Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

действительно использовать ее для удобрения растений? Придаст ли это травам свойства, подобные растениям из анклава? Или хотя бы увеличится ли их лечебный потенциал?

– Интересная идея, – признал он.

– Правда?

– Да, гарантий никаких нет, вполне возможно, что это ничего не даст, но эксперимент очень интересный. Но и для проведения теста не нужно никакого значительного количества первичной материи, хватит грамма или двух, разведенных в воде, нет смысла усложнять дело.

– Грамм первичной материи? Это почти девяносто килограммов чистого серебра, хотя цены и упали после того, как вы запатентовали свой метод экстракции.

Алхимик посмотрел на девушку с возросшим любопытством: барышня Мариетта назвала ему цену материи на черном рынке, а не официальную, может, она и не была гением, но сам факт, что она знала, как трудно купить первичную материю, возвышал ее над пустоголовыми ровесницами, которые крутились на приеме.

– Это не проблема, – заверил он. – Я могу позволить себе такие расходы.

– В таком случае мне приятно, что время, проведенное со мной, не было для вас потерянным, – с улыбкой сказала Мариетта.

– Вы умеете выращивать растения?

– Да, травы и цветы – это мое хобби. Недавно мне удалось вырастить черную розу, правда черную.

– Я в этом не разбираюсь, – признался алхимик. – Может, вы согласитесь провести этот эксперимент?

Госпожа Серпинская вздрогнула, словно ее облили ледяной водой:

– Я?

– А почему нет? Я могу использовать готовое сырье, но никогда не занимался растениеводством. Кроме того, это ваша идея. Разве вам не интересно, каким будет результат?

– Но это такая ответственность… А что, если ничего из этого не выйдет и вы безвозвратно потеряете первичную материю?

– Ну, потеряю так потеряю, – пожал плечами Рудницкий.

Мариетта прищурилась, было видно, что она интенсивно раздумывала над ответом.

– Как вы себе это представляете?

– Где вы живете?

– В Отвоцке. У моих родителей там вилла.

– С садом?

– Да, там большой сад и теплица.

– Вы знаете Варшаву?

– Да, – ответила девушка с удивлением. – Я училась тут последние несколько лет.

– Прошу прощения, я не эксперт, если речь касается пансионов для девушек, – сказал алхимик. – Вернемся к делу: у меня аптека на Липовой. Было бы неплохо, если бы вы связались с моим помощником, господином Вилланова, и договорились о способе и времени передачи первичной материи. Господин Вилланова разбирается в таких вопросах. И еще одно, вам лучше ни с кем не разговаривать на эту тему. Абсолютно ни с кем! Для вашей же безопасности. Я надеюсь, что вы понимаете?

Девушка кивнула.

– В случае чего будем держать связь через Вилланова, а сейчас простите, я нужен в другом месте.

Толпа, которая собралась вокруг пианино, подтверждала это. В группе мужчин, окружавших Луну, алхимик заметил Косцельского. Похоже, граф узнал о возвращении девушек и пришел к выводу, что ему ничего не угрожает. Только что он хочет от Луны?

Косцельский пожал руку Рудницкому и незаметным жестом отозвал в сторонку.

– Что тут происходит? – полушепотом спросил он алхимика.

– Роза Липская бросила вызов вашей спутнице, – шепотом проинформировал граф. – Она явно завидует, до этого времени она была самой красивой женщиной на приемах мадам Бунде. Тетка побеспокоилась о том, чтобы не приглашать на прием ни одной барышни, которая могла бы ее затмить, – злорадно добавил он. – А тут такая неожиданность…

– Вызов?

– Кажется, Роза не слишком верит в аристократическое происхождение вашей спутницы. Она же дворянка и хочет публично продемонстрировать недостаток образования госпожи Инесс. Речь идет о пении и игре на пианино, – пояснил он, видя вопросительный взгляд алхимика. – Барышни из низших слоев не обучаются этому в школах.

– Я понимаю, – пробормотал Рудницкий.

Тем временем Розалия с триумфальным видом села за пианино и запела французскую песенку о любви. Судя по реакции гостей, особенно мужчин – алхимик понимал через слово, – она спела очень фривольную песенку. Ее наградили бурными аплодисментами, хотя было заметно, что присутствующие в зале женщины отреагировали слишком сдержанно. Похоже, не всем понравилась песня, даже хозяйка выглядела смутившейся.

– Теперь ваша очередь, – сказала Роза. – И пусть победит лучшая!

Алхимик обеспокоенно посмотрел на Луну, но та ответила ему ободряющей улыбкой.

– К сожалению, я не могу похвастаться чем-то подобным, – с притворным волнением сказала она. – В монастырской школе не знали таких произведений.

Барышня Розалия покраснела, не нужно быть гением, чтобы понять, что не монашки научили ее такой песенке.

– Прекрасно! – прошептал Косцельский. – Эту Липскую давно пора проучить. Маркиза прекрасно говорит на польском, – заметил он. – Почти без акцента.

– Она раньше бывала в Польше, – сказал Рудницкий. – К тому же ее семья имеет родственную связь с нашей аристократией, Радзивиллами, а может, Чарторыйскими? Мы недавно познакомились.

Тем временем Луна села за пианино и деликатно коснулась клавиш, беря несколько аккордов, словно играючи, однако потом ее руки затанцевали, создавая мелодию, которая мгновенно заставила собравшихся замолчать. Рудницкий не узнавал произведение, но музыка навевала на мысль о бале, танцующих парах, надежду на встречу и горечь расставания. Наконец она замедлилась, ее пальцы выбивали простой ритм, если бы не демонстрация перед этим, можно было бы подумать, что она только учится.

Ay, triste, que vengo

vencido de amor,

maguerapastor!

Темное, пронзительное, сладкое как мед контральто напевало любовную песенку, однако вместо фривольного тона в ней звучала почти молитвенная торжественность. Строки были наполнены грустью и тоской о чем-то, что никогда не вернется. Гости стояли словно зачарованные, слушая эти строки, некоторые украдкой вытирали слезы. Когда воцарилась тишина, к Луне подошел тучный седой мужчина и поклонился с грацией бывшего танцора.

– Это посол Испании, – вполголоса объяснил Косцельский. – Он говорит, что рад встретить свою землячку так далеко от дома и что никогда не слышал такого прекрасного голоса. Ничего странного, я тоже, – добавил граф. – Вы не могли бы представить меня маркизе? – попросил он. – Я немного опоздал на прием и не имел удовольствия с ней познакомиться.

– Конечно, – ответил Рудницкий.

Кто-то несмело захлопал, через минуту весь зал взорвался аплодисментами. Можно было не считать голоса, чтобы понять, кто выиграл, а барышня Розалия быстро ушла, сославшись на головную боль.

– У нашей хозяйки появился крепкий орешек, – иронично прокомментировал Косцельский. – С одной стороны, ее племянница выставила себя на посмешище и была свергнута, с другой – такого приема еще не было и долго не будет. Я думаю, что после сегодняшнего выступления маркиза станет любимицей всех салонов.

Алхимик представил Луне Косцельского, после чего, к разочарованию окружающих девушку поклонников, провел ее к хозяину, чтобы поблагодарить за гостеприимство. Начальник полиции с сожалением попрощался с ними, но его жена с трудом сдерживала облегчение. «Вряд ли в ближайшее