"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 - Вел Павлов

сразу примчался Хемах с Танаром, следом за братом прибежала взъерошенная Мария. Ненадолго от них отстал лишь Йоргос, который задержался, чтобы о чем-то побеседовать с неизвестным стариком в первом ряду и молодым одарённым, а последними будто из-под земли явились Осколки.

— Ты совсем свихнулся⁈ — выпалила раздраженно Мария, переглянувшись с озабоченным родичем и Йоргосом. — На что ты надеешься⁈

Правда, самыми спокойными был Хемах и ухмыляющиеся парни.

— Будьте тише, госпожа Фалайн, — спокойно декларировал Аркас, весело скалясь. — Вам такое не к лицу.

— Не вшивому простолюдину меня учить… Ой!.. Ай! Танар! Что ты делаешь? Мне же больно, идиот!

В это самое время тот без какой-либо жалости дважды наступил сестре на ногу, тем самым заставив её замолчать.

— Уймись! Ранкар, ты уверен, что справишься? — чуть тише осведомился спокойно наследник побочной ветви дома Фалайн, невольно переглянувшись с Хемахом.

Сам капитан Ксанта не проронил ни единого слова и с самого начала не сводил холодного взора с противоположной зоны, где суетилась целая толпа знатных из дома Креамх, Ост и Болсеамон.

— Просто наблюдай, — хмыкнул холодно я, продолжая терпеть яростные позывы проклятой крови.

Правда, взгляд то и дело возвращался к старику и одарённому, с которыми минутой ранее беседовал заступник Марии, потому как молодой парень кого-то смутно мне напоминал.

— Йоргос, а ты не скажешь с кем сейчас разговаривал? — поинтересовался я.

— Ты разве не знаешь? — выпучил маг глаза. — Это же Матиас Аннак. Огненная Комета Аххеса. Один из четырёх ректоров магической академии Аронтира. Я сейчас говорил с ним именно о тебе. Обещал же, что буду рекомендовать твою кандидатуру на обучение.

Ирззу распутницу мне в жены! Сдалось мне такое обучение до скончания веков.

— Проклятье! Да хоть Полыхающая Звезда Иерихона! — вспылил против воли я, чем ввел многих в ошеломление. — Мне интересен тот, что моложе.

— Так ведь это Эйсон, — отойдя от шока, прошептал юноша. — Эйсон Август. Основной наследник доминирующего дома Август. Он главный ученик ректора.

Стоп! Август⁈ Зараза! Вот почему он показался знакомым. Он сильно напоминает Лиярта! Практически одна харя. Так значит именно с его папашей обещал поговорить Хаззак.

— ДУЭЛЯНТЫ НА АРЕНУ!!! — раздался громкий голос сегодняшнего судьи, коим оказался отец Танара, глава побочной ветви доминирующего дома Фалайн — Райман Фалайн.

— Казни эту трусливую падаль, Ранкар, — вдруг ударил мне в спину баритон Хемаха, стоило сделать несколько шагов вперед. — Я останусь твоим должником навечно. Он должен ответить за то, что сделал.

Всё-таки он нормальный мужик. Военный до мозга костей, который до последнего заботится о своих солдатах. Видимо его до сих пор гложет случившееся в бастионе.

— Вы ничего не должны, капитан, — хмыкнул невозмутимо я, из последних сил сдерживая припадок ярости. — Прикончу его с удовольствием. С небывалым удовольствием. Все, кто хоть как-то меня обидели в прошлом будут подыхать в муках в недалёком будущем.

— ПЕРВОЕ СРАЖЕНИЕ СОСТОИТСЯ МЕЖДУ РАНКАРОМ ХАЗЗАКОМ И ЖЕЙДОМ КРЕАМХОМ, — объявил как можно громче, отец Танара.

Готова, Руна?

«Всегда готова!» — решительно выпалила спата.

– БОЙ ДО СМЕРТИ!

Прикончим ублюдка?

« С особой жестокостью!»

— ЛЮБОЕ ОРУЖИЕ! НИКАКИХ ДОСПЕХОВ! НИКАКОЙ АЛХИМИИ! НИКАКИХ ЗАЩИТНЫХ АРТЕФАКТОВ! ВСЁ СОГЛАСНО ТРАДИЦИЯМ!

Быстро или медленно? — не унимался я.

« Быстро, но пусть познает всю боль!» — воинственно зашипела та.

— Где твоё оружие, дуэлянт? — спокойно вопросил у меня Райман с толикой удивления, встав между мной и Жейдом.

— Моё оружие всегда со мной, уважаемый судья, — спокойно выдохнул я, с лёгкой хрипотцой, медленно теряя себя в сгущающихся потоках ярости.

Что ж, в таком случае, Руна, теперь нам это без надобности.

Находился я сейчас в стандартном боевом облачении. Ботинки, черные штаны и тактическая футболка. Левая рука до сих пор по привычке была перевязана черными лоскутами ткани, но теперь надобность в подобном отпала. Слишком долго я скрывался.

Глядя на Жейда с полубезумной улыбкой, я начал медленно и демонстративно снимать один лоскут ткани за другим, неспешно оголяя чарующую красоту спаты, а через пяток секунд вся левая рука до самого плеча оказалась на всеобщем обозрении.

Из-за раскинутого барьера я мало что слышал, но стоило аристократам начать лицезреть иссиня-черные отметины, как больше двух десятков благородных тотчас подались в обсуждения, а кто-то и вовсе встал на ноги с насиженных мест, чтобы приглядеться к оттиску деспота. Даже Хаймон Аванон невольно приподнял брови и тотчас наклонился к наставнику, будто хотел что-то узнать.

Честно сказать в это время большинство аристократов и аристократок разделились на небольшие объединения. Причем основные группы находились у самого края арены. В это время Сиана и Кайса уже о чем-то спорили под пологом тишины. Неугасаемая во всю чихвостила горгону, а вторая лишь довольно ухмылялась.

Имания и Эйдер тоже что-то обсуждали под пологом, и дракон пытался донести нечто до ушей Знающей, то и дело тыча в мою сторону пальцем, но она лишь отрицательно качала головой.

И тут в глаза бросилась еще одна группа. Самая незаметная. Иномирный эмиссар не сводила с моего лица внимательного взгляда и с каждой пройденной секундой хмурилась лишь сильнее, а затем с таким же неуловимым видом та поманила к себе своего телохранителя и что-то произнесла тому на ухо.

— Твоё право, Ранкар, — удовлетворённо кивнул Райман, медленно отступая к грани барьера. — Если оба дуэлянта готовы, то бой можно начинать. Но только по моей команде.

— Ты подписал себе смертный приговор, чернь, — расплылся в предвкушающей усмешке Жейд, демонстративно размахивая короткими клинками перед лицом. — Сегодня тебя ничто не спасёт!

Мне из-за подобных слов хотелось смеяться. Громко смеяться. Ведь в этот самый миг сила и уверенность переполняли нутро, а могильный шепот и постоянный голод заставляли рваться вперед.

Ничего. Осталось потерпеть всего несколько секунд.

— Помнишь день, когда ты чуть не разрубил меня и Рейну? — со слабой улыбкой осведомился я.

— Рейну? — презрительно осклабился Креамх. — Ты о той вшивой иерихонской дряни? Разумеется, помню!

— Так вот. Надо было разрубить, — расплылся я в предвкушающем оскале. — Потому как сейчас уже не выйдет. Смерть тех неповинных детей на твоей совести, трусливая гниль. Ты пожалеешь о том, что сбежал тогда! Пожалеешь, что не остался сражаться до конца. Клянусь своей жизнью! А твою голову я подарю стервозной суке по имени Лиама Креамх!

В этот самый миг физиономия