Газлайтер - Григорий Володин

Леди-дроу смотрела вслед королю Даниле, когда он покидал зал. Король Данила. Даня. Ведь она могла его так называть, он разрешил, но по-прежнему какой-то барьер заставлял даже наедине величать Грандмастера ментала «Ваше Высочество».

Она вслушалась — со двора не доносилось ни рычания, ни железного скрежета. Очевидно, маги воздуха уже поставили заглушки, чтобы гости в зале не слышали ни криков, ни ударов, ни других звуков снаружи. Но Гюрза прекрасно понимала: там, за окнами, разворачивается нечто из ряда вон выходящее.

Какая-то железная тварь выдержала прямой удар самого Багрового Властелина — и это само по себе выглядело настоящим чудом. Происходящее на свадьбе Данилы могло войти в летописи.

Особенно примечательно было то, что именно король Данил… нет, Даня — поправила сама себя Гюрза — именно Даня, а не Багровый Властелин, вышвырнул этот доспех прочь из зала, причём сделал это после того, как он устоял против техники Его Багровейшества. Конечно, для тех, кто хоть немного понимал расстановку сил, было ясно: это никак не ставило короля-менталиста вровень с Багровым Властелином. Но со стороны могло показаться, будто Данила продемонстрировал, как правильно расправляться с врагом, словно он показал Багровому, «как надо».

Гюрза грустно улыбнулась. Она знала Даню достаточно хорошо, ибо шла с ним бок о бок в Первозданной Тьме. Даня — мастер в том, чтобы подмечать слабости противников, улавливать незаметные детали и пользоваться именно теми «фишками», что ускользают от остальных. Это его манера — не ломать лбом стену, а находить щель и вбивать туда гвоздь.

Между тем её внимание привлекла сбоку беседа принцессы Чилики с Ольгой Валерьевной. С последней Гюрза познакомилась ещё в Херувимии.

— А всё же что здесь произошло? — с любопытством спросила бронзовая чилийка.

Блондинка Ольга Валерьевна спокойно пожала плечами:

— Без понятия, Ваше Высочество. Но если жёны Данилы Степановича ведут себя спокойно, значит, всё под контролем. Праздник продолжается.

Гюрза перевела взгляд на королев Вещих-Филиновых и признала правоту великой княжны: действительно, жёны короля держались так, словно вокруг ничего необычного не происходило. Они общались с гостями, танцевали, будто праздник не прерывался. Хотя у дверей и у окон уже стояли альвы-гвардейцы, оценивающе сканируя зал. Но именно это непринуждённое спокойствие жён Данилы только усиливало тревогу Гюрзы. Ведь сам Даня ушёл.

И тут перед леди-дроу возникает Мария — новая жена короля Данилы. Гюрза посмотрела на девушку, и внутри у неё будто что-то скребануло когтями. Странное чувство — зависть? ревность? раздражение? Она сама не могла до конца объяснить, почему испытывала гамму чувств к этой милой и красивой девушке. Особенно бесило Гюрзу белое платье невесты.

Маша же, радостно улыбнувшись, произнесла:

— Леди, я слышала, вы были с моим мужем в Первозданной Тьме. Я бы хотела услышать эту историю.

Гюрза запнулась:

— Да… мы с Даней были…

Маша мгновенно заинтересовалась. Её глаза загорелись, и в улыбке появилось что-то лукавое.

— С Даней, значит? — уточнила она весело. — Не с королём Данило, а с Даней?

И Гюрза подумала: «Упс…»

* * *

Я спускаюсь на задний двор. Зела сработала чётко: маги воздуха оградили воздушной стеной весь двор, чтобы не смущать гостей рычанием твари да прочими звуками. По периметру выстроились гвардейцы, выставили силовые поля, артефакты развернули наружу — защита держит внешнюю линию, а сам двор огорожен как зона боя. Резервные силы вынесены на второй круг, стрелки и целители стоят на дежурстве, готовые среагировать по первому сигналу. Связь через мыслеречь держится открытой.

Прохожу мимо Финрода, хлопаю его по плечу, киваю на построение:

— Молодец. Только меня впустите.

Альв передаёт приказ через ушную гарнитуру. И я прохожу сквозь на краткий миг разошедшееся силовое поле в центр двора. Там уже «веселятся» Хоттабыч и Багровый Властелин, я тут же сканирую обоих. Хоттабыч — это мощнейший Высший Грандмастер телепатии, а такие маги стоят особняком. Они почти не стареют, и это лишь одно из десятка их отличий. Другое важное — поразительная устойчивость к любому телепатическому воздействию. Контролировать их невероятно сложно, даже если у них нет щитов. Именно поэтому я не стал добавлять Лорда Тени в Легион: вместо этого разобрал его на ментальные запчасти, чтобы не рисковать. Но даже на фоне Хоттабыча Багровый Властелин сильно выделяется, хотя, казалось бы, куда дальше-то. Багровый — это уже совершенно иной уровень. И мне даже интересно: если бы вдруг бог Гора умудрился протиснуть свою жирную задницу в реальный мир, смог бы он одолеть Багрового? Вопрос крайне любопытный.

Багровый презрительно зыркает на железку и хмыкает с насмешкой:

— Какая нелепость…

Он ведёт рукой по воздуху, и живую железяку корёжит во все стороны: то сжимает её, то растягивает, выворачивая наизнанку. Пару раз он и вовсе поднимает её в воздух и со всей силы швыряет оземь, обрушивая на мощёные булыжники.

Железка рычит и шипит, но не разваливается. Упрямо держится, подтягивает каркас, собирается обратно, компенсирует нагрузку, перестраивает геометрию, подстраивается под каждую деформацию, как будто внутри стоит автомат с обратной сборкой. Повторяет цикл, не сдаётся.

Хоттабыч, не сводя глаз, замечает задумчиво:

— Откуда же в ней столько энергии?

— В неё засунули мага ранга Грандмастер, — отвечаю. — Броня высосала его досуха.

Старик переводит взгляд на меня, бровь приподнимает:

— Как вы это поняли, король Данила?

— Мои сканеры подсказали, — отвечаю ровно. И даже почти не соврал, просто не уточнил, что это легионеры-сканеры.

Хоттабыч хмыкает, смотрит на гвардейские построения у стен:

— Координация гвардии у вас неплохая. Быстрый анализ провели. Бедняга внутри брони уже был трупом, когда она ворвалась в твой замок, а когда Багровый сжал её в сферу, то даже трупа не осталось.

Железяка едва собирается, снова и снова играет одну и ту же шарманку:

— Твоя расплата пришла, Багровый. Твоя расплата пришла, Багровый.

Багровый Властелин рявкает:

— Цыц! Достала!

Я же не тупо прохлаждаюсь, а внимательно анализирую его техники. Сейчас он формирует синий шар притяжения, и в этот шар буквально вминается железная тварь. Доспех корёжит, выворачивает в уродливые формы, будто его скручивает в жерновах. Камни брусчатки с треском срываются и летят в шар, целыми пластами отрываются от мостовой. Даже флюгер с ближайшей крыши сорвало вместе с черепицей — и обломки со скрипом влетают в центр притяжения и крутятся по его орбите.

— Вы бы поосторожнее, Ваше Багровейшество, — сухо замечает Хоттабыч, —