Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

должен быть в одиночку, чтобы никто не сомневался. А кроме того, на всякий случай, с Ванькой поехали сопровождающие. Трое. Официально, они должны подвиг запротоколировать. Ну, а неофициально …

- Понятно, – буркнула я, – Сторожа. Чтоб не сбежал ненароком. Ох, Ваня-Ванечка, где же тебя, милого, нелёгкая носит?..

* * *

- Не по плану!.. – задумчиво констатировало Нечто, когда в зайца из сундука вонзилась стрела.

Сколько раз подобное было, и каждый раз зайца кто-то догонял. С кем успевал богатырь подружиться. То волк, то иной зверь. А то и вовсе – другой заяц.

Заяц из сундука предсказуемо лопнул, и ввысь взмыла утка. Вжик! Вторая стрела сразила её на взлёте. Утка лопнула мелкими брызгами и яйцо, содержащее Нечто, упало в море. Ну?.. Ещё чуть-чуть!..

Ванька бросился в море не раздумывая. В несколько гребков настиг место, куда упало яйцо, и нырнул. А, когда вынырнул, победно вскинул руку с зажатой добычей. Нечто приготовилось. Сейчас богатырь доплывёт до берега и разобьёт яйцо. И тогда …

Ванька вышел на берег, разделся и стал выжимать мокрую одежду. Выжимал качественно, с богатырской силой. Так, что одежда становилась сразу сухой. Потом опять оделся, взял яйцо в руки и задумчиво посмотрел на него.

- Один раз с сукубкой я попал впросак! – пробормотал он, – Теперь буду умнее. Поеду-ка я посоветуюсь с одной умной ведьмой!

И принялся заворачивать яйцо в носовой платочек.

Если бы Нечто могло, оно бы взвыло. Как?! Попасться так … нелепо? «Умная ведьма», это конечно, Васька! А она догадается! Она, однозначно, догадается! И тогда … вечный плен?! Не на год, не на два, не на тысячу … ВЕЧНО! И Васька, наверняка, придумает, куда поместить яйцо, чтобы его никто не мог ни разбить, ни похитить … Да что там думать? Есть такое место! То самое, где теперь валяются окаменелые черепки и растёртые в песок дубли Кащея. До этого места никому никогда не добраться. Ва-у-у-у-у!!!

* * *

- Мы в тупике! – сообщила я.

- Почему? – удивилась Алина.

- Потому что! Смотри: мы в месте силы. Так? Так. Иначе мне колдовской маны не хватит. Мы знаем, что ваше морское Чудо-Юдо … не смотри на меня так! Ладно, ваше морское божество, перед тем, как дать русалкам другую сущность, погружает их в сон. Так? Так. А теперь я открою тебе тайну. Если в месте силы попытаться проснуться, попадёшь во внешний мир. А Кащей мне признался, что если действовать наоборот, то есть, попытаться заснуть, то попадёшь неизвестно куда! И это может быть вообще жуткое место! Жуткий мир! Значит, засыпать тебе нельзя. И, как же быть? Тупик!

- Это значит, – мгновенно поняла Алина, – Что морской бог достаточно силён в магии, и не пользуется местами силы. А ты не достигла нужного уровня. Васька! Я буду ждать! Я буду ждать, когда ты достигнешь! И тогда …

- Не «тогда», а сейчас! – проворчала я, – Пока ты нервничала, умная Васька решила проблему! Мы будем колдовать прямо сейчас!

- А как же … нельзя заснуть?

- Ты и не будешь засыпать. В смысле, ТЫ не будешь погружать СЕБЯ в сон. Это я накину на тебя заклятье сна. Не волнуйся, я умею! Сколько на охранниках тренировалась!

- А если я … того?.. туда?..

- Не должно! Сам процесс сна разный. Когда сон наколдовывают, это не столько сон, сколько наваждение, морок. Хотя похоже. Ну, а если ты всё же «туда», то тоже не волнуйся, вытащим! Я сразу за тобой!

- Ой, Васька! У меня мурашки по чешуе!

- Где мурашки?!!

- Да шучу я, шучу! От нервов, наверное.

- А-а-а … Тогда готовься.

- Ой, мамочки! Ой, мамочки! Ой, мамочки!

- Понятно. Будем считать, что готова! И-и-и …

* * *

Змея Гарафена, мать всех змей, нервничала. Происходило непонятное. Качалась туда-сюда, словно маятник, сила. И Гарафена чувствовала это всем своим девятиметровым телом. Обычно, гадюки не превышают метра. Да, что там, метра! Они не дорастают и до восьмидесяти сантиметров. И живут не больше пятнадцати лет. Редко до двадцати. Но, Гарафена, которая жила не первое тысячелетие, конечно, не могла вместить себя в столь малый размер. По чешуйке, по чешуйке, она достигла девяти метров длины. Сейчас она приподняла своё массивное тело и высунула голову из кустов. Змеи почти слепы. Они видят не глазами. Они ощущают разницу температур на кончиках своего раздвоенного язычка. И по этой разнице температур судят об окружающем мире. Поэтому, когда Гарафена высунулась, и обнаружила прямо перед собой постороннее существо, она оскалила ядовитые клыки и злобно зашипела. Не для нападения. Кто же нападает на острове Буян? Для того, чтобы прогнать потенциального врага.

* * *

- Ну? – спросила я и пошатнулась. Ноги отказывались держать.

- Откуда я знаю? – огрызнулась русалка, подхватывая меня под мышки, – Ты думаешь, что я сразу почувствую бешенную любовь ко всем мужикам в округе?!

- Дура! Ты вторую … то есть, третью сущность в себе чувствуешь?

- А ты чувствовала в себе волшебницу, пока тебя Ванька не поцеловал?

- Как я могла её почувствовать, если я с детства с двумя сущностями жила? Только не знала этого. Узнала после поцелуя. А ты? Ты же обрела третью сущность только что? Или не обрела?..

- Не знаю! Вроде ничего не изменилось! Давай вернёмся в МУРР и там проведём пробные тесты! Представляешь? Пробные тесты на любовь!

- Ох, не знаю! Мне подзарядиться бы! Положи меня здесь! Я подкоплю магию, и тогда провешу портал назад. А пока – положи меня!

- Фигушки! Земля уже холодная! Садись, если хочешь, на эту корягу, и впитывай, сколько хочешь! Я подожду. А пока буду думать, кого из студентов мне соблазнить в первую очередь. О! Между прочим, мне об этом думать не противно, как раньше! Васька! Кажется, получилось!..

* * *

Ванька бережно поднял с земли завёрнутое в платочек яйцо, шагнул вперёд и отшатнулся. Из кустов, совершенно бесшумно, высунулась громадная змеиная голова. По размерам, не меньше, чем голова Ваньки. Только плоская и треугольной формы. Пасть гадюки широко распахнулась, обнажая двадцатисантиметровые ядовитые зубы, и злобно зашипела. Ванька непроизвольно шагнул назад. И запнулся о торчащую корягу. Нелепо взмахнул руками, и шлёпнулся на землю. Яйцо, зажатое в руке, ударилось о камень. И треснуло. Из трещины хлынул густой, чёрный дым.

Вначале дым взметнулся