Изгой рода Орловых: Барон 2 - Данил Коган

продемонстрировав свидетелю и Жене приобретённые мной у Юргена револьверы. — Они совершенно одинаковые. Стандартная модель. Вы сможете выбрать свой экземпляр первым.

— Заряжены? — свидетель взял один из револьверов из коробки.

— Конечно нет! Вот запечатанная коробка патронов. Барабан будем снаряжать из неё. Вы же всё фиксируете?

Свидетель пожал плечами и коротко кивнул.

— Тогда вам и вскрывать, — резюмировал я. — Хочу, чтобы всё было максимально прозрачно.

Он снова кивнул и вскрыл упаковку. Я взял свой револьвер, извлёк патрон из коробки и вставил в барабан. Защёлкнул его и крутанул барабан о рукав.

— Барабан с каморами закрытого типа, где именно находится в нём патрон, не видно, — заявил я, продемонстрировав оружие свидетелям. — Заряжаем один патрон. Свидетель прокручивает барабан, затем меняемся револьверами, чтобы даже самый внимательный физик не уследил, где заряд. Далее… — я вскинул руку, предупреждая попытку покрасневшего от гнева свидетеля заговорить.

Одновременно я извлёк патрон обратно и защёлкнул пустой барабан. Патрон поставил на коробку.

Краем глаза я увидел, что Истомина тоже побагровела и весьма зло на меня смотрит. А я что? Я всё продумал! Наверное. Если нас сейчас смотрит Вика, надеюсь, она тоже охренела.

— Каждый поединщик делает так, — я приставил револьвер к своему виску и нажал курок.

Раздался сухой щелчок, Истомина моргнула, свидетель Соколова вздрогнул. Евгений хмурился. Кажется, он ещё не сообразил, к чему идёт дело.

— Если выстрела не последовало, так же поступает второй поединщик, — я снова щёлкнул курком у виска, чтобы ни у кого сомнений не осталось в том, как именно. — И так, пока кто-нибудь не разнесёт себе череп. Допускается один раз самостоятельно прокрутить барабан перед своим выстрелом. Поединок считается законченным после смерти одной из сторон. Эти патроны не оставят шансов на выживание. Ты хотел честного поединка, Евгений? Это он и есть. Самый наичестнейший, как по мне. Магия, навыки — ничего не имеет значения. Только слепая удача. Также важно, что руки никого из нас не будут обагрены кровью другого.

— Это какая-то чушь! — взорвался наконец свидетель Соколова. — Мы немедленно уходим! Вам надо у мозговеда провериться, Орлов! Это возмутительная профанация! Евгений, идёмте. Если господин Орлов захочет настоящего поединка, он нам сообщит!

Я, не обращая внимания на истерику свидетеля, смотрел Соколову прямо в глаза. Он, не моргая, смотрел на меня. Мы мерились взглядами под вопли свидетеля секунд двадцать, после чего Евгений чётко произнёс:

— Замолчи, Николай. Не тебе решать, состоится поединок или нет. Твоё дело — зафиксировать результат, — тот попытался что-то возразить, но Евгений с нажимом повторил, — Замолчи! Нам предложили весьма честные условия. Орлов и как физик, и как стихийник сильнее меня. Такой способ действительно уравнивает шансы. А в свою удачу я верю. Играем, Алексей. Какую бы игру ты ни задумал. Николай, заряжай.

У Евгения даже плечи распрямились, а на лице снова заиграла его самоуверенная ухмылка. Его свидетель, наоборот, красный как варёная свекла, дрожащими пальцами начал совать патрон в барабан. Истомина провела ладонью по горлу, показывая, что меня ждёт, если выживу. Но зарядила она свой револьвер более уверенно. Она, кажется, поняла мой основной замысел. Точно не одобрила, но поняла. Умная женщина. И меня знает уже неплохо, как и о моих козырях в рукаве.

Свидетели крутанули барабаны.

Щёлк. Щёлк. Щёлк.

Обменялись оружием.

Каждый протянул револьвер своему поединщику.

— Я начну, пожалуй, — сказал я и, не давая себе задуматься, быстро поднёс револьвер к голове и нажал на спусковой крючок.

Щёлк! Барабан прокрутился.

У Марии дёрнулся глаз. Николай дёрнулся сам и выпустил воздух сквозь сжатые зубы. Мне поступил входящий вызов.

Евгений посмотрел на револьвер в своей руке. Затем также решительно поднёс, но не к виску, а снизу к подбородку.

Щёлк. Прокрутка. Нервный тик свидетелей. Нет, его пуля ещё в барабане.

Я принял звонок, одновременно поднеся ствол к виску.

Щёлк!

— Ты что творишь, придурок! — Вика орала как базарная торговка. Такой я её давно не видел.

Евгений посмотрел в ствол, будто пытаясь увидеть в чёрном зрачке свою судьбу.

— Исполняю твоё требование, Викки. Смертельный поединок. Один из нас точно трупом станет, — мои ответы генерировались в ВР, и никто, кроме Вики, их не слышал.

Евгений снова упёр ствол в шею.

Щёлк! Прокрутка.

По лбу Николая катились крупные капли пота.

— Ты совсем охренел там!

— Нет, это ты охренела, сестричка! Конкретно так перепутала берега! А меня спутала с наёмным убийцей! Убить его? Без объяснения причин? Ты точно крепко попутала! Но я тебе должен. А вот как именно отдавать долг, я уж сам решу. Прости, моя очередь.

Я немного жульничал. Сейчас я не умру, я это знал. Но Вика — нет.

Ствол к виску.

Мария, плотно сжав губы, машинально прижала руки к груди. Николай и Евгений смотрели на меня.

— Да остановись ты уже, козёл! — У Вики началась натуральная истерика. — Пусть эта мразь живёт, так и быть! Но ты мне больше не брат!

Связь она не прервала, я ведь всё ещё держал револьвер.

— Что он сделал? За что ты его приговорила, а?

— Что сделал? Что сделал? Трахнул меня, обещая отношения, что я единственная и неповторимая, а сам объявил о помолвке! Да ещё и с дружками на меня спорил! Поступил со мной как со шлюхой, ясно тебе? Надо мной уже весь род смеётся!

Интересно. Откуда они узнали? Вике, кажется, это в голову не пришло. Хотя что здесь думать. Соколов гад всё и растрепал, логично? Логично.

— Евгений, — я медлю, чтобы не наступила его очередь. — Ты спал с моей сестрой и объявил о помолвке? Серьёзно? Это ты называешь: «я не знаю, в чём провинился»?

Евгений моргнул, мотнул головой. Вид у него был довольно ошалевший.

— Какая помолвка? Ты о чём вообще? Я ни с кем не помолвлен.

— Да, Вика. Ты о чём?

— Да вот о чём! — она швырнула в меня ссылкой. Кай сразу же подхватил и выдал краткую справку.

— Некая Ирина Витальевна Лебедева. Официальная помолвка от имени рода, кстати, — сказал я Евгению.

— Эта помолвка расторгнута полгода назад! У меня нет сейчас никаких обязательств. Что за бред? У нас на странице рода не может быть этого объявления.

«Это не страница рода Соколовых, мастер, — влез в нашу беседу с Викой Кай. — Довольно искусно сделано. И объявление настоящее. Но это прямая ссылка на архив».

Вика тоже его слышала.

— Уточню! — кивнул Евгению. — Ты спорил с кем-то на то, что сможешь соблазнить мою сестру?

— Конечно нет! Это было бы подлостью.