Боярский сын. Дружинник. Часть 3 - Алексей Владимирович Калинин

Лицо пленника представляло собой живописное полотно в стиле абстрактного экспрессионизма. Кровоточащая отбивная, где глаза заплыли, нос стал лиловой сливой, а губы превратились в бесформенное месиво.

— Развлекаетесь, ребятки? — спросил я, подходя ближе и оглядывая кровавую инсталляцию.

— Стараемся, Ваша Милость, — ответил Степан, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. — Работаем.

— Для тебя стараемся, Еля, — подал голос Яромир, невинно улыбаясь. — Пытаемся узнать, кто посмел на Ярославских руку поднять.

— Ну и как успехи? — я скрестил руки на груди, переводя взгляд с одного «дознавателя» на другого.

Степан сплюнул на бетонный пол:

— Нем как рыба об лед, командир. Упертый попался, падла.

Илья Воронцов только потупился, щелкнув ножом.

— То есть вообще ничего? Ни звука? — уточнил я.

— Только посылает по матери. Витиевато посылает, аж заслушаешься, — ответил Степан.

— Ну что же, — я усмехнулся, залезая во внутренний карман куртки. — Тогда придержите-ка ему голову, чтобы он не выплюнул угощение.

Я достал пробирку с желтовато-серой дрянью.

Степан тут же шагнул вперед. Его лапища легла на макушку пленника, безжалостно задрала вверх. Наемник замычал, попытался дернуться, но Илья Воронцов железной хваткой вцепился ему в челюсть, сдавив так, что суставы хрустнули.

Пленник увидел пробирку заплывшими глазами. Он сразу почувствовал, что тут что-то не так, что это не просто вода. Он замычал, замотал головой, пытаясь вырваться. Куда там! Крепкие руки моих слуг держали его башку, как в стальных тисках.

Я подошел вплотную, вытащил пробку и хладнокровно вылил содержимое в раскрытый рот.

Даже сквозь стиснутые зубы желтоватая жидкость просочилась внутрь. Пленник закашлялся, попытался сплюнуть алхимическую отраву. Но Степан, недолго думая, легонько ударил его ребром ладони по кадыку. Рефлексы сработали безотказно: наемник судорожно сглотнул, и зелье отправилось прямиком в желудок.

— Ваша Милость, — Степан отпустил голову пленника и вытер руки о штаны. — Я вам, конечно, безгранично доверяю. Но дозвольте поинтересоваться, что за отраву вы влили в этого мужичка? А то вдруг он сейчас копыта откинет, а мы так ничего и не узнали. Если что, то где его закапывать, чтобы не вонял?

Я покачал головой и убрал пустую тару.

— Это не отрава, Стёпа. Это аналог сыворотки правды. Только посильнее будет, сварена по старым рецептам с новыми возможностями.

Пленник, услышав мои слова, задергался на стуле с удвоенной силой, гремя наручниками.

— Чем сильнее ты дергаешься, придурок, тем быстрее кровь разгоняет состав по организму, — ласково сообщил я ему. — Совсем скоро твои мозги поплывут, воля отключится, и ты будешь рассказывать нам всё. Начиная от того, как ты в детском саду девочкам под юбки заглядывал и заканчивая теми уродами, кто тебя послал.

Наемник попытался что-то промычать, выплюнул кровавую слюну, но я лишь отмахнулся.

— Отпустите его, ребята, — приказал я. — Пусть посидит минутку, промаринуется.

Степан и Илья отошли на пару шагов. Я пододвинул колченогий табурет, стоявший у стены, и уселся напротив пленника.

Яромир, наблюдавший за этой сценой с неподдельным интересом, вдруг хохотнул.

— Слушай, Елисей, — протянул брат, облокотившись о ржавую трубу. — А ты не можешь мне пару бутылочек такой жидкости подогнать? А то есть у меня на примете две девицы… Поют, что любят безумно, жить без меня не могут. Но что-то я их искренности особо не доверяю. Капнул бы им в шампанское, и сразу бы всё прояснилось!

Я посмотрел на брата, а ведь он и в самом деле ожидает, что я ему это накапаю! Ну что за человек?

— Яромир, не страдай херней. Это боевая алхимия, а не игрушка для твоих любовных похождений. Оставь глупости на потом!

Я перевел взгляд на наемника. Его зрячий глаз начал стекленеть. Зрачок расширился, дыхание стало частым и поверхностным. Зелье заработало. Энергия внутри подавлялась химией, которая ломала всевозможные барьеры.

— Сейчас досчитаю до четырех, — произнес я. — И ты мне всё расскажешь. Ты расскажешь: почему это сделали и кто вас послал?

Мужчина сглотнул, дернул кадыком.

— Иди… в жопу… — прошипел он, но голос его дрогнул. — Всё равно… ничего не скажу…

Я улыбнулся и начал загибать пальцы на руке.

— Один.

Наемник зажмурился, его затрясло, как будто к ноге приставили оголённый провод.

— Два.

Пот градом покатился по грязному лицу, смешался с кровью.

— Три.

Он заскулил.

— Четыре. Ну что же, начнем с простого. Как тебя зовут?

Мужчина стиснул остатки зубов. Мышцы на шее напряглись так, что казалось, сейчас порвутся. Он боролся. Боролся с химией и со своим собственным разумом. Но против старой школы ведарей еще никто не выстаивал.

Сквозь сжатые челюсти со свистом вырвалось:

— Николай…

— Ну вот, видишь, Коля, это совсем не больно, — я кивнул. Мои люди за спиной переглянулись. — Как твоя фамилия, Николай?

— Васильев, — безжизненным голосом ответил мужчина.

Его голова упала на грудь, но я подцепил его подбородок пальцем и заставил смотреть на меня.

— Кто вас послал, Николай?

Его глаза заметались по орбитам. Он снова попытался стиснуть зубы, мыча от внутреннего напряжения, но сыворотка делала свое дело.

— На… начальник… — прошипел он, пуская кровавые пузыри.

— Хорошо. Если есть начальник, значит, есть и подчиненные. Каков масштаб вашей операции? Сколько вас в Москве?

Николай замотал головой, словно отгоняя назойливую муху.

— Не скажу… нельзя… кодекс…

— Сколько вас? — я выпустил немного яри.

— Две… две сотни… — сдался он, выдыхая.

Я услышал, как Яромир за спиной выругался сквозь зубы.

Две сотни! Ядрёна медь!

Это полноценная, хорошо вооруженная частная компания, скрывающаяся под носом у Императора и ИСБ!

— Две сотни из клана «Ночных Хищников»? — уточнил я, показывая на татуировку.

— Да… — эхом отозвался Николай. — Две сотни. Мы на разных постах… готовы прийти по зову начальника в любой момент… ждем приказа.

— Где находится ваша база? Откуда вы координируетесь?

Он снова ударился затылком о спинку металлического стула. Степан тут же оказался рядом, схватил его за волосы и рванул назад, зафиксировал голову.

— Не дергайся, гнида, — пробасил Борозда. — Отвечай, когда Ваша Милость спрашивает.

Я повторил вопрос, глядя в стекленеющие глаза:

— Где ваша база?

— Мы… мы находимся на улице Строителей… — прохрипел наемник, слова давались ему с огромным трудом. — Промышленная зона… ангары старого завода. Мы работаем под прикрытием. Мы строительная бригада… «МосГорСтрой».

Строительная бригада. Идеально. Куча крепких мужиков, техника, закрытая территория, постоянный шум и грузовики. Никто и внимания на них не обратит. Всё на виду и всё незаметно. Всё гениально — просто.

— Ну и самое главное, Николай, — я подался вперед, чувствуя, как внутри натягивается струна предчувствия чего-то очень плохого. — Кто ваш начальник? Кто отдал приказ убить меня? Имя!

Николай задергался. Его