Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

— Предлагаете мне забыть прошлую ночь? — граф удивленно поднял брови. Такого предложения он ожидал меньше всего. А от слов о прошедших чувствах и вовсе царапнуло где-то внутри.

— Да. — Алесия хлопнула ресницами и на всякий случай повторила, — Вы мне ничего не должны. Я сама во всем виновата.

К этим словам Нортман тоже оказался не готов. Насколько он мог судить, женщины вообще не склонны признавать свою вину. Что уж говорить о случаях, когда этой вины нет. Пожалуй, надо было об этом сказать, но находиться рядом с графиней становилось все труднее.

Лучше уйти, пока еще получается держать слово. Слишком уж сильные чувства вызывает эта женщина. Неужели, причиной тому проведенная ночь? Ну не любовь же, в самом деле?

Нет, дело именно в ночи. Просто он еще слишком хорошо помнит, какое у графини безупречное, приятное тело. Мужчина стиснул зубы. Так, про ее тело тоже сейчас лучше не думать. Иначе он точно отсюда не уйдет.

— Вашей вины здесь нет. — выдохнул он и решил закончить разговор на более приятной ноте. — А еще, я ваш муж. И имею полное право вас порадовать. Какие украшения вы любите больше всего?

Вопрос явно не имел подтекста, но в то же время, он был прекрасным способом укрепить свои позиции и выставить мужа вон. Все это пролетело у Алесии в голове буквально за доли секунды.

Задвинув совесть подальше, она швырнула в сторону платок. Граф смутно почувствовал, что совершил ошибку. Не сразу только понял — где? Впрочем, его неведение длилось недолго.

— Так вы пришли сюда, чтобы расплатиться за ночь? — прошипела Алес (не кричать же с больным горлом). — Думаете, мне нужны ваши драгоценные побрякушки? Или считаете, что все женщины продажны? Их можно оскорбить, обесчестить, а потом откупиться парой колец?

— Я не…

— Ваше предложение просто оскорбительно! Оставьте уже меня!

— Послушайте, я вовсе не то имел в виду. Но если вы сочли мои слова оскорблением, прошу извинить. — мужчина встал. Губы его были плотно сжаты, а из глаз почти пропал огонь. — Выздоравливайте, графиня. — он вышел.

Алесия сползла на подушки и тихо перевела дух. Не перегнула ли она палку? Ммм… Нет. Арельса полезно было встряхнуть. Но как-то слишком уж долго действуют вчерашние травки.

Главное, чтобы мужчина не начал приставать к служанкам. Впрочем, насколько она успела узнать, граф ни разу не был замечен в подобных интрижках, не в его это правилах. Тем более, действие отвара должно скоро сойти на нет.

Зря не проверила с утра — сколько он там выпил?

И больше графу не наливать, вон как его пробрало. Хотя, заваривать и так уже нечего. Оба свертка от Альмы были еще утром развеяны в окно. Только дура оставила бы при себе такой компромат. А женщина себя дурой не считала.

Глава 20

Портрет

Осенняя ярмарка. Неподготовленного человека она привела бы в ужас. Грязь, крики скота, тучи мошек и аромат, как от кожевенной мастерской. Но сами крестьяне, ежегодно стекающиеся сюда со всех окрестных деревень, не замечали неудобств.

Потому что ярмарка была для них весьма долгожданным событием. Где еще простому человеку продать скот, закупить хорошее посевное зерно и узнать последние новости со всех уголков королевства?

Торговля шла прямо с телег. Но и дорожные кареты не были здесь редким зрелищем. Ремесленники всех мастей прибывали из столицы, надеясь сбыть свой нехитрый товар. От дешевых бус до посуды и кожаных сапог.

Поэтому скромная серая карета, остановившаяся в стороне, тоже не привлекла особого внимания. Одной больше, одной меньше.

— Приехали, эйса! — бросил угрюмый крестьянин, стукнув здоровенным кулаком в перегородку.

— Спасибо, Тит.

Кэрин осторожно выглянула наружу, оценила грязь, просыпанное кое-где зерно и покачала головой. Приличной эйсе следовало бы держаться подальше от подобных мест. Однако ярмарка, с ее бестолковой суетой, лучше всего подходила для тайной встречи. Главное, чтобы граф Бартон не заставил долго себя ждать.

Не успела она додумать свою мысль, как снаружи прозвенел хорошо знакомый голос:

— Тит? Какая приятная встреча.

— Ваше сиятельство! — карета слегка качнулась. Видимо крестьянин соскочил на землю, чтобы отвесить поклон. — А я тут это. Эйса Кэрин на нашу ярмарку захотела взглянуть. Вот и подвез ее. Мне все равно за инструментом надо было, а так хоть за каретой присмотрит. Да и Рглор разрешил.

— Да… ярмарка в этом году хорошая, даже лучше, чем в прошлые годы. — весело отозвался Лайон. — Ну не буду тогда тебя задерживать. А за карету не беспокойся, пока я тут, к ней и близко никто не подойдет. И к эйсе тоже.

Звякнули монеты, и крестьянин рассыпался в благодарностях, вперемешку с «мол, не стоило». Но последняя фраза была чисто для проформы, когда монеты уже опустились в карман.

Тит получил еще одно шутливое напутствие, и только после этого Лайон заглянул в карету.

— Эйса Кэрин!

— Ваше сиятельство. — девушка подвинулась, давая место на лавке.

— Я тут с самого утра. — сообщил Лайон, закрывая за собой дверь.

Кэрин изогнула бровь.

— Но вы же знали, что мы приедем не раньше полудня.

— Знал. — кивнул молодой человек. — Однако мне не хотелось, чтобы вы находились тут без сопровождения. С вас бы сталось отпустить Тита и остаться одной.

Девушка только покачала головой. Веселые искры в зеленых глазах собеседника вызывали желание улыбнуться в ответ. Но Кэрин все же сумела сохранить серьезное выражение лица. Монастырским воспитанницам не полагается эмоций и чувств.

— Лучше давайте перейдем к делу, ваше сиятельство. Я здесь только по вашей просьбе. — напомнила она.

— Да, эйса. — Лайон тоже посерьезнел. — Как идут дела в поместье?

— В целом, все хорошо. Строители заняты в деревнях и даже успели возвести первую баню, однако с печами им придется подождать. Те две, что успел сковать Крист, были отправлены в Арельсхолм. Вроде как по приказу самого графа. Но не берусь утверждать наверняка.

— А что новый управляющий?

— Вреда от него нет. Эйс Бертус помогает крестьянам убирать урожай, надеется, что те смогут без проблем заплатить налог. А еще, у него теперь есть личная заинтересованность, в сохранении школы. — уголки губ девушки слегка дрогнули.

Она не собиралась выдавать чужие