Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

одержимого, которого уже не так сильно трясло, как пару секунд назад. Его взгляд застыл на моем лице, словно в нем отражались его собственные страхи. Остальные застыли на месте, поглощенные нарастающей напряженностью.

Я не терял времени даром. Спокойно, одним точным движением, ломаю одержимому руки, зажимая его в болезненном хвате. Его протест затих, превратившись в хриплый стон боли. Вытаскиваю его на улицу, проталкивая сквозь толпу застывших свидетелей, которые всё ещё не могли поверить в происходящее.

— Стоп. Здесь никого нет! Так ты меня… — возмутился он, но тут же получил шашкой плашмя по голове. Мощный удар, словно удар молота, прошелся по черепу, отключая его намертво. Его тело безвольно обмякло в моих руках. Закинув тушу на плечо, я, как ни в чём не бывало, пошёл обратно к зданию ликвидаторов, оставляя за собой абсолютную тишину.

Почти у самого здания, утопающего в полумраке готического величия, я повстречал довольно мурчащую Ви. Она была словно лучик света, пробивающийся сквозь тяжелую атмосферу, окутывающую этот район. От неё веяло приятной парфюмерией, смешанной с тонким ароматом свежескошенной травы — такой контраст был поразителен. Изящное платье с приглушенным цветочным рисунком лишь подчёркивало её фигуру и стать, делая её ещё более привлекательной. Я даже на мгновение залюбовался, забыв о грузе, который нес на плече. В её движениях была такая легкость и грация, что я невольно захотел остановиться просто и наблюдать и наслаждаться.

Но Ви уже махала мне рукой, радостно улыбаясь. Её улыбка была яркой, словно искра в темноте. Она сама поспешила ко мне навстречу. Ви была не просто красотой, она была жизнью, ярким противопоставлением той темной и жестокой реальности, в которой я существовал. В тот момент я чувствовал себя не только ликвидатором, но и обычным человеком, который хотел бы навсегда остаться в этой светлой атмосфере. Но я помнил про её дурные манеры, наклонности и прочие нюансы, что сейчас были отодвинуты куда-то в сторону, дабы не мешать наслаждаться столь приятными глазу виду.

— Вижу, ты уже с утра пораньше с «уловом». — Бергрин улыбнулась. В ее глазах читалось легкое веселье, смешанное с нескрываемым уважением. Ее улыбка была как солнечный луч, пробивающийся сквозь тяжелые тучи, и я невольно ответил ей слабой улыбкой. — Пойдём, познакомлю с комендантом магической тюрьмы. — нежно взяв меня за локоток, Ви куда-то уверенно повела, и я позволил себе расслабиться в ее теплом присутствии.

Вскоре мы оказались в подземном уровне здания. Холод ударил по лицу. Воздух стал тяжелым и влажным, пахнущим сыростью и плесенью. Спустившись по каменным ступеням, мы оказались в просторном подземелье, освещенном лишь редкими факелами, дрожащими от сквозняков. Их свет бросал длинные и жуткие тени на стены, усиливая атмосферу таинственности и неизбежной опасности.

Мы шли по темному и ничем не примечательному коридору, усыпанному пылью и паутиной. Каменные стены были холодными и влажными, и я чувствовал, как по спине бегут мурашки. Ви иногда останавливалась, чтобы поправить подол своего платья, и я невольно замечал ее нежную шею, освещенную бледным светом факела. В ее глазах я видел смесь нежности и жестокости, которую она умела скрывать от всех, кроме меня.

В конце коридора мы увидели небольшую комнату, освещенную одним большим факелом. За массивным столом, уставленным кучей бумаг, сидел лысеющий сухопарый старик. Он был одет в черный балахон, украшенный странными рунами, и на его лице было выражение вечной усталости. Его глаза, глубоко посаженные и потухшие, смотрели на нас без интереса, как бы говоря: «Опять вы? Что еще вам нужно?». В руках он держал перо, и я невольно представил себе, как он пишет о каких-то темных делах, которые скрываются от взора простых смертных.

— Ходют тут всякие, — бурчал себе под нос дед, не поднимая глаз от документов. Его голос был хриплым и прокуренным, словно из глубины веков. Он кашлянул, и я увидел, как его рука дрогнула, когда он попытался поправить очки, лежащие на носу.

— Следить за преступниками и прочей мразью мешают! — Он бросил на нас косой взгляд, но сразу же вернулся к бумагам. Ви нежно сжала мою руку, как бы говоря, что все в порядке. Она подходила к столу старика, и я увидел, как его брови немного поднялись от удивления.

— Тише-тише, Жан Ибрагимович, — успокаивающе подняла руки Ви. Ее голос был спокоен, словно шепот летнего ветра, и в то же время властен, как приказ генерала. Старик замер, словно ожидая удара, но Ви продолжала улыбаться. — У вашего «Спа» новый постоялец. Ее глаза блеснули озорством, и я невольно задумался, что она имела в виду.

— Вот шельма! — глаза старика радостно вспыхнули довольством. Он быстро поднялся, отбросив бумаги в сторону, и в его глазах заблестел живой огонек. В его движениях была такая живость, что казалось, он моложе на десять лет. — Вечно ты подкидываешь старику работёнку. — уже совсем не ворча, продолжил он, открывая нам клетки, расположенные в глубине помещения. В них сидели разные существа, от человекоподобных до самых странных монстров, заключенных в магические оковы. Жан Ибрагимович был в своей стихии, и я чувствовал, как от него исходит легкое магическое сияние. Он уже смотрел на меня с ожиданием.

Неожиданно резво взяв у меня с рук одержимого, Жан Ибрагимович по-молодецки шустро упаковал его тушу в одну из камер. Старик двигался с удивительной ловкостью, не соответствующей его возрасту. Он был как хищный кот, который не упустит своей добычи. Жан Ибрагимович, словно опытный кузнец, обращающийся с огнем, взмахнул рукой над дверью клетки. И из его пальцев вырвалась струя темно-зеленого света, словно сама жизнь в нем закипела. Свет окружил дверь клетки, образуя странные узоры, напоминающие руны из древних книг. Узоры пульсировали и искрились, и от них исходил легкий щелкающий звук.

В следующую секунду дверь клетки засияла нездоровым зеленым светом, отбрасывая жуткие тени. Свет был таким ярким, что я прищурился. Он был как болезненная зелень болотной воды в лунном свете, в ней чувствовалась не просто магия, но что-то более темное, более древнее. В комнате стало душно, и я почувствовал, как кровь запульсировала в моих жилах.

— Демоническая защита, — произнёс Жан Ибрагимович уже не таким весёлым тоном. — Никто не сможет отсюда выбраться, даже если захочет.

Он посмотрел на меня с темной улыбкой, и я невольно отшатнулся назад. В его глазах я видел не просто охранника, а человека, который многое повидал и узнал немало страшных тайн.