"Фантастика 2026-84". Компиляция. Книги 1-21 - Агатис Интегра

— Пустые. Все до одной.

— Чёрт. А покрышки сухие?

— Как порох. Пять лет под крышей.

Начали собирать всё, что могло гореть: старые тряпки, промасленную ветошь, картон, деревянные ящики. Набивали между покрышками, создавая запалы. Маша нашла банку с остатками машинного масла. Вылили на тряпки.

В главном зале разобрали часть мебели. Старые стулья, столы, шкафы. Всё в западную часть. Соорудили баррикаду из сухого дерева, обложили бумагой из старых документов.

Таня работала быстро и точно.

— Готово, — сказала она. — Если это загорится, полыхнёт до неба.

— Главное, чтобы крысы поверили, — сказал Артём.

Маша замерла.

— Они внутри. В вентиляции. Чувствую... много их. Разведчики.

Ваня достал до вентиляционной решётки, заткнул тряпкой. Но все понимали: ненадолго.

— Поджигаем, — скомандовал Артём.

***

14:00

Первая спичка не загорелась. Отсырела. Вторая сломалась. На третьей Алина дрожащими руками чиркнула так сильно, что сломала о коробок.

— Дай мне, — Лена взяла спички. Руки спокойные, как когда делала уколы Максиму.

Чирк. Огонёк. Маленький, жалкий, но живой.

Поднесла к промасленной тряпке. Та затлела, потом вспыхнула. Бросила на кучу бумаги. Пламя жадно побежало вверх, добираясь до сухой мебели.

Сухая мебель занялась быстро. Треск дерева, запах горящего лака. Дым сразу стал едким.

— В пристройку! — крикнул Артём.

Швырнули горящие тряпки в покрышки. Первые секунды — ничего. Старая сухая резина дымила, шипела. Потом одна покрышка занялась. Пять лет сухости сделали своё дело. Огонь перекинулся на соседние. Белый дым. Потом серый. Потом чёрный, густой, как смола.

Снаружи — писк. Тысячи голосов. Крысы отшатнулись от западной стены.

— Работает! — крикнул Ваня. — Они отступают!

— К восточному выходу! Быстро!

Побежали через главный зал. Дым уже заполнял пространство. Глаза слезились. Максим кашлял. Лена подхватила его на руки.

Восточная дверь. За ней — яркий день и море крыс. Но теперь не плотное. Паника от дыма создала бреши.

— Факелы! — Таня раздавала импровизированные факелы — палки с горящей ветошью.

Артём первый вышел, размахивая огнём. Крысы шарахнулись. Не от огня — от дыма, который тянулся за факелом.

— Бегом! Держаться вместе!

Побежали. Лена с Максимом в центре. Близнецы по бокам, держась за руки. Петя с трясущимися руками, но упорно шёл вперёд.

Алина упала. Прямо в грязь, лицом вниз. Артём подхватил, закинул на плечо. Девочка была лёгкая, истощённая. Недокормленная в лаборатории.

Маша бежала, пища от ужаса. Но бежала. Таня рядом, подталкивала, когда спотыкалась.

Позади — грохот. Часть крыши автосервиса обвалилась. Столб чёрного дыма взметнулся в ясное майское небо. Начался дождь.

***

14:45

Река показалась внезапно. Обь. Широкая, бурая от дождей, несущая коряги и мусор. И посреди — отмель. Песчаная коса, метрах в двухстах от берега.

— Туда! — крикнула Таня. — На отмель!

Вода холодная. Майская, с гор. По щиколотку, по колено, по пояс. Течение сбивало с ног.

Максим вцепился в шею Лены.

— Холодно, мама!

— Терпи, малыш. Скоро.

Ваня нёс одного из близнецов на спине. Мальчик не сопротивлялся, задержав дыхание.

Петя плыл сам, хотя руки дрожали.

Маша паниковала. Начала тонуть. Артём нырнул, подхватил. Она пищала, царапалась, но он держал крепко.

Алина... Алина не двигалась. Артём схватил её, из головы струилась красная кровь, растекаясь по воде тёмными разводами.

Добрались. Выползли на песок. Десять. Нет девять. Алина лежала неподвижно. Лена пыталась делать искусственное дыхание, но все видели — бесполезно.

Крысы вышли к берегу. Тысячи серых тел. Но не полезли в воду. Стояли, смотрели. Ждали.

— Мы в ловушке, — сказал Ваня.

Отмель была метров пятьдесят в длину, двадцать в ширину. Несколько коряг, принесённых рекой. Пластиковые бутылки. Старое рыбацкое кострище, залитое дождём.

Максим вдруг поднял голову, посмотрел в небо.

— Папа, слышишь?

— Что, малыш?

— Железо. В небе железо. И соль. Пахнет солью.

Артём прислушался. Ничего. Только дождь и шум реки.

Но Максим стоял, раскинув худенькие ручки, лицо вверх.

— Оно приближается. Железная птица. Я слышу её сердце. Тук-тук-тук. Как моё, только сильнее.

Таня тоже посмотрела вверх.

— Дым. Наш дым видно издалека. Если кто-то летит...

И тут они услышали. Слабо, едва различимо сквозь шум дождя. Гул. Механический, ровный гул мотора.

Петя подскочил.

— Самолёт! Это самолёт!

Точка в сером небе. Снижается, делает круг. Старый биплан, красно-белый, с звездой на борту.

— Правда самолёт, — Ваня протёр глаза. — Откуда?

Самолёт сделал ещё круг, ниже. В кабине — люди. Машут.

Все начали махать в ответ. Даже близнецы, синхронно поднимая руки. Белые халаты детей из лаборатории развевались как флаги.

Самолёт покачал крыльями. Увидели. Но сесть на отмель не мог. Слишком мало места.

Полетел вдоль реки, вниз по течению. Потом из кабины выбросили что-то яркое. Оранжевая ткань на верёвке, развевалась как указатель.

— Они хотят, чтобы мы плыли туда, — поняла Таня. — Вниз по течению. Там должно быть место для посадки.

Артём посмотрел на реку. Бурная, холодная, быстрая. Потом на детей. Измождённых, дрожащих. На тело Алины, которое Лена всё ещё обнимала.

— У нас нет выбора. Крысы рано или поздно решатся переплыть. Или вода поднимется — дожди же идут.

— Держимся цепочкой, — сказал. — Никого не отпускать.

Взялись за руки. Артём первый, Лена с Максимом в середине, Ваня замыкающий. Дети между ними.

Маша пищала от страха.

— Они плывут... некоторые... чувствую...

— Не думай о них. Думай о спасении. Оно ждёт нас.

На счёт три прыгнули.

Вода подхватила, понесла. Цепочка натянулась, но держалась. Течение било в лица, заливало глаза.

Оторвался один из близнецов. Течение ударило его о корягу, закрутило. Второй близнец закричал. Первый раз в жизни не синхронно. Потянулся к брату, но Ваня держал крепко.

Маша вцепилась в Таню мёртвой хваткой.

Максим... Максим улыбался. Вода несла их, холодная и быстрая, но он улыбался.

— Мама, железная птица поёт. Слышишь? Она поёт для нас.

Впереди — песчаная коса. Длинная, широкая. И на ней — люди. Трое взрослых, бегут к воде.

Женщина бросилась в реку по пояс, ловила проплывающих. Мужчина с верёвкой. Третья, Сара, хромала, кровь проступала через повязку на плече, но вошла в воду по колено.

— Давайте детей сюда! — кричала она, подхватывая Машу, которую несло мимо. Девочка вцепилась в неё как клещ, и Сара, морщась от боли в плече, потащила её к берегу.

Первым выловили Максима с Леной. Потом Петю.