"Фантастика 2026-53". Компиляция. Книги 1-26 - Игорь Сергеевич Макичев

— Если ты действительно можешь ее вернуть, то сделай это, — в ее глазах вспыхнула решимость. — Арэн! — схватила она демарийца за руку. Ее пальцы дрожали, но хватка была отчаянной. — Пусть она поможет, если это в ее силах. Лика моя подруга. Моя семья. Если есть хоть малейший шанс, я не отступлю.

Шакал, до этого момента словно окаменевший, резко поднял голову. В его глазах, потухших от боли, вспыхнул огонь — не надежды, нет, а отчаянной, яростной решимости.

— Если вы можете ее вернуть… — его голос дрогнул, но он сжал кулаки, заставляя себя говорить твердо. — Сделайте это.

Он шагнул вперед и встал перед демарийцем. Его поза говорила ясно:«Я готов биться с тобой, но она поможет Лике».

Демариец не отрывал взгляда от девушки, словно пытался проникнуть в самые потаенные уголки ее души, прочесть невысказанные мысли, скрытые за спокойным выражением лица. После долгой паузы он медленно кивнул.

— Что ж… — произнес он почти задумчиво, и в его голосе прозвучала странная смесь смирения и настороженности. — Тогда пусть будет так.

Повернувшись к собравшимся, он объявил:

— Перед вами — Саноми, маг жизни с неисчерпаемым запасом маны. Она обладает даром возвращать душу, пока та не переступила последнюю грань.

Его рука твердо указала на Лику, бездвижно распростертую на полу. Лицо демарийца оставалось бесстрастным, словно высеченным из камня, но в глубине черных омутов промелькнуло нечто неуловимое — то ли тень сомнения, то ли затаенное ожидание неведомого исхода.

— Благодарю, Первый Демарх, — голос девушки был тихим, но каждое слово звучало отчетливо, будто проникало прямо в сознание.

Она медленно протянула руки — на них поблескивали массивные наручи с замысловатой вязью рун. Демариец, не колеблясь ни мгновения, снял магические браслеты. Металл с тихим щелчком отделился от ее запястий.

В тот же миг на лице девушки расцвела улыбка — легкая, почти невесомая, но полная невысказанной свободы. Казалось, она сбросила не просто тяжелые браслеты, а многолетний груз, давивший на плечи. Ее пальцы слегка дрогнули, словно пробуя вновь обрести ощущение собственной силы, только что освобожденной от оков.

В зале повисла напряженная тишина. Все взгляды устремились к девушке, ожидая ее действий. Воздух сгустился, наполнившись ожиданием и тревогой. Даже тени, казалось, замерли, боясь нарушить хрупкий баланс между жизнью и смертью.

Она медленно подошла к Лике. Ее движения были плавными, почти невесомыми, словно она не касалась земли. Остановившись, она присела на колени у тела и подняла руки, и в тот же миг ее ладони озарились мягким, голубым светом. Свет пульсировал в такт ее дыханию, окутывая тело Лики, как кокон.

Ее пальцы коснулись виска Лики. В воздухе зазвучала тихая мелодия — не слова, не заклинание, а что-то древнее, первозданное, словно сама земля шептала молитву. Звук был едва уловим, но проникал в самое сердце, пробуждая в душе каждого странную, почти забытую надежду.

Вокруг Саноми начало разгораться сияние — не яркое, а приглушенное, как свет далекой звезды. Оно окутало Лику, проникая в ее тело, в ее застывшее сердце, в ее душу, балансирующую на краю вечности. Свет пульсировал мягко, ритмично, словно пытаясь нащупать нить жизни, затерявшуюся во тьме.

Саноми закрыла глаза, ее губы беззвучно шевелились, произнося слова, которых никто не мог услышать. Ее пальцы скользили по виску Лики, едва касаясь кожи, но каждое прикосновение оставляло за собой след мерцающего света. Постепенно сияние стало ярче. Оно разливалось по залу, вытесняя тени, наполняя пространство теплом и жизнью.

Иви затаила дыхание, она боялась пошевелиться, нарушить хрупкую магию момента. В ее глазах, полных слез, зажглась искра робкая, но упрямая. Она почувствовала, как по ее спине пробежала дрожь не страха, а чего-то иного, почти забытого. Это было ощущение чуда, происходящего прямо перед ней.

Рейз, все еще настороженный, невольно шагнул ближе. Его рука непроизвольно потянулась к рукояти меча, но тут же замерла. Он не знал, что ждет их дальше — спасение или ловушка.

Канмин, стоявший рядом, выглядел завороженным. Его взгляд был прикован к девушке, будто она являлась не человеком, а чудом природы — явлением, которое невозможно постичь разумом.

Айс стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди. Он изучал Саноми с неким любопытством. Его пальцы слегка сжались, будто он мысленно составлял список вопросов, на которые пока не находил ответов. Что она такое? Откуда пришла? Почему вмешалась?

Нэрри стояла чуть в стороне, широко распахнув глаза. Ее рот невольно приоткрылся как у ребенка, впервые увидевшего чудо. Она не шевелилась, завороженная зрелищем: девушка в мерцающем сиянии казалась существом из иного мира.

— Как… как это возможно? — прошептала она, не обращаясь ни к кому конкретно. Ее пальцы слегка дрожали от волнения, а глаза не отрывались от Саноми.

Ашар, всегда сдержанный и рассудительный, сейчас не скрывал восхищения. Его взгляд словно приклеился к незнакомке. В груди билось непривычно частое, почти тревожное волнение будто сердце уловило неведомую мелодию, звучавшую лишь для него. Он пытался осмыслить увиденное, разложить по полочкам, как привык делать всегда: проанализировать, оценить, вывести закономерность. Но сейчас логика отступала перед чем-то иным — перед чистым, незамутненным изумлением. Он замечал все: как мерцающее сияние окутывает фигуру девушки, словно сотканную из лунного света и тумана, как ее волосы, белые, будто зимний иней, переливаются в полумраке едва уловимыми голубыми искрами, как тонкие пальцы, едва заметно дрогнув, складываются в неясный жест.

«Кто она? — мелькнуло в сознании.

Его дыхание стало чуть глубже, а плечи невольно расслабились, освобождаясь от привычной напряженности. На мгновение он позволил себе не думать о последствиях, не просчитывать ходы, не искать подвох. Только смотреть. Только чувствовать, как в груди бьется эта странная, завораживающая мелодия — отклик на незримую гармонию, исходившую от незнакомки. И в этом мгновении, Ашар ощутил нечто новое — не настороженность, а… благоговение. Словно перед ним открылось окно в иной мир.

А Саноми не открывала глаз. Ее лицо оставалось спокойным, почти безмятежным, но на лбу выступили капельки пота — знак того, что каждое движение, каждый вздох требовали от нее невероятных усилий. Она продолжала шептать, ее пальцы скользили по коже Лики, оставляя за собой мерцающие следы.

Сияние вокруг Лики стало почти осязаемым. Оно окутывало ее, как кокон, защищая, исцеляя, возвращая к жизни. В воздухе пахло свежестью, как после грозы, и чем-то еще — древним, первозданным, словно сама природа пробуждалась в этом пещерном зале из камня и песка.

Шакал, до этого момента застывший в безмолвной агонии, сделал шаг