Окольцованные тёмным пламенем - Ирина Владимировна Смирнова

— Пойдем пошепчемся? Дело одно есть.

— Заглушку ставить умеешь? — первым делом поинтересовалась сестра, одновременно жадно листая лежащий рядом с ноутом гримуар. И почти сразу нашла нужное заклинание. — О, проще простого! Ща… Упс, не той стороной.

Азартно поблескивая глазами и чем-то неуловимо напоминая Веню, Маруська повторила процесс, а то в первый раз мы с ней оказались в полном слуховом вакууме. Теперь же мы слышали мужские голоса с кухни и даже могли при желании разобрать слова.

— Короче, меняемся! Мы с Веней вам проходку в мир Камиля, ты мне — гримуар. Не понравится — пинганешь как-нибудь, мы тебя обратно вытащим…

— Звучит заманчиво, — с сомнением протянула я, перебирая в голове все возможные минусы. С плюсами-то все было понятно.

Квартиру мою ведьма с демоном уж как-нибудь на сторону не упустят, присмотрят. Гримуар жалко, но Маруське он тоже нужен. Тем более он ее сразу за свою признал, безо всякого кровопролития. Может, потому, что она моя сестра, конечно.

— Надо еще у Камиля спросить, вдруг он против будет?

— Ты иногда умная, а иногда дура дурой, — пригорюнившись, с жалостью посмотрела на меня Маруся. — Да он от счастья спятит. Поэтому всем сразу не радуй. Пошли, сначала скажем, что за освобождение города от власти Эйшет демоны обмана готовы ненадолго приоткрыть портал. В мир Камиля им и даром не надо, их и тут неплохо кормят. Тем более теперь суккубы с инкубами свалят, освободив территорию.

— Угу… И секса в Питере не станет, — нервно хихикнула я. — Ладно, ты права. Давай радовать Камиля поэтапно. Начнем с портала.

Глава 22

От счастья Камиль не спятил, но посматривал на нас всех с подозрением, явно ожидая какого-то подвоха. Однако собравшийся демонический молодняк лишь безобидно гомонил, радуясь встрече. Они даже машины свои припарковали подальше, чтобы не привлекать внимания жильцов несчастного двора.

Веня, правда, успокоил меня, что обычные люди не видят никаких порталов, ни открытых, ни закрытых, ни дестабилизирующихся. Поэтому для них вся вот эта кутерьма, шум и гам — лишь повод повздыхать о нравах, поорать из окна, ну и позабыть через пару дней.

Маруська ходила кругами вокруг БМВ, обдумывая, как бы ее прихватизировать за моральный ущерб.

Наконец приехал последний демоненок, и компашка собралась в кружок, пошушукалась, а потом… Потом точка в пространстве начала снова расширяться — медленнее, чем у Эйшет и ее компании, но все равно постепенно растягивалась. И когда она стала размером с дверь, Камиль, все это время не отпускающий мою руку, повернулся, несколько раз сглотнул и так умоляюще посмотрел, что слов уже не понадобилось. Я прекрасно поняла, что меня приглашают посетить Ксатерию. Вероятнее всего, с запросом гражданства.

Неизвестно уже в который раз меня окатило панической атакой, сердце забилось, дыхание перехватило… Однако, храбро кивнув, я улыбнулась, и мы с Камилем, держась за руки, шагнули в пульсирующую черную дыру. Очень хотелось обернуться и помахать Марусе, Вене, всем демонятам. Но одновременно хотелось поскорее выбраться из этой страшной опасной тьмы. Да и не факт, что ребята меня увидят…

Время опять остановилось. Мы то взлетали, то падали, то бежали, то катились, вцепившись друг в друга. И в мир Камиля мы именно вкатились, как с горы.

Я поняла, что все закончилось, когда через закрытые веки увидела свет, а рядом с нами раздался громкий женский голос, выдавший несколько фраз на совершенно неизвестном мне языке. Вернее, он сначала прозвучал для меня как неизвестный, но потом в голове что-то щелкнуло, и я четко разобрала:

— Это не демоны! Это тот самый ведьмак и та самая… Ой, нет, какая-то другая ведьма!

Как потом объяснил мне Камиль, сработал коннект линкрисов, чипов-переводчиков. И у него, и у охранницы они были открыты для соединения и подкачки новых языков. Так что вначале у меня было лишь несколько собеседников — из тех, у кого чипы последних моделей. А потом кто-то притащил странноватую клипсу, линклип. В нее закачали мой язык и выдали мне, чтобы я могла общаться вообще со всеми. А общаться нам с Камилем пришлось очень много…

Мне сделали документы, замерили ранг (у меня оказался нестабильный двенадцатый, значит, со временем я могу стабилизироваться, откатиться к одиннадцатому или раскачаться до высшего), порекомендовали пройти заочное обучение в какой-нибудь школе и обязательно подтвердить свой диплом, переучившись под местные реалии.

Местом рождения указали город, где мы с Камилем вывалились, Лавелби. Так что по документам я стала ратамийкой. И вписали в род какой-то Лайзари Карнес, недавно умершей одинокой темной ведьмы. Правда, больше мне ничего от этой Карнес не перепало. Дом и гримуар уже забрала недавно приехавшая некромантка. А все сбережения перевели в фонд города — для восстановления кладбища, разгромленного как раз по вине этой самой Лайзари, почему-то ставшей личем.

Посовещавшись с Камилем, мы решили временно остаться в Лавелби, пока я не адаптируюсь в мире настолько, чтобы в любой стране походить на иностранку, а не на иномирянку. Зарабатывать, правда, в портовом городке двум темным магам было почти негде, разве что помогать некромантке следить за кладбищем. Но нам много денег и не требовалось.

Чей-то небольшой домик город нам все-таки выделил, а Камиль довольно быстро привел его в порядок, причем руками, не магией. Но место под лавку по оказанию услуг снятия и наведения проклятий пришлось взять в аренду, потому что недвижимость рядом с портом стоила несусветных денег. Зато через несколько месяцев у нас появились накопления! Мы теперь могли себе позволить не только рыбу с картошкой, обновили гардероб и даже купили два самых простеньких колечка.

Камиль, правда, не очень понимал, почему мне так важны эти два кольца. В их мире ведьмы ставили на своих мужчинах метки. А я, помня о нашем уже достаточно давнем разговоре, никаких меток ставить не собиралась, пока сам не попросит. Но кольца хотела, чтобы были…

В общем, жизнь начала постепенно налаживаться. И тут как-то поздно вечером к нам заявилась та самая некромантка, которой достались гримуар и дом Лайзари Карнес.

Из уважения я лично налила гостье чаю, пока Камиль нарезал хлеб и наливал из банки в вазочку варенья — подарок одной из соседок.

— Смотрю, работаете вы вместе, живете вместе, а сделать из него приличного семейного мужчину ты все никак не сподобишься, — прямо сразу перешла к делу некромантка.

С виду она была ненамного старше меня, но краем уха я слышала, что у нее в этом году намечается столетний юбилей, то есть на самом