Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

— Помнишь темную ветвь в древе нашего рода?

— Если не ошибаюсь, это были как раз те, кто не проходил испытание Пути.

— Да, и потому они никогда не претендовали на титул Владык, хотя и вечно противостояли правителям. У меня есть подозрение, что действующий лидер оппозиции тоже принадлежит к этой ветви, хотя и не указан в древе.

— Как такое может быть?

— Вероятно, он рожден уже на этом континенте и не желает афишировать свою принадлежность к роду Владык. Это позволяет ему одновременно собирать вокруг себя недовольных моими решениями, но не притягивать заговорщиков.

— Если только эти самые заговорщики не планируют сменить правящую династию.

— Это невозможно, Таль, пока жив хотя бы один представитель рода. Правда, сейчас ситуация с претендентами на титул, безусловно, напряженная. Но мы с тобой это обязательно исправим, — попытался сгладить последнее заявление эльф, но добился прямо противоположного эффекта и поспешил сменить тему: — Расскажешь, что именно тебе снилось?

— Путь. Точнее арка выхода с него и дом Айна. А еще мне было куда-то нужно, но не срочно. Не знаю, может, это действительно был просто сон, и я зря переживаю.

— В любом случае второй раз попасть туда невозможно, — пожал плечами эльф.

— Ты уверен?

— Конечно.

— Раньше и рассказать о нем не получалось.

— Как бы то ни было, я категорически против, чтобы ты туда отправлялась, — нахмурился Владыка. — Один раз я тебя уже чуть не потерял. Пообещай мне, что не сделаешь этого.

— Не могу. Ты ведь знаешь, что со мной начинает твориться, если я не следую за предчувствием. Но если будет возможность этого избежать, рисковать не стану, — искренне заверила я.

На этом обсуждать тему Пути мы закончили, но ощущение, что приснился он неспроста, не оставляло меня еще несколько дней, а впереди нас ждала целая череда разочарований.

Первым из них стал орк, который хоть и вышел из транса, но общаться с нами не желал. Он ел, пил, слушал и читал все, что ему давали, но сам отвечал односложно, да и то не всегда. У меня сложилось впечатление, что шаман чего-то ждет, но чего именно, понять не выходило, а на прямой вопрос он никаких пояснений давать не стал, просто проигнорировав его, как и все остальные. Зато никогда не отказывался поиграть в хедрес, как называлась та самая стратегия с разбитой на сектора и клетки круглой доской, напоминавшая мне помесь шахмат, го и детской игры в ножички. Освоил ее шаман на удивление быстро и даже начал давать мне фору в несколько фигур, чтобы наши с ним партии не заканчивались в первые же минуты.

Я навещала его почти каждый день, не стараясь получить какую-то ценную информацию, а просто пытаясь наладить контакт и понять, что же, по его мнению, идет не так. Но успехов на этом поприще не добилась, хотя во всех подробностях расспросила Крона о деталях его контакта с орком. Из того, что показал мне аркшарр, складывалось впечатление, что его сородичи являются у орков неким объектом поклонения, наподобие египетских богов. Но образы были очень обрывочными и нечеткими, то ли из-за передачи через разум аркшарра и особенностей их восприятия чужих мыслей, то ли и сам шаман имел о данном вопросе крайне смутное представление, основанное на чужих рассказах.

Следующую неудачу мы потерпели при попытках получить от Майлса информацию о межмировых порталах. Нет, вампир сведениями делиться не отказывался, просто и сам практически не разбирался в этом вопросе. За переброску их в этот мир отвечал другой измененный, а познания спасенного нами ограничивались парой лекции общего курса, прослушанных еще в бытность адептом. Единственное, в чем Майлс был непоколебимо уверен, — присутствие перемещенной материи ведет к наращиванию пересечения пластов реальности и, при достижении некой критической массы, спонтанному образованию проходов между мирами. Влияет ли концентрация такой материи в одной точке на вероятность открытия портала поблизости, он сказать уже не мог, а о расчетах места и времени появления спонтанных проходов знал только то, что они в принципе возможны. Не знаю как остальных, а меня в свете полученной информации вопрос количества призванных в Остию землян заметно нервировал. На какой-то миг даже показалось, что это очередное предчувствие, но что-то мне частенько последнее время так казаться стало.

Поиски следов пребывания личей в замке также не дали никакого результата. Эльфы излазили его вдоль и поперек, но никаких особенностей магического фона или других признаков присутствия сильного мага не обнаружили. Только в крохотной комнатушке в дальней части подвала нашли что-то вроде алтаря с углублением в форме гуманоида, но кроме него самого и там ничего и никого не было, как и признаков каких-либо жертвоприношений. Странно было то, что хозяйственный Дарт, проверявший в свое время содержимое всех комнат, об этой даже не помнил. Как будто и не было тут ее раньше.

Вскоре все жившие обычно в замке вампиры вернулись обратно, с него сняли защитные контуры и восстановили телепортационную связь. Майлс вел себя не то чтобы дружелюбно, скорее, нейтрально, но главное, что никакой агрессии не проявлял, большую часть времени проводя за чтением книг и поглощением кулинарных экспериментов Миры, чему та была несказанно рада. Текст договора вампиров с Остией он внимательнейшим образом изучил и внес официальное предложение по его изменению аж на четырнадцати листах. Тэль, сумевший первым ознакомиться с данным документом еще перед его отправкой в королевскую канцелярию, только хмыкнул и с заметно возросшим уважением посмотрел на вампира.

А еще за время вынужденного пребывания в деревне Мира сдружилась с Лимией и теперь частенько уходила к ней в гости. Как-то раз и я увязалась с ней, с удовольствием послушав очередную рассказываемую селянкой историю, больше похожую на сказку. Детвора внимала ей буквально с раскрытыми ртами, благо и сюжет оказался занимательным, и рассказывать Лимия очень даже умела. Я не осталась в долгу и тоже рассказала историю про кота в сапогах, после чего с меня взяли обещание обязательно прийти на следующей декаде с новой сказкой. Вскоре это превратилось в традицию, и раз в декаду я появлялась в доме Лимии, помимо очередной истории принося с дворцовой кухни гостинцы для деревенской детворы. При этом никаких странных ощущений в присутствии хозяйки дома у меня больше не возникало, и со временем я забыла о своих изначальных подозрениях, привыкнув к улыбчивой и всегда доброжелательно настроенной женщине, которую тетушкой Лимией именовали все,