Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

Оттуда выбрался субтильный сто пятидесятого уровня тип, одетый в легкую кожаную броню. Гарри не стал его убивать,просто сломал ему ногу, по возможности аккуратно, а потом вырубил ударом в челюсть.

И прыгнул в портал.

"Вы оказались на частной территории, принадлежащей клану "Синих волков". Вам здесь не рады", – сообщила Система, и не соврала.

С этой стороны портала выстроился, наверное, весь списочный состав клана "Синих волков", и Гарри обнаружил, что на него направлена добрая сотня стрел, копий, мечей, топоров и еще какого-то экзотического вида оружия.

Но клан был небольшой и явно начинающий, самый высокий уровень был у лидера, и не превышал трех сотен.

– Привет, ребята, – сказал Гарри. – Я не хочу неприятностей. В смысле, вам. Сами прикиньте, вот вы тут стоите такие красивые, во все лучшее разодетые, готовитесь вторгнуться на мою родную планету и гадаете о судьбе своего разведчика, а тут я. Оно вам надо?

– Чего тебе нужно? – спросил кланлидер, закованный в тяжелую рыцарскую броню. Гарри прикинул, куда надо бить для причинения ему максимального ущерба и наметил для себя шесть уязвимых мест.

Лидер он, кстати, так себе, подумал Гарри. Нормальный бы в первую очередь спросил о судьбе своего человека. Пусть даже ему самому и плевать, но люди-то рядом. Люди-то слушают.

– Мне нужно немного информации, – сказал Гарри. – Что это за мир?

Ему сказали.

– Какое здесь ближайшее подземелье, в котором игроки моего уровня могут прокачиваться соло?

Ему сказали.

– Благодарю за сотрудничество, – сказал он. – И последний вопрос. Где здесь выход?

***

Про подземелье ему, конечно, наврали, но он, учитывая обстоятельства, решил не держать на них зла. Возможно, в такой ситуации он тоже бы наврал.

Но в остальном "Синие волки" оказались достаточно благоразумными ребятами. В смысле, они действительно показали, где выход, и не стали ему препятствовать. Чем и сохранили свой клан в целости и неубитости.

До подземелья было около трех километров, и Гарри преодолел их легкой трусцой. Перед входом в данж он остановился, восстанавливая чуть сбитое дыхание, и заглянул в инвентарь, оценивая свои активы.

Трофейного оружия было полно, на любой вкус и дистанцию и он решил, что сориентируется по ситуации. Трофейной брони тоже хватало. Гарри выбрал лучшую из наиболее легких вариантов, нацепил ее на себя и полез внутрь.

Первые сомнения посетили его, когда из-за ближайшего угла ему навстречу вывернул паук двухсотого уровня и размером с ньюфаундленда. Будучи знаком с логикой построения данжей, Гарри подозревал, что обычные игроки его уровня вряд ли качаются в данжах, где уже на входе их встречает такая скотина.

Паук выстрелил в Гарри паутиной (не попал), а потом прыгнул вперед, пытаясь пронзить его своими передними ногами. Гарри поднырнул под взлетевшего в воздух паука и всадил гарпун в его мягкое подбрюшье.

Система поздравила Гарри с нанесением критического урона, и паук бесславно помер. Гарри решил, что тактика в общих чертах ему понятна и пошел дальше.

Через два часа Гарри Борден вышел из данжа. Тот оказался не таким уж длинным, и состоял всего из одного уровня, в конце которого Гарри пришлось сразиться с паучьей королевой. Прохождение данжа принесло Гарри восемь уровней, а финальная битва – еще два.

Гарри решил, что для начала это неплохо, но можно бы и побыстрей.

Подышав свежим воздухом минут пять, Гарри вернулся в данж и иза-за угла на него снова напрыгнул двухсотуровневый паук. Отреспаунились, радостно констатировал Гарри, пронзая его брюхо гарпуном.

Мобы были тупы, недостаточно подвижны и действовали по одному и тому же алгоритму. Стоило только Гарри разгадать рисунок боя, как они стали для него легкой добычей.

Второе прохождение заняло у него час и сорок восемь минут, но принесло на два уровня меньше.

В третий раз он уложился в час сорок, но апнулся всего на четыре.

В четвертый раз опыт с пауков капать практически перестал, и только финальная схватка принесла ему уровень. Решив, что подземелье себя исчерпало, Гарри двинулся на выход.

Ситуация на выходе изменилась. Раньше тут никого не было, а теперь на плоском камне развалился длинноволосый красавчик с гитарой. Он лениво перебирал струны и мурлыкал себе под нос что-то про ведьмаков и чеканные монеты.

При виде Гарри он встрепенулся, быстро сунул гитару в инвентарь и продемонстрировал Бордену свободные от оружия руки.

– Я бард, – сказал он. – И ничего ценного у меня нет.

– Может, зря ты тогда выбрал эту профессию? – спросил Гарри. – Может, это не твое? Может, на ниве животноводства ты мог бы проявить себя куда лучше?

– Я не плохой бард, если ты об этом. Просто пока еще не особо известный.

– А зовут тебя, случайно, не Лютиком?

– Я Эдельвейс, – сказал бард. – Но лучше просто Эд.

Уровень у Эда был девяносто шестой, выглядел он лет на девятнадцать, и Гарри счел его потенциально безобидным.

– Я – Гарри, – сказал британец, впитавший правила этикета вместе с безвкусной овсянкой, которой принято кормить мальчиков в частных пансионах.

– А откуда ты здесь взялся? Я не видел, как ты подошел.

– Оттуда, – Гарри махнул себе за спину.

– А что ты там делал?

– А что там еще можно делать? – удивился Гарри. – Качался.

– Где тогда твоя группа? – спросил бард.

– Я качался соло, – объяснил Гарри.

– Но это же Подземелье Прыгающих Пауков! – на взгляд Гарри, в этом возгласе было чуть больше экспрессии, чем нужно, но британец списал это на профессиональную деформацию.

– Да, похоже на то.

– Никто не качается соло в Подземелье Прыгающих Пауков.

– Я качаюсь, – сказал Гарри.

– И ты сумел его пройти? В смысле, до конца?

– Четырежды, – сказал Гарри.

– Тебе там, часом, не попадался клубок легендарной паутины?

Гарри сверился с инвентарем, который обогатился большим количеством клубков паутины, жвалами, резцами и крупными кусками хитина.

– Дважды, – сказал Гарри. – Они из королевы выпадают, по-моему.

– Именно так, – подтвердил Эд. – А ты не мог бы продать мне один?

– Держи, – сказал Гарри.

Эд недоверчиво посмотрел на вожделенный предмет, лежащий в протянутой руке британца.

– Но ты даже не спросил, сколько я готов за него заплатить.

– Считай, что это подарок, – сказал Гарри.

– А денег-то у меня все равно нет, –