Фантастика 2026-171 - Игорь Валерьевич Минаков

четверть века научился худо-бедно уживаться с болячками и даже частично купировать их. Традиционная медицина, питание, травы, массаж, тайдзисюань и цигун вместо боевого самбо и рукопашки.

Но ничего, справляюсь, и мало кто знает, что бодрый «дядя Лёша», как зовут меня во дворе, каждое утро напоминает себе несмазанного «Железного Дровосека». Даже тридцативосьмилетняя разведёнка Верочка, навещающая меня пару-тройку раз в неделю, не подозревает о проблемах. Не люблю показывать слабость перед женщинами.

Взбил омлет и поставил на медленный огонь, после чего включил «зомбоящик».

— … совместный проект России, Китая, США, Индии, Евросоюза и Бразилии завершился успехом…

Щёлк — пусть лучше новости, надоела тема Игры.

— … Лукашенко с визитом в Москву. СМИ гадают, кто эта женщина рядом с ним…

Щёлк. Ага, новости спорта, это можно.

Прошёлся по магазинам, навестил Верочку — у неё выходной, а дети в школе, занёс немного продуктов. Ну… отдохнули. После обеда до шести вечера пробыл в военно-патриотическом клубе «Допризывник», где обучал детвору армейским премудростям.

— Дядь Лёш, — подскочил ко мне после занятий рукопашкой двенадцатилетний Ваня, — мне Сашка не верит, что вы из лука в армии научились стрелять!

Мордастенький Сашка мотает головой…

— Неа, в училищах такому не обучают, да и в погранвойсках тоже — вы же не спецназ!

— Не обучают, — согласился я, — но факультативно можно и не то найти.

— А что такое «факультативно»? — перебила меня «греющая уши» Леночка.

— Это значит — «По желанию». У меня желание было, а в погранвойсках хватает разрядников, да и со спортротами пересекался иногда по службе.

— Аа… — протянула девочка.

— А насчёт не спецназ… — я задумался, подбирая слова, — скажу тебе такую вещь, что во время Отечественной Войны только пограничники воевали без всяких нареканий. Да и потом именно из них и был составлен костяк партизанского движения, а позже и спецназа.

— Слышал⁉ — шумно обрадовался Ваня, — дядь Лёша как спецназ!

— Да не «как», — невольно улыбаюсь я, — но погранвойска относились к КГБ, так что учили там… интересному. И учат.

— Диверсанты, да? — Заинтересовался Сашка, шмыгая носом.

— В меньшей степени, чем спецназовцы, но умеем, чего уж. Хотя конечно, пограничники, это не герои боевиков «про Рэмбо» и не спецназ, другие задачи.

— Если они ловят диверсантов, то должны понимать — чего те могу, а чего нет, — важно объяснила Лена, задрав курносый носик.

— Верно, — согласился я, разлохматив ей причёску, — Ну и помимо этого — психология, оперативная работа, хотя и не в полном объёме. Да многое, зайдите на сайт да посмотрите.

— А интересно было служить?

Смотрю на Ваню с его горящими глазами и улыбаюсь невольно…

— Интересно? Да. А главное — ты понимаешь, что за тобой вся Страна, что ты нужен. Нужен не просто во время войны, а здесь и сейчас, каждый день, каждый час. А это, знаете ли…

Прошёлся по городу, а он совсем невелик, одно название что город. Градообразующее предприятие закрылось ещё в 90-е, после чего и без того небольшое население сократилось вдвое. Сейчас ещё ничего так, выправилось положение — в смысле экономика, не население Но всё равно, когда менял свою «однушку» в областном центре, получил взамен «двушку» в сталинском доме. Благо, мне не нужно думать «Что оставить детям», они вполне благополучные. Зато природа — лес, река, грибы, ягоды. А ещё — пенсия военного пенсионера, позволяющая чувствовать себя почти состоятельным человеком в небогатой провинции.

Дома включил компьютер и сразу запищал звонок почты. Проверяю… Ага, Васька написал «Позвони на скайп, есть ДЕЛО!» Даже так? Знаю его с курсантских времён и если он начал писать КАПСом, это действительно ДЕЛО.

Отзыв прошёл быстро и на экране высветилась толстая рожа Васьки.

— Слушай сюда, пень старый, — голосом дорвавшегося до сметаны кота начал он, — завтра ты берёшь руки в ноги и едешь в Москву. Врубился?

— С какого это хрена? — поинтересовался я, вскинув бровь.

— Соскучился, — пошлым голосом сказал старый друг, вытянув губы трубочкой, — понял? Все расходы возмещу, да погостишь в столице хотя бы, если не срастётся.

— Лады, Васька-кот, завтра же и выеду.

Я всегда был достаточно лёгок на подъём, так что с самого утра отнёс ключи пятидесятилетней Варваре Васильевне, всё ещё не потерявшей надежды стать женой военного пенсионера.

— Вот, друг пригласил в столице погостить, а у нас зимой делать всё равно нечего, так что и в самом деле съезжу. Вы уж присмотрите там за квартирой. Ну и продукты в холодильнике — не стесняйтесь. Я минимум на неделю, а сметана столько не простоит, да и докторская колбаса, что ж ей, пропадать?

— Алексей, так у вас и в Москве друзья есть? — голосом маленькой девочки произнесла она, прижав руку в обвисшей груди. Попытку пококетничать прерываю коротким поклоном и сбегаю по лестнице бодрой трусцой, стараясь не обращать внимание на занывшее колено.

Старый «Опель» пусть и неказистый, но ходовая в порядке. Так что меньше чем через сутки почти непрерывной езды я завалился в шикарную пятикомнатную квартиру друга.

— Здорово, буржуй! — приветствую его.

— Здорово, коммуняка! — оскалился он.

Обнялись, похлопали друг-друга по спинам, и, старая, но до сих пор не надоевшая шутка, проверили на наличие оружия.

— Опа! — Достал я «Макаров» у Васьки из-за пояса, — всё так серьёзно или опять твои шуточки?

Друг моментально сбросил маску толстячка-пенсионера и превратился в постаревшего, но всё ещё опасного хищника.

— Более чем, Лис, более чем.

Он прошёл в квартиру, поманив меня за собой.

— Устал? — поинтересовался друг, в голосе которого скрывается нетерпение.

— Есть немного, но именно немного — подхватил по дороге попутчика и пустил его за руль.

— Рискуешь, — неопределённо сказал Васька, но тему развивать не стал — моя интуиция стал «притчей во языцех» ещё на первом курсе.

— Тогда мойся, — продолжил он, — накормлю тебя, да тогда и расскажу.

Помылся-побрился по-армейски, за пять минут, затем прошёл в столовую, богатую, но как по мне, несколько безвкусную — ещё чуть, и будет цыганский стиль. Поковырялся в пюре с котлетами и не выдержал:

— Колись.

Васька откинулся на спинку роскошного резного стула и положил толстые руки на стол.

— Знаешь… — сказал он, и чуть помедлил, — А я ведь со службы и не