Королевство проклятое и пустое - Стасия Старк

– Хватит с ними забавляться, – прошипела я.

Лориан бросил на меня быстрый взгляд. В его глазах плескалась стужа.

– Перед тем как убить тебя, они бы сотворили кое-что похуже.

Я потянулась к своей магии. Не обращая внимания на боль, ухватила нить силы. Из носа потекла кровь. Время остановилось. И Лориан тоже. Я шагнула на грязную тропинку и перерезала горло ближайшему ко мне мужчине. И уже оказалась рядом с тем, кто стоял перед Лорианом, когда бег времени возобновился. Но я успела вонзить нож в спину гвардейцу.

Уставившись диким взглядом, Лориан сжал мое запястье и потянул меня за собой. Гвардеец застонал.

– Глупый, безрассудный поступок! – прорычал Лориан.

– Сказала ходячая подушечка для булавок, которая вовсю обезглавливает людей.

– А если бы я тебя не заметил и махнул мечом? Я мог тебе башку снести!

Слова Лориана я пропустила мимо ушей – уже видела его молниеносную реакцию.

– Если ты намерен его допросить, то лучше поторопись.

– Мы с тобой еще не закончили.

Я лишь вздохнула и указала на мужчину, который уже рухнул на колени. Когда Лориан подошел ближе, гвардеец побледнел.

– Как ты узнал, где мы?

– Пошел ты.

Лориан взглянул на меня:

– Лучше отвернись, кошечка.

Я покачала головой. Если уж я соучастник расправы, то не стоит трусливо отводить глаза. Лориан стиснул челюсти, переключив внимание на гвардейца.

– Я могу убить тебя быстро. Или растянуть твои мучения.

– Не знаю. Я просто выполнял приказы, – выплюнул гвардеец, лицо которого стало уже пепельно-серым.

Он взглянул в мою сторону, словно прося о милосердии, и у меня перехватило дыхание.

– Не смотри на нее, – бросил Лориан. – На меня смотри.

Гвардеец и ухом не повел. Выражение его лица стало жестче.

– Ты будешь страдать, – заявил он мне. – У короля Сабиума на твой счет большие планы.

Внутри поднялась ярость. Лориан взмахнул мечом, и на этот раз я отвела взгляд.

– Нужно идти дальше, – бесцветным голосом проговорила я, когда все закончилось.

– Мы это еще обсудим, – мрачно пообещал Лориан. Конечно, он не имел в виду слова стражника. Просто все еще злился из-за моего вмешательства.

В конце концов, я ведь сумела его заморозить, даже несмотря на всю магию фейри.

Я уперла руки в бока:

– Где моя лошадь? Нужно убираться отсюда.

Меня по-настоящему начинали утомлять мужчины, которые ловят стрелы вместо меня.

Особенно когда они отказывались прислушиваться к здравому смыслу.

– Ты ведешь себя нелепо, – прошипела я.

Лориан кивнул на мазь из папоротника:

– Дай сюда.

– Я сама справлюсь, – огрызнулась я.

Он протянул руку.

Этот упрямый, неразумный мужчина так и не позволил мне вытащить стрелы из его тела. Под его пристальным взглядом я вскипятила воду и промыла свою рану на руке. Я молча стискивала зубы от боли, Лориан же выглядел так, словно я поворачивала нож в его собственных ранах. Его лицо было мрачнее тучи.

Тем временем от запаха его крови меня начинало тошнить.

– А если из-за своего упрямства ты истечешь кровью?

Холодно взглянув на меня, он взял мазь.

– Чтобы убить меня, потребуется нечто большее, чем несколько стрел.

– Что именно? – спросила я, против воли испытывая любопытство.

– Зная твой злобный нрав, я лучше умолчу об этом, кошечка. – Он изогнул губы. Неприятно признавать, но зрелище мне очень понравилось.

Действуя до боли нежно, Лориан нанес мазь мне на рану.

– Ничего подобного больше не делай, – заявил он, и на его скулах заходили желваки.

Я не слушала его, растворившись в запахе папоротника, и вспоминала, как в прошлый раз пользовалась этой мазью – когда только решила путешествовать с наемниками. В ту ночь Райтос настоял на том, чтобы приготовить еду для меня.

– Приска, – позвал Лориан.

Но я не шелохнулась.

– Повернись, – попросила я.

Он бросил на меня взгляд, который обещал, что этот разговор мы тоже продолжим, но все же повернулся ко мне спиной.

Я посмотрела на его заостренное ухо. Оно сильно отличалось от моего, однако мне отчего-то хотелось к нему прикоснуться.

Выбросив все дурацкие мысли из головы, я с помощью ножа разрезала его рубашку.

Лориан даже не застонал, когда я сломала древки стрел и протолкнула их ему в спину до самой груди. Дважды перед глазами начинали плясать темные точки, и мне приходилось опускать голову, пытаясь прийти в себя. Но Лориан лишь терпеливо ждал.

– Все будет хорошо, – в конце концов проговорил он, когда я подняла голову во второй раз. – Обещаю.

– Это следовало бы сказать мне, – пробормотала я, возвращаясь к работе.

И всеми силами стараясь не отвлекаться на эти рельефные мышцы и гладкую кожу.

Возможно, разговор нам поможет.

– Если ты не способен использовать магию, то как принял форму фейри?

– Это мой естественный облик. Магия нужна, чтобы накинуть человеческие чары. – Он бросил на меня взгляд через плечо. – Когда я по твоей милости слетел с лошади, то пережил худшие минуты в жизни. Я мог думать лишь о том, что ты одна, ранена и на время лишена магии.

Я подняла взгляд от раны, которую промывала:

– Лориан… – Но он уставился в пламя. И теперь уже во мне вскипел гнев: – Почему ты не перебил их всех, когда только заметил, что нас преследуют? Я видела, как ты расправлялся со стражниками у городских ворот. Зачем нужно было доводить до такого?

– Да, я силен, но не настолько, как тебе кажется. В тот миг, когда магия резко вернулась ко мне, просто произошел всплеск. К тому же одного нужно было взять живым.

И все же он сам прикончил гвардейца, отказавшись от пыток, чтобы вырвать из него информацию. Может, потому что я была рядом?

– Но ты мог убить хотя бы часть из них.

Он взглянул на меня, и на этот раз в его глазах зажегся хищный огонек:

– И ты бы приняла это, кошечка?

– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась я.

– Ты едва начала вновь подпускать меня к себе. Прости, но мне не хочется, чтобы ты опять смотрела на меня как на чудовище.

– Ты о том, что случилось у ворот?

Лориан сжал пальцами мой подбородок. Он находился так близко, что я видела серебряные искорки в его глазах. Тело тут же инстинктивно потянулось к нему, в животе словно затрепетали бабочки.

– Обо всем. Что было бы, узнай ты, что я фейри, еще в замке, дикая кошечка? Тебя воспитывали в страхе и ненависти перед моим народом. И хотя все, чему вас учили, оказалось ложью, ты все еще цеплялась за остатки этих суеверий. И никогда не доверила бы мне смесков, попытавшись освободить их в одиночку. Но ты не справилась бы без моей