Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

воцарилась такая тишина, будто кто-то разом выключил все звуки. Неизвестно, что ожидал услышать граф, но явно не это. Несколько секунд он просто молчал, внимательно изучая ее лицо. Потом поморщился.

— Вы думаете, я поверю в эту ложь?

— А вы думаете, что вы такой завидный приз, что я должна быть счастлива, что стала вашей женой?

Взгляды снова опасно скрестились.

— Вы уже были разведены. — сквозь зубы произнес мужчина. — И на женщинах, подобных вам, повторно не женятся. Хотел бы я знать, чем вы так очаровали короля, что он дал вам второй шанс⁈

Алесия заставила себя сделать глубокий вдох. Спокойно. Еще спокойнее… Ты же знала, как здесь относятся к разведенным женщинам. И граф просто думает так же, как и все… Может, рассказать ему о своих заслугах перед королевством и про почтовых голубей?

Увы… против этой разумной мысли выступила другая. А заслуживает ли Арельс знать правду? За такое поведение надо не новинки прогресса давать, а поленом по хребту. Очаровали короля… второй шанс…

В груди медленно поднималась горячая злость. И голос разума оказался погребен под этой волной. Нет, девушка не повысила голос. Однако каждое ее слово было похоже на удар отравленным клинком.

— А может, граф, это я у вас должна потребовать объяснений? Чем вы очаровали короля, что он преподнес меня вам, едва ли не обвязав подарочным бантиком? Это меня выдернули из дома! Меня вручили мужчине, которого я прежде не знала! А вы считаете обиженным себя? Еще и смеете упрекать меня разводом?

Нортман шагнул назад, слегка утратив свой пыл.

— Графиня…

Алес взмахнула рукой, не давая себя перебить. Да пропади все пропадом! Она чувствовала, что просто задохнется, если не выскажет все, что успело накипеть.

— Да, от меня отказался первый муж! И я этому только рада. Потому что жизнь с ним была просто невыносимой. Мне даже руки на себя спокойно наложить не дали! Я во всем неправа лишь потому, что родилась женщиной!

— А может, это вы, своим поведением вынудили барона подать на развод? — осторожно поинтересовался мужчина, впрочем, особой уверенности в его голосе не чувствовалось. — Знаете, то, что говорят о вас в обществе, свидетельствует не в вашу пользу.

— А вы порасспрашивайте тех же людей о себе. Возможно узнаете немало нового!

Нортман дернулся, как от пощечины. Похоже, этот случайный удар попал точно в цель.

Забытая книга давно упала на пол. Алес вдруг ощутила бесконечную усталость. Будто в одного разгрузила вагон угля. Нервы были на пределе.

А еще, сейчас должна прийти Лианна. Застанет еще скандал. Ни к чему. Лучше плюнуть на все и гордо удалиться. А про управляющего узнать через брата. Потому что если она останется здесь, то они с графом друг друга съедят. И совсем не в романтическом смысле.

К счастью, супруг не пытался ее остановить. Выскочив из бани, Алесия стремительно пересекла соседнюю комнатушку и… буквально врезалась в дверь. Та осталась на месте. Зато левую руку от запястья к локтю пронзила такая боль, что на несколько секунд даже потемнело в глазах.

Да и в целом ощущения были такие, будто она только что безуспешно попыталась пройти сквозь стену. Что-то новенькое. Прижав больное запястье к груди, девушка надавила на дверь плечом. Та снова не поддалась. Заперта?

* * *

Твою ж… Да, благородные дамы так не выражаются. Но словесный оборот, почерпнутый на днях у мужа, пришелся тут как нельзя к месту.

Означенный муж, успевший оказаться за спиной, даже поперхнулся.

— Графиня!

Алесия пропустила его возмущение мимо ушей. Левая рука ныла все сильнее и ей определенно требовался лед. Если не гипс.

— Вы можете открыть дверь?

Увы. Графу это тоже не удалось. Хотя он честно предпринял несколько попыток.

— Кажется, она заперта.

— Я вижу. — девушка покусала губу. — И кому понадобилось… — она вдруг осеклась на полуслове, озаренная догадкой.

Лианна! Ну конечно, кто же еще! Девочка с лета расхваливала и рекламировала своего отца. А теперь, похоже, решила перейти к более решительным действиям. Ну что ж, следует признать, кое-что ей удалось. Заманить двух взрослых человек в отдаленный уголок замка, наверное, не самая простая задача. Мда…

А самое главное — сколько девчонка собирается их тут держать? Интуиция подсказывала, что как минимум — до утра.

Девушка перевела взгляд на графа. Интересно, догадывается ли он, что этим приключением они обязаны его дочурке? Однако Арельс не ответил на ее взгляд. Потому что смотрел гораздо ниже лица.

— Графиня, что у вас с рукой? — вдруг спросил он, и Алесия снова почувствовала пульсирующую боль в запястье.

— Ушибла.

— Дайте взглянуть.

Наверное, это было не самым разумным поступком, но Алес отрицательно качнула головой. Супруг уже обрабатывал ей раны. И это было довольно больно. Второй раз испытывать судьбу не хотелось. Да и вряд ли сейчас он сможет ей хоть как-то помочь.

— Не нужно. Она и так пройдет.

— Графиня. — в голосе Нортмана лязгнули металлические нотки. — Я явно смыслю в этом больше, чем вы. Дайте руку.

— А вас не волнует, что мы как бы немного заперты? И вполне можем просидеть здесь до утра.

Нортман пожал плечами.

— Нет. Лия знает куда я отправился, и когда мы не выйдем к ужину то…

— А кто, по-вашему, нас здесь закрыл?

На лице мужчины появилось задумчивое выражение. Алес видела, что он понял ее намек, но в то же время, не хочет его признавать. Черные брови чуть сдвинулись к переносице.

— С этим я разберусь, когда нас откроют. А сейчас — дайте руку.

* * *

Осмотр занял минут пять. К слову, не самых приятных. Успокаивало одно — граф явно понимал, что делает. Он прощупал руку от ладони до локтя. Заставил пошевелить запястьем. Где-то надавил. И боль из острой перешла просто в ноющую.

— Небольшой вывих. — наконец вынес он вердикт. — Я его вправил, но нужно наложить повязку.

— Вы мне помогаете из человеколюбия? — не удержалась девушка.

— Лично к вам я не испытываю теплых чувств. А помогаю лишь потому, что могу это сделать. Но, боюсь, вам этого не понять.

— Куда уж мне… — проворчала Алес. Впрочем, прежняя злость немного подразжала свои когти. Хотя неприятный осадок остался.

Нортман, тем временем, пошарил по карманам и извлек чистый платок. Но, прикинув размеры, поморщился.

— Боюсь, для перевязки его