#Активация - Кабир Ким

— Приняла, — коротко отозвалась Диана.

Дизель 'Хамви' взревел оглушительно в мертвой тишине поселка. Я вдавил педаль в пол, вылетая с подъездной дорожки. Сердце ухнуло куда-то в район армейских ботинок. Сейчас или никогда. Я видел, как несколько фигур внизу на улице замерли, поворачивая головы на звук. Они услышали. Но они не видели. Густая листва деревьев, высаженных вдоль дороги, создавала идеальное прикрытие.

Они не понимают, где источник шума.

Машина, подпрыгивая на идеальном газоне какого-то бедолаги, забралась на пологий склон холма. Я заглушил мотор за группой раскидистых сосен. Идеально. Отсюда дом, в котором засели мои, был виден полностью, как и улица перед ним. А вот меня с дороги разглядеть было почти нереально. Они будут штурмовать коттедж, думая, что мы все внутри. И тут в их бок ударит старина 'Браунинг'.

Я перелез через водительское сиденье и втиснулся на место стрелка. Руки сами легли на рукоятки пулемета. Холодная, рифленая сталь. Я провел пальцами по ленте, уходящей в короб. Патроны. Сколько их там? Я попытался прикинуть на глаз. Двадцать? Тридцать? Мысль ускользала, рассыпалась. Мозг отказывался считать. Проклятый Импульс. Он оставил мне все навыки, всю память, но отнял эту простую, базовую способность. Я не мог сосчитать патроны в магазине, не мог запомнить, сколько врагов видел пять минут назад. Приходилось полагаться на интуицию, на вес, на ощущения.

— В коробе еще есть, — пробормотал я сам себе, дернув затвор раз и другой. Именно так заряжают этот пулемет. — На первый танец хватит.

— Александр, они разделились, — раздался в наушнике голос Максима, искаженный помехами. — Джинн говорит, четверо обходят дом сзади. Четверо остаются спереди. Линда с передней группой. Она смотрит в нашу сторону.

Значит, дрон уже в воздухе. Хорошо.

Я прильнул к прицелу. Вот они. Четыре фигурки у соседнего дома. Линда указывает рукой на окна второго этажа. На то самое окно, где сейчас Диана.

— Диана, тебя видят. Смени позицию, уйди вглубь комнаты. Огонь не открывать до моей команды, — скомандовал я, чувствуя, как по спине потек холодный пот.

— Я готова, — её голос был спокоен, как гладь озера перед бурей. Я представил, как она устраивается у окна, прижимая к плечу приклад карабина. Того самого 'Хека', который мы отняли у людей Линды в прошлой стычке. Ирония. Или просто круговорот оружия в природе. Она была отличным стрелком, почти снайпером. И сейчас её выдержка была ценнее золота.

— Джинн, докладывай о любых передвижениях задней группы. Макс, будь наготове.

— Всегда готов, — отозвался он.

Я снова посмотрел на ленту. Сколько же их там? Двадцать три? Нет, двадцать… не важно. Главное, чтобы хватило на первую очередь. Главное, чтобы они подошли поближе, поверив в свою безнаказанность. Мы были готовы.

***

Я вцепился в рукоятки 'Браунинга', чувствуя, как холодный металл впитывает тепло ладоней. В оптике улица была как на ладони — пустая, обманчиво мирная. Но я знал, что за каждым кустом, за каждым идеально подстриженным газоном прячется смерть. Они ждали. И я ждал. Это была игра в гляделки, и проигравший получал пулю.

— Александр, они что-то затевают, — голос Максима в наушнике был натянут, как струна. — Джинн фиксирует изменение их позиций. Они не слушают Линду.

— Подробнее, — прорычал я, не отрываясь от прицела.

— Линда предлагала им обойти дом через сад и атаковать с двух сторон одновременно. Но их лидер, тот высокий в тактическом жилете, отверг её план. Он просто махнул рукой, и четверо, что были сзади, начали движение к главному входу. Они собираются ломиться в лоб, — сообщил Максим. В его голосе смешались удивление и страх.

Идиоты. Или просто слишком самоуверенные ублюдки. Линда, при всей моей ненависти к ней, была стратегом. Она бы так тупо не полезла. А эти… эти были просто сворой бешеных псов, которых спустили с поводка. И Линда бежала рядом, пытаясь направить их ярость в нужное ей русло. Она просто примазалась к силе, не имея над ней реального контроля. Это делало ситуацию еще более непредсказуемой.

Четыре фигуры выскользнули из-за соседского дома. Они не крались. Они шли почти в полный рост, перебегая от одного декоративного клена к другому. В их движениях была развязная уверенность тех, кто привык, что все разбегаются при их появлении. Оружие наперевес, стволы смотрят в сторону нашего коттеджа. Они явно считали, что мы заперты внутри, как крысы в банке.

— Диана, видишь их? — спросил я в рацию.

— Четко. Двое справа, двое левее. Тот, что в жилете, похоже, главный. Раздает команды жестами, — её голос был ровным, без тени волнения. Профессионал.

Я перевел прицел. Вот он, их вожак. Высокий, широкоплечий. На жилете болтались подсумки, на бедре — кобура. Он что-то рявкнул своим людям, и они рассыпались, готовясь к последнему рывку через открытое пространство перед домом.

— Они сейчас побегут, — констатировал я. — Диана, твоя цель — вожак. Сними его, как только он высунется. Я беру остальных. Макс, сиди тихо. Джинн, доклад о второй группе.

— Вторая группа остается на месте, наблюдает, — отозвался синтетический голос. — Вероятность их присоединения к атаке в случае ожесточенного сопротивления — 87%. Линда Ченн сместилась за угол дома, вне прямой видимости.

Эта сука всегда найдет, куда спрятаться.

— Диана, готовность, — мой палец лег на гашетку.

— Готова.

И тут они рванули. Без криков, без пальбы. Просто молчаливый, быстрый бросок через идеально подстриженный газон. И в этот момент тишину разорвал сухой, хлесткий щелчок винтовки Дианы. 'Хек' в ее руках работал как скальпель хирурга. Вожак, не добежав и половины пути, дернулся, словно наткнулся на невидимую стену, и мешком рухнул на траву. Готов.

Остальные трое на мгновение замерли в замешательстве. Этого мгновения мне было достаточно. Я нажал на гашетку.

Мир взорвался ревом. Старина 'Браунинг' забился в моих руках, как огромное, злое животное. Крупнокалиберные пули с треском рвали воздух. Я дал короткую, злую очередь, ведя огонь слева направо. Один из нападавших просто разлетелся на куски, его тело подбросило и перевернуло в воздухе. Второго срезало на уровне пояса. Третий успел добежать до крыльца и рухнул, размазывая кровь по белым ступеням.

Тишина, обрушившаяся после, давила на уши еще сильнее, чем грохот пулемета.

Черт.

Я посмотрел на ленту. Она заметно похудела. Сколько там осталось? Десять? Пятнадцать? Мысль снова ускользнула. Ненавижу это.

— Алекс, ты как? — голос Максима был полон тревоги.