Город богов и монстров - Кайла Эдвардс

Они вошли в вестибюль, где Лорен набрала код доступа к лифту и приложила ладонь к сканеру. Раздался звуковой сигнал, раздвинулись хромированные двери, и Лорен вошла в лифт, думая, сколько грязи Таэга выльет на нее, если узнает, что она привела в их квартиру мракоумертвителя.

9

Дарьен ждал в гостиной, пока Лорен укладывала вещи, которые сочла необходимым взять с собой на время пребывания в Адских Вратах.

Он был вынужден признать, что раскаивается в своих выводах на ее счет, но пока вышагивал из угла в угол в просторной гостиной с безукоризненно чистыми полами из дерева и вычурной мебелью, придающей комнате вид выставочного образца, а не места, где в самом деле живут, ощутил, как в нем вновь закипает враждебность.

Там, в машине, он совсем забыл, что она сирота. В его долбаном прошлом бывали случаи, когда собственные поступки вызывали у него сомнения в том, что у него все в порядке с головой; он никогда не медлил словесно разделаться с тем, кому при раздаче достались лучшие карты. Но приходилось признать, что обойтись подобным образом с девчонкой вроде Лорен – так низко он еще никогда не падал. Вину за это он приписывал тому, что перегрелся, слишком долго просидев в машине на солнцепеке, – да и этот расфуфыренный район выводил его из себя с самого детства, когда еще была жива его мать. Здешние жители были богаты настолько, что срали золотом и подтирались пачками купюр.

Не то чтобы у него самого не было денег – они были, и предостаточно. Столько, что порой он не знал, куда их девать. Но за все это, за все, что он имел, было заплачено кровавыми майнетами. Заплачено жизнью, которой он не гордился. А тем временем чванливая пара, удочерившая Лорен, наверняка каждый день отправлялась на работу с девяти до пяти в какой-нибудь шикарный офис, одетая в шикарные костюмы, на шикарных машинах, и возвращалась домой еще до захода солнца, получив за это больше денег, чем он получал за ночь, перерезая глотки и расплачиваясь за это собственной душой. После всего дерьма, через которое он прошел, он удивился бы, узнав, что от его души осталась хоть малая толика.

Он провел рукой по волосам, зачесывая их назад и пачкая кольца средством для укладки, которое нанес сегодня утром, после долгой и утомительной ночи.

В щель под закрытой дверью комнаты Лорен была видна ее мелькающая тень – она все еще собирала вещи.

Дарьен подошел к приставному столику в коридоре, ведущем к ее комнате. Бегло оглядывая коллекцию фото в рамочках, расставленных на столе, он вдруг зацепился взглядом за рыжевато-золотистую голову на одном из них. И взял снимок, чтобы рассмотреть получше.

Дверь комнаты Лорен распахнулась, и она вышла с сумкой через плечо, неся в руке небольшой чемодан. Вместо красного свитера в обтяжку и узких джинсов, оставляющих мало простора воображению, теперь она была одета в синюю толстовку с капюшоном, которая была велика ей размера на два, черные легинсы и белые кроссовки. Несмотря на контраст с прежней одеждой, она все-таки умудрилась заставить его по-идиотски вытаращиться на нее.

– Ну, что? – требовательно выпалила она.

Он показал ей снимок, который все еще держал в руке.

– Ты не говорила, что твой опекун – Таэга Брайт.

– Думала, это неважно. – Она плотно закрыла за собой дверь комнаты.

– Как так получилось, что командир Ангелтинского флота воспитывала человеческую девчонку?

– Вообще-то не по собственному выбору. В сущности, от самой Таэги мало что зависело. Решение взять меня в семью принял ее муж.

Дарьен вскинул бровь.

– Надо же. То есть главнокомандующий Воздушным Флотом этой страны решил вырастить сироту человеческой расы.

В свое отсутствие командование Воздушным Флотом города генерал передавал Таэге, но она все равно отчитывалась перед ним.

– Похоже на то, – пожала плечами Лорен. – Девятнадцать лет назад один жрец Алой Звезды нашел на ступенях храма младенца, завернутого в одеяло, при котором нашлось только… вот это.

Она вытащила из-под толстовки амулет в виде солнца – Алую Звезду с выгравированным лицом и восемью лучами, каждый из которых символизировал всем известных богов и богинь. Калиго, Темпус, Окапи, Игнис, Мортем, Вита, Сапиенция и Сильван. Религиозный символ, который носил на шее Дарьен, представлял одну из разновидностей принадлежащего Лорен, хотя был стилизован под древний артефакт, получивший название «Восьмиликого божества».

Лорен продолжала:

– Жрец предложил младенца генералу, и поскольку Рорк был религиозным фанатиком, он воспринял это как знамение от высших сил и объявил себя моим законным опекуном.

– Не знал, что он способен на такое. – Дарьен задумался, не из-за Таэги ли Лорен не получила их фамилию. Он помнил, что она назвалась «Калла» – как цветок. Нежный или очень слабый – в зависимости от того, кто его оценивает. Судя по тому, что он слышал о Таэге, скорее всего, та имела в виду второе. – И он играл большую роль в твоей жизни с тех пор?

– Не больше, чем Таэга.

Печаль промелькнула в ее глазах так быстро, что ему, возможно, просто показалось. Пожалуй, не стоило задавать такие вопросы после ее вспышки негодования в машине. Помолчав немного, Лорен добавила:

– Но я знаю, что свою родную дочь Даллас он любит. Просто нечасто показывает это.

Дарьен поставил снимок на место и направился к входной двери. Лорен последовала за ним и, обходя белый модульный диван, задела его чемоданом.

– А свою историю расскажешь? – спросила она, поскрипывая кроссовками.

– Мою историю, – задумчиво отозвался Дарьен, распахивая дверь, – в следующий раз.

* * *

Даже в самых смелых мечтах Лорен и представить не могла, что Адские Врата находятся в западной части Ангелтина, за краснокирпичными стенами богатого района в самом сердце округа Виктория-Регия.

Лорен смотрела, как мимо окон проносятся особняки, каждый из которых мог бы составить достойную конкуренцию пентхаусу ее приемных родителей. И если бы ее привез сюда не Дарьен Кассель собственной персоной, она могла бы отвесить ему подзатыльник за то, что он так грубо отозвался о роскошном районе, где она выросла. Но ее раздражение угасло, как только он свернул на усыпанную гравием подъездную дорожку, ведущую к месту их назначения.

Обширный участок, обнесенный стеной из красного кирпича, был затенен кустами подокарпа и зарослями розового жасмина. Защитная магия уловила приближение Дарьена, и чугунные ворота распахнулись, пропуская машину.

Подъездная дорожка заканчивалась у огромного особняка из красного кирпича со множеством