Фантастика 2026-77 - Виктория Богачева

так просторное помещение казалось бесконечным. Своды потолка поддерживали изящные колонны из голубого агата, а пол сочетал в себе плиты из амазонита и ларимара: серо-голубые и синие, от их сочетания казалось, что ты идёшь по волнам Металлического моря. Огромные окна по обе стороны зала смотрели в сад.

Астра никогда не видела ничего более прекрасного.

На верхних балкончиках придворные музыканты готовились к вечернему празднику, то ли разучивая, то ли повторяя партии.

Себастиан прошёл на середину зала, выпустил руку невольной пленницы и поклонился, приглашая на танец. Астра присела в реверансе.

– Может не стоит? – спросила с детской робостью.

Наследник улыбнулся, и эта улыбка отразилась в его малахитовых глазах.

– Не трусьте, – весело посоветовал он.

– Я оттопчу вам все ноги…

– Ничего, я потерплю.

– Я правда не понимаю музыки…

– Я вам напою такт, – упрямо возразил Себастиан. – Уверен, у вас просто были плохие учителя.

Астра глубоко вдохнула, потом так же медленно выдохнула и с отчаянием посмотрела на протянутую ладонь.

– Может…

И тут она увидела в его глазах насмешку, добрую и такую… старшебратскую, и поняла, что ещё немного, и её педагогический авторитет разобьётся в дребезги. Нахмурилась, вложила пальчики в его руку и кивнула решительно:

– Хорошо. Но я вас предупредила.

Себастиан хмыкнул. Он отчего-то вдруг стал до крайности весел.

– Господа, сыграйте нам павану, – крикнул. – Вы же знаете движения этого танца, Астрелия?

– Да, – с неохотой призналась девушка.

Принц шагнул совсем близко, ближе, чем должен был по этикету, и начал считать вслух:

– Раз, два, три, четыре… Да всё прекрасно у вас! Только локоть чуть расслабьте, он излишне напряжён. Танец – это игра, Астра, это просто музыкальная шутка и ничего больше. Даже если вы наступили кавалеру на ногу, просто мило улыбнитесь ему. Честное слово, ему будет так приятно, что он подставит другую ногу. Раз, два, три, четыре, раз-два, а теперь смотрим друг на друга, и снова раз, два, три, четыре… Музыка – это математика, Астрелия, и ничего больше, клянусь вам. Ну разве чуть-чуть… Давайте ещё раз сначала?

Музыканты вздохнули (или Астре это показалось) и начали заново.

– Видели, как вышагивают журавли? Вот так и мы с вами. Танец – это разговор. Сначала очень холодный, почти высокомерный. Вы вот так вот сверху вниз смотрите на меня, дескать, кто вы, сударь, я вас не знаю. И идёте медленно, важно и осторожно… Да-да. А говорили, что плохо танцуете… Вовсе нет! Не знаю даже, кто вам сказал такую чушь…

Он врал, откровенно и искренне, Астра это понимала, но отчего-то ей стало легче дышать. Её дрожащая рука расслабилась, а сердце перестало биться в судорогах, словно умоляя рёбра выпустить его наружу.

– Вот, я отхожу и снимаю шляпу: здравствуйте. А теперь вы… Да, глубокий реверанс. И уже чуть больше тепла, чувствуете? А теперь кланяемся другому ряду. Оборот, тяните носочек, покажите другим, какая вы красивая и лёгкая… Давайте заново.

– Я не красивая и не лёгкая. У меня не получится…

– А я бездарь в математике. И у меня не получится.

Она заглянула в его лицо и увидела, что он смеётся глазами, но его губы серьёзны. Деваться было некуда. Иначе как она завтра будет убеждать принца, что математика ему по плечу?

– Господа, заново, пожалуйста.

– Мне совестно, что музыканты вынуждены повторять из-за меня, – шепнула Астра, чувствуя, что краснеет.

– Они сфальшивили, – тихо возразил Себастиан. – Третий мандолинист сбился с такта.

Девушка изумлённо посмотрела на принца.

– Как вы это поняли?

Себастиан пожал плечами:

– Я услышал. В этом нет ничего сложного. Вы тоже будете слышать, если потренируетесь. Всегда ступайте с носка, пятка почти не должна касаться пола, только в завершение шага и только совсем чуть-чуть.

– Я сейчас, наверное, больше похожа на курицу, чем на журавля.

– Возможно, но это очень милая курица.

Они переглянулись и внезапно расхохотались. И музыкантам пришлось всё начинать заново.

***

«Тот, кто не умеет танцевать, никогда не научится сабельному бою», – говорил князь Шэн. И маленький Элиссар верил, отчаянно разучивая все эти прыжки и повороты, шаг длинный, шаг короткий и всё то, что изобрели мерзкие танцмейстеры. Или не они. И только уже в четырнадцать лет, сопоставив обстоятельства, задал отцу логичный вопрос:

– Но ты же не танцуешь?

– Я и не фехтую, – пожал плечами Золотой дракон. – Я мастер смерти, а не боя.

И Лисёнок почувствовал себя обманутым.

Но сейчас, входя в ярко освещённый тысячами свечей серо-зелёно-голубой зал, княжич невольно поблагодарил отца за хитрость. Сначала Элиссар не хотел идти на королевский бал, но потом вспомнил, что там будет она и засомневался. «Она не виновата, что её отец – Уль», – наконец решил тинатинец.

– Его величество Ульвар, король Элэйсдэйра, герцог и хранитель Южного щита, герцог и хранитель Шёлкового щита, герцог и хранитель Серебряного щита, герцог и хранитель Морского щита…

«А ещё убийца, распутник и просто мерзавец», – мрачно добавил Элиссар мысленно.

Король не счёл нужным переодеваться ради бала, разве только надел на грудь золотую цепь, и его однотонно-чёрный простой костюм странно и даже дико выглядел среди расступающихся разряженных придворных.

– Её величество Ильдика, королева Элэйсдэйра, королева Гленна, герцогиня Южного щита…

Элиссар с любопытством посмотрел на давнюю подругу матери.

В отличие от супруга, королева выглядела соответственно мероприятию: бархатное платье лилового цвета, расшитое золотом и жемчугом, парчовый серебряный лиф и того же цвета узкие рукава, выглядывающие из разреза широких. Нежно-голубая нижняя юбка с серебряным орнаментом по низу. И комплект украшений из голубого турмалина.

«Сколько ей? Сорок? Сорок пять?» – попытался вспомнить Элиссар, но не смог. Ещё полгода назад княжича больше волновали дела юга и востока, чем запада. Несмотря на свой возраст, Ильдика всё ещё была удивительно хороша: осанка королевы, чуть смягчившиеся, но всё ещё чёткие очертания лица, каштановые волосы того же глубокого, насыщенного оттенка, что и у дочери, и взгляд зелёных, как у сына, глаз... Чуть высокомерный, чуть ироничный.

Она подошла к супругу, чуть склонив голову, тот подал ей руку, и они образовали пару.

– Его высочество, наследный принц Себастиан…

Брат показался Лису каким-то чужим: в бархате и парче он выглядел скорее прилизанной куклой мальчика, чем весёлым, наивным и таким подкупающе искренним Бастиком. Однако, когда Себастиан увидел в толпе друга, малахитовые глаза вспыхнули радостью, и