столкнулось с огненно-золотым льдом в огромных прекрасных глазах девушки.

— Надеюсь, вам уже неловко за ваше поведение, милорд. И вы уже поняли свою ошибку. А если нет, то сделайте так, чтобы мы с вами не встречались в поезде во время нашего долгого пути.

МакФер молчал, ноги его все ещё подрагивали. Девушка чувствовала, что его распирает гнев, досада и что-то ещё, похожее на недоверие.

Путешественники, которых становилось все больше в Большом зале вокзала, уже стали обращать внимание на их примечательную группу.

— Стиф, мне кажется, или ты сейчас опустишься на колено перед моей невестой? — холодно прозвучал голос сэра Родерика. — Ты и у ног прекрасной девушки. Этот исторический момент необходимо запечатлеть. Кстати, можно воспользоваться моментальной фотографией.

Мускулистые ноги мелко дрожали, МакФер продолжал грузно опираться на свою трость. Он медленно развернулся и уставился на МакЛауда не менее тяжелым взглядом.

— Хотел, чтобы ты сразу понял, почему Лилиан. Надеюсь, больше не позволишь грубости в отношении моей невесты. Иначе придется вызвать тебя на поединок и объяснить, что в отношении мисс Харрис твоя прямолинейность неуместна.

— Вызвать? Из-за нее? Ты знаешь её пару месяцев, а меня всю жизнь. У вас даже не было обряда на перекрестке пяти дорог в Гретта-Грин. Никаких обязательств, Дерик!

Родерик нахмурился. Помрачнел лицом. Взгляд стал острым, как бритва. И таким же опасным.

— Никаких обязательств? — вкрадчиво уточнил он. — Считаешь, что слово вождя клана МакЛауд — пустой звук, а я могу обмануть доверившуюся мне девушку?

— Джентльмены... — тихо проговорила Лилиан, заметив, как мужчины сцепились яростными взглядами.

Не глядя на нее, МакФер выпрямился и сухо и медленно произнес:

— Слово Родерика МакЛауда никогда не было пустым звуком. Признаю свою ошибку. Что касается твоей невесты... что ж... кто я такой, чтобы мешать тебе ошибаться?

Стиф МакФер вновь повернулся к Лилиан, ввинчиваясь в неё ледяным взглядом.

— Леди Харрис, начнем наше знакомство сначала?

— Не возражаю, сэр, — кивнула девушка после секундного раздумья и протянула руку.

Уголки девичьих губ слегка приподнялись, на щеках появились ямочки, взгляд чуть потеплел.

Лилиан решила, что худой мир лучше открытого конфликта с одним из вождей северных кланов. МакФер явно не походил на того, кто находится в подчинении.

Мощная фигура северянина медленно склонилась в удивительно изящном поклоне, губы мужчины прикоснулись к кончикам девичьих пальцев. Через тонкую ткань перчатки мисс Харрис ощутила горячую кожу мужской руки.

— В ямочки на женских щеках проваливаются все мужские сердца, — услышала Лилиан приглушенное бормотание МакЛауда.

МакФер, отпуская руку девушки и нечитаемым взглядом всматриваясь в её уже теплые, словно горчичный мед, глаза, сухо отозвался:

— Всегда был равнодушен к этому недостатку в женской внешности.

Однако черные глаза мимолетным острым взглядом скользнули по нежным щекам чужеземки.

11.1

Кондуктор поезда, невысокий полный мужчина, примерно лет сорока, с круглым животиком и внимательными серыми глазами, представился мистером Максимилианом Ландом. Он провел Лилиан и леди Треверс в дамское купе, мужчин — в соседнее, мужское.

Женщинам тут же выдал грелки для ног — основной способ обогрева на рейдальских железных дорогах. Однако Пол Дабх их заранее предупредил, что купе первого класса спальных салонов дополнительно обогреваются посредством труб с горячей водой высокого давления. Поэтому замерзнуть ночью путешественницам не грозило.

Как только женщины расселись, сняли шляпки и перчатки, вернулся кондуктор проверить и прокомпостировать проездные документы.

— Билеты сохраняйте до самого конца поездки, — важно проговорил мистер Ланд. — Их будут проверять на всех узловых станциях. Женщины кивнули. Они знали об этом, а также о том, что на билетах компостером будут пробивать числа-идентификаторы станций, что позволит установить их маршрут. Если вдруг они окажутся при проверке без билета, то с них взыщут стоимость проезда из пункта отправления поезда. — После высадки из поезда на станции назначения билеты соберет специальный контроллер. — С чувством выполненного долга кондуктор вышел из купе, а женщины синхронно приникли к окну.

Суета, крики, носильщики багажа, взволнованные пассажиры разных классов, мальчишки-разносчики газет... Лилиан Харрис быстро утолила любопытство и откинулась на мягкую спинку сиденья. Леди Мэри продолжила наблюдение за происходящим на платформе. Девушка прикрыла глаза. Будто бы от усталости. Однако Лилиан просто волновалась и хотела подумать. Хотя не призналась бы в этом ни одной живой душе. В том числе и тете.

Знакомство с лордом МакФером расстроило её. Если так ее станет встречать каждый отландец, то выполнение обязанностей по договору будет под большим вопросом...

Через некоторое время прозвучал последний звонок колокола. Девушка услышала, как захлопали железные двери поезда, видимо, кондукторы их плотно закрывали. Лилиан вспомнила, что на последнем вагоне поезда должны вывесить красные флаги, вспыхнуть красные сигнальные фонари — знак, что можно отправляться в путь, и подумала, что посмотрела бы на это. В детстве на вокзале Сент-Эдмундса, когда она провожала тетю Мэри, ее внимание всегда привлекали и те, и другие.

Поезд дернулся, синхронно с ним вздрогнули женщины, и грузно двинулся в путь. Мимо стали проплывать взволнованные лица провожающих, уставшие — носильщиков, взбудораженные — мальчишек-разносчиков, многие из которых бежали рядом с поездом и все еще размахивали газетами.

«Надеюсь, ты знаешь, что делаешь», — вздохнула девушка, обращаясь сама к себе.

Перед мысленным взором совершенно неожиданно возникло мужественное лицо с чеканными чертами и бирюзовыми глазами. Некоторое время Лилиан внимательно и пристально его разглядывала.

«Вскоре мы будем на месте, и я выкину из головы все эти романтичные бредни. И буду