Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

По телу мальчика словно раскаленной стальной губкой проводили, стесывая кожу и плоть до самых костей, погружая последние в раскаленную лаву.

“Прошу тебя, пожалуйста… пожалуйста… если ты меня слышишь… помоги им. Защити от Раевского!”

А затем все застыло.

Замерло.

Кинжал застыл в сантиметре над грудью Алекса. Безумный свет в глазах Профессора померк. Капли крови, капающие на пентаграмму с жертвенных алтарей, повисли в воздухе.

– Как смеешь ты?! – певучий, прекрасный голос лился над сводами подземелья.

Мальчик не видел, кому тот принадлежал, но чувствовал, что этот кто-то был могуч. Могуч настолько, что в его силах было остановить происходящее.

– Прошу! – закричал мальчик. – Прошу, помоги им!

Он уже почти потерял сознание от самой жуткой боли, которую только чувствовал в своей жизни. Но понимал, что не может себе позволить упасть без чувств.

Ради тех, кто был его семьей.

Единственной семьей.

– Ты?! Жалкий темный, смеешь просить моего Отца о помощи?!

Алекс услышал шорох перьев и увидел тень. Тень гиганта с крыльями за спиной.

– Прошу! – Из глаз лились слезы, такие жгучие, как и боль, растекавшаяся по телу. – Я не сделал никому ничего плохого… Я никогда не хотел быть черным магом… Я просто таким родился… Так почему ты…

– Потому что, жалкое отродье тьмы, как ты уже сказал, ты таким родился! И перед тем, как твоя жизнь оборвется, я накажу тебя за твои наглые слова!

Тень вытянула перед собой что-то похожее на палку.

Резкий свист ударил по ушам Алекса, и тот закричал от боли. Его грудь, от левого плеча до правого бедра, ожгла вспышка чего-то, перед чем слово “боль” меркнет в своей неспособности описать всю палитру чувств.

Ощущение чужого присутствия исчезло, а Алекс в луже своей собственной крови увидел свое отражение и жуткую резаную рану, пересекавшую все его тело.

Лишившись последних сил, он упал на пол. Кровь чавкала под его телом и толчками вырывалась из груди.

“Ты меня обманула, мисс Элиза. – Алекс чувствовал, что вот-вот произойдет что-то жуткое и он абсолютно не способен этому помешать. – Ты говорила, что все в моей жизни будет зависеть от моего выбора, но… я не выбирал родиться таким! Не выбирал быть черным магом! Так почему тогда твой бог отвернулся от меня?! За что?! Я не сделал ничего плохого!”

Сцены прошлого сменялись одна за другой. Где над ним смеялись. Где его закидывали камнями. Запирали в подвале. Не кормили.

И где он оказался в “Фаллен”. Где Робин катал его на плечах. Где он играл с другими детьми. Где Анастасия учила его играть на фортепьяно.

Где профессор беседовал с ним вечерами у камина.

Где он чувствовал у себя дома.

А теперь у него все это отбирали.

А тот, кто мог помочь, лишь сделал все хуже.

“Не нужен мне такой бог!”

Отчаянье сменилось гневом.

“Не нужен мне такой свет!”

Разрушенные надежды сменились яростью.

“Да будь оно все проклято!”

Пустота, зияющая внутри маленького мальчика, сменилась огнем. Черным и холодным. Несущим лишь одно…

“Ты сказала, что все будет зависеть от моего выбора, да?! Ну тогда я выбираю стать сильнейшим из черных магов! И придет тот час, когда я погашу весь ваш свет!”

– Ты звал меня, дитя?

Время все так же не двигалось, а Алекс ощутил запах жженых мокрых листьев и серы.

– Кто ты?

– Кто я? Я тот, кто искусил Париса украсть Елену; тот, кто закрыл глаза Гераклу, чтобы тот убил своих детей и жену. Тот, кто нашептал ученому рецепт огненной смерти. Я тот, кто перевернул знак солнца и сделал его символом смерти. Я тот, кого ты звал, дитя.

– Твое имя?

– Имя мне – Балтаил, дитя. Балтаил имя злому року твоему.

– Ты поможешь мне, Балтаил?

– Разве не чувствуешь ты, дитя, как я уже тебе помогаю?

Алекс ощутил, как внутри него зажигается алая искра, а где-то там, вдалеке, звучал нечеловеческий смех Балтаила.

* * *

Алекс открыл глаза.

На его правой руке поблескивало черное кольцо, резко контрастирующее с белоснежными больничными простынями.

На груди, прямо над сердцем, поблескивало пять шрамов. Каждый в форме перевернутой звезды.

Следы от когтей Балтаила.

Его метка.

Из коридора доносилась песня Karliene – Become the Beast.

– Сука, – выдохнул Дум и откинулся на подушки.

Глава 54

– Целиком и полностью поддерживаю эту позицию, мистер Думский.

Алекс, с обреченностью персонажа из стереотипного фильма ужасов, за спиной которого возвышался плотоядный монстр, повернулся в сторону звуков речи.

По пути следования взгляда Дум успел оценить палату, в которую его определили. И если честно, больше всего она напоминала не больничное отделение, а палату какого-нибудь дворца.

Очень современного, с натяжным потолком, неоновыми спотами, лофтовыми стенами, сделанными под металл, огромными дисплеями со всевозможной информацией о жизненных показателях, игровой приставкой последнего поколения и ТВ такого размера, что на нем вполне спокойно можно было в бильярд играть.

Некоторые люксовые номера отелей, в которых Дум проводил ночи с миловидными девчонками, выглядели беднее.

Но увы, наслаждаться обстановкой не приходилось.

В обитом зеленом ситцем кресле (единственном, что выбивалось из насквозь ультрасовременной и технологичной обстановки номера-палаты), около французского, во всю стену, окна из стеклопакета сидел хорошо знакомый Алексу гвардеец.

И неудивительно, что Дум не сразу заметил майора.

Чон Сук либо обладал очень странным чувством юмора, либо таковой имела жизнь. В последнем, разумеется, сомневаться не приходилось.

Майор, как и кресло, на котором он сидел, был одет в зеленый костюм с салатовой сорочкой и изумрудной бабочкой.

В руках он держал женский журнал о вышивке и вязании крючком. И судя по тому, что Чон Сук дочитал уже до середины, сидел он здесь не так чтобы недавно.

М-да.

День явно хуже уже стать не мог.

– Не самое любопытное чтиво. – Он со вздохом закрыл глянцевый фолиант и убрал его в кармашек, где покоились подобные о кружевном нижнем белье и что-то еще – тоже про белье, но грязное и насквозь звездное. – Однако лучшее из того, что предлагает местная библиотека.

– А…

– Здесь до вас лежала дама средних лет. Увы, познакомить не смогу – только если мы с вами прогуляемся на кладбище Сэйнт-Майкл.

– Не дожила старушка? – скорбно вздохнул Алекс.

– Увы, – развел руками майор, – сердечные болезни даже в наше насквозь техномагическое время, бывает, заканчиваются летальным исходом.

Алекс надеялся, что это был не намек. Особенно он сильно на это надеялся, когда окончательно рассмотрел, сколько трубочек было воткнуто в его правую руку